Арфеев
Шрифт:
Рома горько усмехнулся, после чего глубоко вдохнул ночной воздух. После продолжительной тишины телефон заговорил:
— У вас как дела-то? Нормально?
— Нормально, Жень, не переживай. У меня всегда дела идут хорошо.
— Это неправда, босс. — Обычное обращение «босс» льстило Роме, но сейчас оно начала его раздражать. — Вы же тоже человек, а у всех людей есть проблемы.
— Да, но вот только кто-то их решает, а кто-то вечно ноет. Я отношусь к категории первых.
— Я в курсе. Большинство проблем же у нас общее! Вот, стойте! Ноутбук загрузился! Вы спрашивали о встречах, да?
—
Следующие пятнадцать минут они говорили только о бизнесе, о завтрашнем (то есть, сегодняшнем) дне и перенесении некоторых встреч. Пару раз оба они смеялись над Жениными шутками, и Рома смеялся бы громче, если б не знал, какой на самом деле Женя несчастный человек и какая у него семья. Но силе воли и оптимизму парня можно было только позавидовать, что, несомненно, вызывало огромное уважение. Хоть порою Женя и подбешивал своим искромётным юмором, Рома знал, что в случае чего на него можно будет положиться, поэтому и держал под своим крылом. Он желал стать неким учителем для этого вечно улыбающегося юноши со светлыми волосами, потому что видел в его глазах то, что нередко замечал в своих: донимающее чувство одиночества, грызущие душу сомнения и вопрос, ответ на который так сложно было найти: «А правильно ли ля всё делаю?»
У Ромы в своё время не было наставника. Он прокладывал себе дорогу сам, в усталости падая в объятия Насти. С каждым падением он становился сильнее, мудрее, и недавно жизнь предоставила ему возможность поставить на ноги молодого бойца, в зрачках которого пылало неистовое желание действовать. Конечно, эту возможность нельзя было упускать, ведь обучая чему-то, ты сам приобретаешь новые навыки и оттачиваешь уже имеющиеся. А Рома прекрасно понимал, что ему и его мини-компании есть куда расти.
Звёзды были ещё совсем далеко.
— Он немного повыкабенивался, но я всё уладил, босс. Нужно было лишь слегка надавить, и он размяк, как целочка на первом свидании.
— В компании женщин так не шути, Жень. Они такой юмор не поймут.
— Да знаю я, знаю. Кстати, насчёт женщин… Могу я задать вам личный вопрос? То есть, не совсем вопрос, я просто…ну…раз уж вы позвонили, то можно я обращусь к вам за советом?
Подобное предложение польстило Роме, и под его карими глазами растянулась улыбка. Прямо перед крыльцом кафешки споткнулась молоденькая девушка, но ей тут же помог встать, судя по всему, незнакомый парень. Они улыбнулись друг другу, и Рома увидел, как женские щёчки мигом покрылись краской. Мысленно он пожелал этим двоим всего хорошего и проводил их взглядом — уже вместе идущих и о чём-то болтающих.
— Босс, вы здесь?
— Да, прости, задумался. — Из открывшейся двери вышел седовласый старик, чуть прихрамывающий на ступеньках лестницы. Спустившись, он достал из пакетика сосиску в тесте и зашагал по улице, жадно поедая свою добычу. — Что за совет ты хочешь услышать?
— Ну смотрите. Помните Аню? Приходила к нам в офис и приносила мне обед.
— Да, помню. Такая стройненькая, высокая и с кудряшками на голове. Я с ней пару раз общался и должен признать, что у тебя неплохой вкус. Насчёт неё у меня сложилось впечатление хорошей, воспитанной девушки. Да и фигура у неё — класс.
— Спасибо, босс. Она и вправду хорошая, но… В общем, мы поссорились. Я уже даже не
— Тише, тише. — Рома понизил голос и сделал его более бархатным, более успокаивающим — как всегда поступал на деловых встречах, когда наживка пыталась соскочить с крючка. — Ближе к сути вопроса. Ты чего от меня хочешь?
— Совета, я же сказал. Я просто не знаю, как поступить! Чёрт, я не хочу её терять, понимаете? Она для меня как смысл жизни. Всегда поддерживала, заботилась…
— Да, да, да, знаю эту песню. У самого такое сокровище. Её зовут Настя, но я предпочитаю называть её врединой.
— Я помню её. Вам с ней повезло, босс. Она прекрасна. — Отчего-то грудная клетка Ромы сжалась и показалась слишком тесной, будто сердце пыталось высвободиться из-под заточения рёбер. Он сглотнул слюну, и только после того, как она процарапала стенки пересушенного горла, до него дошло, что организм требует воды. Всё ещё держа телефон у уха, он развернулся, направился к двери и зашёл внутрь. Сразу нашёл стоящих за стойкой официанток и, улыбнувшись одной из них, зашагал прямо к ним. — Я помню, как уважительно она со мной разговаривала, хоть мы только-только познакомились. Честно признаться, не было бы у меня Ани, я, наверное, влюбился бы в вашу Настю.
— И что тогда у нас было бы? Весёлый треугольник?
На конце города раздался смех, донёсшийся до Ромы. Через пару секунд он быстро проговорил:
— Жень, подожди немного, я заказ сделаю.
Рука с телефоном опустилась вниз, но другая легла на стойку, сразу украв всё внимание официанток. Ко всем, одетым в белые блузы и чёрные юбки строго по дресскоду, Рома и обратился.
— Добрый вечер, красавицы. То есть, уже ночь… неважно. — Его губы расплылись в ослепительной улыбке, как бы говорящей: «Да, я дурачок, что с меня взять?» Реакция не заставила себя долго ждать, и все официантки до одной, хоть и чуть-чуть, но улыбнулись в ответ. — Можете осчастливить меня стаканчиком лимонада?
Одна из девушек подпихнула другую локтём, и вскоре к нему подошла та, что самая первая посмотрела на него при входе своими ярко-зелёными глазами. Когда перед Ромой появилось милое личико в обрамлении русых волос, он услышал непривычно мелодичный для официантки голос.
— Какой именно вы хотите?
Она положила меню на стол, но тут же почувствовала, ка её ладонь накрыла чужая. Мягко и нежно, будто это было прикосновение отца.
— Не надо, выберите на свой вкус. Я вам доверюсь.
— Хорошо, как скажете.
Официантка, явно слегка смущённая, развернулась и затрусила на кухню. Её бёдра при этом заманчиво покачивались, и где-то рядышком хихикнула какая-то женщина, увидев, как Рома провожает взглядом обслуживающую его девочку.
Он поднёс телефон к уху и облокотился об стойку.
— Жень, ты ещё не помер?
— Нет, босс, вас дожидаюсь, хотя, если честно, я бы лучше сейчас поспал. — Послышался долгий зевок, и, услышав его, Рома сам поневоле зевнул.
— Ну так что там дальше-то? Вы поссорились, а чего ты от меня хочешь? Чтобы я посоветовал, как лучше помириться?