Архипелаг
Шрифт:
– Как спалось, сестры? – спросил Андрей.
– Хорошо спалось, спасибо, – ответила Даша.
– Ну присаживайтесь, вот лепешки, чай… завтракайте.
– Спасибо, дядя Андрей, – сказала Даша, – девочки, садитесь завтракать.
Две спасенные девчонки, казалось, еще и не поняли, что вообще с ними произошло за последние несколько дней.
– Даш, ты б хоть познакомила нас, а то все то война, то переправа, – сказал Иваныч.
– Ой, и правда, – встрепенулась она, – это Ира…
– А я Оля, – сказала, не дожидаясь представления, та, что совсем малая, и спросила: – А что с нами дальше будет?
– Эм… – пожал я плечами, – что хотите, то и
– Я-то? Я, конечно, не против! А что вы, сестры, по хозяйству можете делать? – сразу взял быка за рога практичный Андрей.
– Я еще ничего не научилась делать, – пожала плечами Оля, – я только в одиннадцатый класс пошла осенью… ну могу первых блюд несколько приготовить, несколько рецептов тортов помню наизусть… О! Я стричь могу, и косички много и по-всякому заплетать… я всех друзей стригла дома и одноклассников.
– Стричь уметь это тоже нужное дело, – кивнул Андрей.
– Нам Даша про Сахарный рассказала, – сказала Ира, – можно к вам туда?
– Можно, – ответил я, – только вот дела здесь закончим.
– …Николаич… тут 22-й на связь вышел, в канале висит, тебя ждет на связь, – услышал я в рации голос Василия.
– Принял, иду.
– А вот это хорошие новости, – сказал Иваныч, вставая.
– 22-й, здесь 11-й, – сказал я в микрофон, когда мы с Иванычем расположились в радиорубке у Васи, – докладывай.
– В канале… Трошин остывает… Тайник нашел… Надо вывозить, ценного много.
– Сколько много?
– Обнаружено следующее… в количестве…
– …Принял, – ответил я, выслушав список, быстро переваривая информацию. – Что с дорогой до места и как найти вас?
– Дорога есть, пешком полтора дня плутали, в одном месте там провал и ручей, мост надо делать… думаю, не проблема, сухого кедрача там навалом кругом, тут инструмент и крепеж есть. Надо только с транспортом придумать что-то.
– Принял, будь на связи, сейчас подумаем… решим.
– Решайте… жду.
341-й день. Слобода
Бог велел делиться, ну и мы поделились, оставив слободинцам кое-что из тайника, что они уже будут сами вывозить из карьера, благо трехтонный грузовик, временно экспроприированный у артельщиков, у них есть, да… мы пообещали вернуть грузовик, как попользуем. А вот два квадрика в качестве контрибуции забрали, хорошая вещь, и главное проходимая по тайге. Для слободинцев мы оставили в тайнике 30 автоматов из 80 найденных, боеприпасы к ним, пулемет, немного гранат и медицины. Кстати, среди ящиков с патронами и оружием обнаружилось немало медицинских коробок и упаковок. Чего стоит только двенадцать полевых хирургических сумок, два кубовых тюка, набитых полиэтиленовыми упаковками по килограмму каждая с медикаментами. Я вскрыл одну посмотреть – таблетки, ампулы и прочие пузырьки. Также поделились инструментом и провизией. Консервы отдали почти все, оставили одну палатку и часть раскладушек.
Из 36 человек, которых отпустили артельщики, было 20 женщин и 16 мужиков. Андрей сразу окружил их заботой и вниманием, третий день их уже откармливают и успокаивают в слободе.
В карьере теперь осталось несколько человек из слободы, хорошо вооруженных и охраняющих тайник, до той поры, пока все из него не вывезут. «Аврора» стояла у пирсов, нагруженная так, что вода не доставала до иллюминаторов нижней палубы всего сантиметров тридцать, трюма были максимально заполнены. Пришлось даже вытаскивать
– Ну, что по дороге на том берегу? – спросил я у Алексея, который сидел у иллюминатора и отчищал от смазки детали ПБ.
– Ребята с утра проскочили вверх и вниз по паре километров… дорога наезжена, следы мотоциклетные, ну и лошадка там телегу катает.
– Один пойдешь?
– Нет, Сергеева возьму, нормально парень соображает и ходит тихо. Пообедаем, и боцман нас на мотоботе закинет на тот берег с велосипедами. «Северка» возьмем… Как зачистим, свяжемся.
– Хорошо… сколько примерно по времени на дорогу уйдет?
– Пару часов, не меньше, выход на позицию и разведка еще час минимум… Часа четыре на операцию, в общем.
– …Николаич, брат Андрей зовет… все готово, – услышал я голос Яковлева из рации.
– Принял… Идем.
Обеденный стол был накрыт у дома Андрея. Два небольших стола составлены рядом. Меню скромное, без изысков – борщ, жареная рыба, салаты и свежеиспеченный хлеб. Обедали мы вчетвером, в слободе с субординацией было строго, и кроме представителей «высоких договаривающихся сторон» никого не было. Экипаж «Авроры», кроме вахтенных, обедали на камбузе, а слободинцы разошлись на обед по домам, пригласив к себе освобожденных на прииске. Первым опустошил тарелки Алексей и, запив морсом, сказал:
– Спасибо большое, брат Андрей, за обед, за гостеприимство, приятно было познакомиться и узнать хороших людей. Возможно, еще увидимся. Пойду собираться… служба.
– Храни тебя Бог, Алексий… конечно, увидимся, – Андрей вышел из-за стола и пожал Алексею руку.
– Ну что, братья, – сказал Андрей, когда мы уже пообедали и пили чай, самый настоящий, крупно-листовой, да, из тайника, – с вашей и с Божьей помощью нам теперь полегче будет. И инструментом поделились, оружием да продуктами. И людей прибыло, не все, конечно, захотели с нами остаться, но и оставшиеся хорошее подспорье.
– А что у нас там, кстати, получается по людям? – спросил Иваныч, опершись о столб навеса, сидя на лавке, размяв и подкурив сигарету «Прима»… тоже из тайника.
Андрей надел очки, завязав шнурок на затылке, и достал какую-то цветную картонку, на обратной стороне которой было что-то написано.
– Девять сестер и шесть братьев с нами в слободе решили остаться.
– Остальных, значит, с собой забираем, – кивнул я, – пусть тогда собираются и через час на посадку, нам еще посты снимать и «Аврору» подготовить надо.