Архимаг
Шрифт:
– Я убила… - начала Доум’вилль, но её слова превратились в визг, когда порыв ветра, равный по силе удару кулака великана, отбросил её назад. Инстинктивно она приготовилась, или попыталась, уверенная, что вот-вот столкнется с каменной стеной.
Но этого не произошло.
Она помчалась вдоль коридора темных облаков, кувыркаясь и дрожа, дальше и дальше.
Джарлаксл
– Он обязательно должен быть центром мироздания, - пожаловался наемник, когда они с Киммуриэлем наблюдали победную прогулку Громфа вдоль комнаты, до его собственного межуровневого туннеля. Архимаг остановился лишь на короткое время, чтобы рассмотреть что-то разбрызганное по дальней стене. Сапоги, висящие, слегка покачиваясь под порывами ветра, вызванного заклинанием.
Он тоже вздохнул, и Джарлаксл знал, что этот вздох, без сомнения, относился к его брату. Громф вытянул руки, его великолепная мантия захлопала от порывов магического ветра, подхватившего архимага, словно котенка и отправившего его в туннель. Джарлаксл и Киммуриэль последовали за ним. Наемник задержался лишь затем, чтобы попробовать рукой липкую массу на стене. Киммуриэль шагнул первым. Джарлаксл двинулся следом. Он все еще обтирал с пальцев липкую слизь, когда, миновав межпространственный туннель, вышел в комнату для аудиенций Дома До’Урден, становясь рядом с Киммуриэлем. Там же собралась вся свита Архимага. Равель Ксорларрин и его сестра, Сарибель, так же были среди присутствующих. Вместе с Далией, которая сидела на троне, похожая скорее на манекен — или на труп. Эта картина причинила Джарлакслу боль, но, право, что мог сделать бродяга?
– Архимаг, - выдохнул Равель. Он пытался помочь раненному и смущенному Тиаго подняться с пола, но мгновенно дал другу повалиться назад и почтительно отступил — ужас часто походил на знак уважения. Громф даже не посмотрел на него. Глаза мага остановились на Доум’вилль, которая распласталась на полу. Меч женщины лежал неподалеку. Эльфийка посмотрела на архимага, и ощутила себя такой маленькой и незначительной для всех окружающих. По какой-то не понятной Джарлакслу причине — она, конечно же, не собиралась противостоять Громфу!
– её рука потянулась к потерянному мечу.
Громф поднял руку и закрутил клинок в воздухе перед собой.
– Это клинок Дома Бэнр!
– предупредил он женщину. Голос архимага, магически усиленный, звучал так громко, что полубезумная даже Далия удивленно посмотрела на него.
Громф взмахнул рукой в сторону Доум’вилль, направляя свое заклинание мимо неё. Еще один вихрь закружился на противоположном конце комнаты. Эта новая воронка казалась светлее, ярче и солнечнее, но от этого света несло каким-то холодом.
– Клинок Дома Бэнр!
– взревел Архимаг, когда Доум’вилль глупо потянулась к Кхазид’хи. Меч пролетел по полу, прямо в руки Громфа. Доум’вилль уставилась на него, испуганная и потерянная… такая потерянная! Но она не нашла сочувствия в янтарном взгляде Громфа.
– Тебе здесь не место, иблис, - заметил Архимаг Громф. Громкие завывания ветра сотрясли комнату, сконцентрировавшись на Доум’вилль. Её глаза расширились от ужаса, и женщина впилась ногтями в пол, так отчаянно, что оставила на камнях несколько сломанных ногтей, когда ветер, наконец, схватил, поднял, перевернул и, кувыркаясь, отправил её в воронку.
Джарлаксл вздрогнул и прошептал:
–
Вихрь вращался все быстрее и быстрее, его диаметр уменьшался, и вскоре воронка превратилась в точку. Потом ветер исчез, словно поглощая сам себя, оставив залу аудиенций Дома До’Урден.
– Позаботься о своем муже, глупая жрица, - сказал Громф Сарибель.
– И знай - если он умрет, ты отправишься в могилу следом за ним.
– Верхние уровни потеряны, - закончил Хоштар.
– Даже если вы бросите туда каждого дроу, каждое заклинание и каждого раба — это не возымеет эффекта. Они сильны. Их ведут хорошие воины и поддерживают отличные генералы. Они контролируют каждую пядь завоеванной земли. Матрона Мать, их нелегко будет отогнать назад.
– Как и остановить, - сказала Матрона Мать Зирит, глядя на разведчика. Хоштар только пожал плечами, не видя смысла отрицать очевидную истину.
– Как долго мы можем отбиваться?
– спросила женщина.
– Их поход в нижний город будет тяжелым, - ответил разведчик.
– Расстояние до главной пещеры нижних этажей значительно, а лестница, разумеется, не может быть восстановлена. Ступени сломаны, перекрыты и охраняются. Так будет и впредь. Я ожидаю, что дворфы станут использовать магию, чтобы опуститься вниз. Но это даст нам возможность ударить по ним стрелами и магией.
– Значительной магией, - пообещал Тсэбрек, и Матрона Мать Зирит благодарно кивнула.
– Есть и другие способы попасть на нижние этажи, - напомнила ему жрица.
Хоштар кивнул.
– Все узкие. Их легко защитить.
– Оцени эту защиту.
– Моя Матрона Мать, - сказал Хоштар, поклонившись и выходя из комнаты.
– Они найдут путь сюда, - заметил Тсэбрек, оставаясь наедине с Зирит.
– Не стоит недооценивать ловкость и упорство дворфов. Матрона Мать Ивоннель совершила эту ошибку сотню лет назад, и заплатила за неё жизнью.
– Я понимаю опасность, - заверила его Зирит. Её голос звучал безжизненно и разбито.
– У тебя нет выбора, - сказал Тсэбрек.
– Ты говорил мне умолять Матрону Мать Бэнр.
Тсэбрек не потрудился ответить.
– Создай канал, - приказала Зирит, и Тсэбрек кивнул. Маг направился к своему бассейну для прорицаний.
Вскоре в спокойной воде появилось лицо Матроны Матери Бэнр, и Матрона Мать Зирит двинулась к изображению.
Джарлаксл и Киммуриэль проследовали за Громфом через весь город, направляясь в его башню в Сорцере. На всем пути Громф продолжал замечать разрушения, учиненные демонами, особенно его тронул один из эпизодов. Несколько тел дроу валялись вдоль боковой улицы, разорванные на части, с отсеченными конечностями, словно их терзали клешни глабрезу.
– Бреган Д’Эрт вскоре может получить приказ от матроны матери. Нужно расчистить улицы, - бросил Громф, когда они вошли в его личные покои.