Архиджинн
Шрифт:
– Объяснись, лугаль!
– Наши бойцы и маги измотаны, слишком долгими сражениями. Нам нужно найти относительно безопасное место и отдохнуть хотя бы пару часов. Иначе за успех военной кампании я не могу ручаться.
– Что с флотом Асанте?
– Флот уже достиг Глубинного царства и вступил в бой. Балеарги эйстов изничтожают спрутов, а сам Асанте весьма успешно продвигается к Р`льеху, вернее к месту, где он затоплен.
– Передай Асанте, что Ктулху охраняет трупобог Кутулу и его
– Наши действия? – бесцветным голосом спросил Кащей.
– Надо отправить туда достаточно могучего архимага владеющего Дланью Мардука. Она идеально подходит для противостояния Кутулу, а возможно и Дагону.
– Я рекомендую вам отправить туда Алкеалола. Вы не можете покинуть пост, а Хубаксис слишком нездоров, для активных действий.
– Ты прав лугаль.
Дальнейшим указом я отправил в Глубинное царство Алкеалола, посулив ему, что там где-то плавает Дагон и Кутулу. Если трупобогом дедушка не шибко заинтересовался, то вот Дагоном, вполне. Дагон, Темный бог, а это совсем иная категория сил. Самый слабый Темный бог сильнее даже очень могучего архидемона. Это константа. А засунутый в поглотитель Темный бог увеличивает длительность Длани Мардука на порядки.
Конец интерлюдии Креола Урского.
Я просто лежал, наблюдая, как над моей тушкой колдуют лучше медики Серой Земли, совместно с Креолом. Вот уж не ожидал, что архимаг лично захочет подлатать меня. Выходит я думал о нем хуже, чем на самом деле? Пожалуй, да. Все же Креол, глубоко (очень глубоко) в душе добрый парень.
Мои нади и чакры слегка скукожились и уменьшились, ненамного, но это все равно неприятно. Все же столь резкий переворот сначала в антимагию, а потом обратно плохо сказался на моих каналах маны. Думаю нужен как минимум день, чтобы все зарастить, как положено. В меня льют Философский камень, а Креол, матеря Лэнг в целом и демонов в частности, что-то кромсал в моей тушке, впрочем, вреда себе я не ощущал. Видимо архимаг пытался меня как-то вылечить. Ну-ну.
Астрал Лэнга буквально кишел от асугалей, утукку и прочих уродов, что охотились на души тех, кто погиб здесь. Попытались и меня утянуть на Кровавый Пляж или Бездонный Хаос, но я дал им по рогам и спустя где-то полсотни попыток меня оставили, относительно, в покое. В эфирном состоянии я куда глубже чувствовал энергию, что пропитывала Лэнг тысячелетия.
Каждый эон маны буквально кипел от Тьмы и безумия и мне стоило больших трудов удерживать свой Френес в порядке. Демонам все равно, а вот становление шайтаном или еще кем похуже не входит в мои планы на ближайшую вечность.
– Запускайте! – крикнул Шамгуддин, выпивая еще литр кофе, который специально для него готовил специальный колдун – материализатор по имени Кайкедал Мусор. Уж не знаю, за что ему такое прозвище, но творил он бесподобные шедевры кондитерской мысли, а уж когда Шамшуддин прознал, что он умеет создавать кофе, то тут же назначил его своим секретарем.
Тотальный Ноль вновь увидел свет и принялся пожирать почти единственный лес Лэнга. Деревья
Внезапно мои чувства чуть не взорвались. Я почувствовал, как на меня обратило взор сверхмогучее существо. Недовольное существо. По земле прокатился звук похожий на старческое кряхтение, а на земле образовались воронки, причем довольно глубокие. Я понял, что к нам пришел песец. На нас обратил внимание С`ньяк.
– Чрево Тиамат, почему так рано? – с досадой сплюнул Креол, едва выдерживая мощь могучего взгляда, без капли магии давящего на мир.
– Карр! Карр! – донесся до меня знакомый звук. Черт. Только не сейчас!
Глава 19 Мы проиграли?
Над огромной горой, выделяющейся среди прочих, словно великан среди карликов резко возникла огромная фиолетовая туча. Вулканы Лэнга, не переставая извергались, щедро усеивая землю сгустками раскаленной магмы. От падающего пепла с неба стало невыносимо жарко и было тяжело дышать. Горячий шквал несся убийственным ветром не щадя даже демонов.
– Пощады! – раздавались рыдающие вопли, - Пощади o Владыка! Смилуйся, Фиолетовый Газ!
С’ньяку не было дела до этих криков. Он слышал каждый из них, но они сливались в бессвязный гул, раздражающее жужжание. Оно только усиливало желание разгладить Лэнг до состояния плоскости, не оставить на нем ничего скулящего и беспокоящего.
Бог и властелин Лэнга постепенно входил во вкус. Теперь он перестал щадить и демонов. Расползшаяся фиолетовая туча уже заслонила собой аркалы, заслонила марево Света Зари, погрузив Инкванок в кромешную мглу. Только оранжевые шапки вулканов да мерцающие звездами Рыцари Света все еще как-то разгоняли мрак.
Изменения в константах, в физических законах и параметрах расходились по миру волнами. Начиналось все там, в средоточии силы близ Кадафа. Чем дальше, тем пока еще слабее было воздействие. Но с каждой минутой оно усиливалось, нарастая как снежный ком, катящийся с горы.
Я успел вернуться в тело, ведь воля Властелина Лэнга вдавливала похлеще каменной плиты. Страшная рана зарубцевалась, я хотя бы мог встать. Тем временем Креол орал в рацию:
– Он бог и властелин этого мира. Все что он хочет ныне воплощается в реальность!
Из рации донесся испуганный голос Лакластороса. Я не расслышал, что он сказал, но Креол на удивление спокойно ответил:
– Верно. От воли С`ньяка вас защищает аура Креста Стихий и противодемонические печати. Я облепил ими весь ваш супердредноут, но они лопаются одна за одной. И когда рухнет последняя…
Лакласторос что-то спросил, а Креол ответил:
– Минут десять, может пятнадцафшшшшшххк….
Огромный пресс гравитации буквально вбил меня, Креола, всю армию и джиннов в землю. Рацию раздавило, будто на неё упал бетонный блок с высоты пяти метров. Я не мог даже вдохнуть толком от тяжести. Посох накачивал меня исполинским количеством силы, но она была ничем на фоне Воли Бога и Властелина Лэнга…