Архиджинн
Шрифт:
– Вы станете частью меня, а потом я высру вас в самой грязной канализации Кадафа! – крикнул демон-метаморф.
Креол стрелял молниями Мардука, как из пулемета, осаживая особо упрямые огрызки плоти Ньярлатхотепа. Нашей задачей сейчас, было выманить архидемона подальше от остальных войск. Пространство вокруг буквально кишело обитателями. Те же Птицы Лэнга тучами вились в небесах, но как-либо повредить нам не могли. Личные защиты и доспехи Мардука спасали нас от неминуемой смерти. Мы летали в небе Лэнга, а на нас зловеще посматривали оба аркала, а где-то вдали слышался затяжной вой На-Хага.
–
– Длань Шамаша! – рявкнул Креол с силой сжав посох двумя руками, стремясь выдавить из него как можно больше сил. Иак Саккакх щедро снабжал Креола маной.
– Длань Шамаша! – крикнул я, глядя прямо в этого демона, параллельно начитывая внутри своего разума Длань Мардука.
Взгляд со стороны. Поле боя.
Битва между людьми и демонами набирала обороты. Со стороны людей появились первые жертвы, но и демоны умирали с поразительной скоростью. Кащей Бессмертный грамотно перестроил гвардию серых, не позволяя демонам вбить клин в центр войска, тем самым разделив его на части. Маги швырялись мощными площадными заклятиями. Пироманты сжигали землю и демонов дотла, криоманты морозили все, что могло морозиться, автоматы выполняли свои функции по защите от демонов и нежити, которая щедрыми потоками пытались пробиться к войску живых. Немногие личи, вошедшие в состав армии, пытались не дать восстать новым трупам. Полегших на поле боя безжалостно сжигали, ни к чему оставлять демонам даже труп мага. Ифриты во главе с Гази Мунта-сиром, изрыгали огненные потоки от жара которых становилось не по себе даже архидемонам. Ибо стихия ифритов – горящий огонь, и если раскалить пламя достаточно сильно, оно сможет сжечь, что угодно.
Садкаличета Мысль стояла на подъемном мостике, сваривая мозги то одному, то другому демону. На архидемонов она даже не смотрела. Ей как крайне могучей магессе было ясно как день, что архидемоны, это совсем иной уровень силы. Посему, пока их не трогали. Квиллион Дубль мотался то туда, то сюда не успевая плодить двойников, чтобы те держали главного доппель мастера Серой Земли в курсе всех дел на фронте. Конечно, с этой задачей неплохо справлялись паладины Пречистой Девы, но они, к сожалению, присутствовали не везде. Но чего у них не отнять сражались они хорошо, крайне дорого обменивая свои жизни на жизни демонов.
Внезапно все дерущиеся обратили внимание на две огромные вспышки белого пламени. Такое чувство, что там зажглось солнце в двух экземплярах, а температура резко подскочила вверх. Единственными, кому это нравилось, были ифриты Левого и Правого Крыла Огня. Эг-мумии спешно пытались нормализовать погоду, но нарвались на сильных врагов, не дающих эг-мумиям нормально работать в бою, да еще они убивали их как нефиг делать. Что ни говори, но лучшие волшебники среди джиннов именно мариды – джинны Воздуха.
Истошный крик дикой боли и ненависти словно расколол небо Лэнга. Даже Хастур сместил голову в сторону, чтобы увидеть, как душу Ньярлатхотепа затягивает в посох джинн – второй в Совете Двенадцати.
–
Крик порожденный умирающим архидемоном спровоцировал прочих на активные действия. Никому не хотелось оказаться на месте почившего Ньярлатхотепа.
– Молния Богов! – крикнул Кащей Бессмертный, а вся армия серых дружно выставила защитные экраны. В небе Лэнга закружились тучи столь темные, что смогли перебить свет Аркалов, а сверху прямо на демонов рухнули ослепительные молнии, прошибающие даже броню архидемонов. Пять из них попали прямо по Хастуру и тот закачался, как пьяный матрос после получки.
– Длань Мардука! – крикнул Алкеалол и Хастур резко потерял силы. Не все разумеется, но большую их часть.
– Сдохни! – раздался крик разъяренного чернокожего плотного призрака, который чем-то напомнил Хастуру, наглого щумерского чародея, которого он сожрал и отправил его душу в Бездонный Хаос.
Вокруг Хастура закружились крупные булыжники, пока их не стало так много, что они заслонили обзор.
– Я ЕСМЬ ДРЕВНИЙ! – внушительно крикнул зверобог-демон и своей силой попытался убрать камни от себя. К его немалому удивлению, у него ничего не вышло. Камни приобрели сверхзвуковую скорость и от всей души принялись ломать демону кости. Будь Хастур обычным погонщиком рабов, это его даже убило бы.
– РРААХ! – полный ярости крик Хастура сдул камни обратно в маргула, но зато он успел ощутить боль в центре груди. Опустив взгляд вниз, он увидел, что из его груди торчит обсидиановая палка, а за неё держится молодой парень с аурой архимага.
– Твоя душа моя, Хастур! – крикнул человек и душа, самое ценное, что есть у любого существа, принялась выходить из тела вливаясь в эту палку.
– НИЧТОЖНЫЙ ЧЕРВЬ. КАК ТЫ ПОСМЕЛ РАНИТЬ МЕНЯ!
– Длань Инанны! – раздался незнакомый голос откуда-то сзади. Обернувшись Хастур увидел почти такого же шумерского чародея, а в руках у него наливалась силой белая сфера. Зверобог-демон мгновенно понял, что сейчас произойдет и что есть силы, рванул к нему, стремясь помешать. Однако…
– СТОЙ! НЕЕЕЕТ!
Сфера белого света достигла размера немаленького арбуза, а затем просто взорвалась. Волна света ударила по демону, как пыльным мешком. Стало до отвратности чисто и светло. Люди воспряли духом, а демоны наоборот поддались панике и принялись разбегаться кто куда. Столб белого сияния поднялся до небес, частично уйдя за горизонт, даруя боль и страдания. Последним, что запомнил Хастур, это торжествующее лицо, увенчанное кустистыми бровями и злорадный голос, обещающий вечные пытки.
Конец Взгляда со стороны.
– Отличная работа, - похвалил себя Креол, любовно перебирая в пальцах еще одну душу Света. Речитатив для Длани Инанны уже был наготове. Все шло на удивление гладко. Зарево от Длани Инанны освещало Лэнг, будто в нем наступил Великий Рассвет. Я опустился на землю и почувствовал, как к на большой скорости что-то приближается. Темный Мир падок на сюрпризы. Креол хотел было что-то сказать, но не успел.
– КАРР. КАРР! – раздался откуда-то издали знакомый клекот. Кощей!?