Архонт
Шрифт:
Ваш статус обновлен. Выдан силовой наплечник центуриона.
Награда за повышение оказалась высокотехнологичным элементом брони, входящим в состав кибернетического доспеха центуриона. Я уже видел подобное снаряжение у офицеров Легиона. Впрочем, он мог использоваться и отдельно. Наплечник-конструктор, полукруглый щиток с выгравированной звездой Стеллара, имел вмонтированный генератор небольшого силового щита. Он мог прикрыть от кинетического и энергетического оружия, хотя, конечно, не делал своего носителя полностью
Я временно убрал его в криптор — пока еще живой «Аватар» обладал куда большей защитой. Может, пригодится.
И повернулся спиной к Стеллару, покидая Синюю Птицу.
Пора действовать.
ОТ АВТОРА:
Я искренне благодарю всех, кто подписался на эту книгу. Спасибо!
Без вас ее, и всей серии Стеллар никогда бы не было.
Как всегда, я буду рад вашим комментариям и предложениям, не стесняйтесь высказывать свое мнение, ведь работа над черновиком и предполагает обсуждение и исправление ошибок.
Нам предстоит до Нового Года прожить вместе в мире Стеллара, и надеюсь, вам понравится это приключение)
Глава 2
Мора ждала меня наверху. Черная пустота под капюшоном — я вдруг понял, что так и не увидел ее лица, обернулась в мою сторону, и по напряжению пси-поля стало ясно, что Заклинательница Теней невероятно зла.
— Что ты натворил? — прошипела она, — Зачем ты изменил глобальные настройки Стеллара?
— Так нужно, чтобы спасти людей. Это сделал Прометей. Он показал мне, что случилось на Черной Луне. Это единственный путь…
— Тьма! Ложь! — выкрикнула Заклинательница, — Все, кто с ней сталкивались, все, кто всматривался в Грань, стали Одержимыми!
Значит, ее гнев вызвало изменение Тревоги «Одержимые». Мора фанатично ненавидела Тьму. Те, кто призывал к компромиссам, становились для нее врагами. И причины этой убежденности были не до конца ясны. По спине пополз холодок — четкое ощущение опасности. Сейчас Мора была неуправляема и дрожала от ярости, как натянутая до предела тетива лука. Я, наоборот, не хотел конфликта — и сосредоточился, пытаясь с помощью «Повелителя» транслировать спокойную уверенность в своей правоте.
— Я не одержим, Мора.
— Горе нам, — прошептала Заклинательница Теней, — Мы проиграли.
Она швырнула что-то в мою сторону, и напряжение, вибрировавшее между нами, вдруг пропало. Я понял, что смотрю в пустоту — она исчезла, ушла своими теневыми тропами. Разочарованная и злая, но не обратившая свою агрессию против меня. Это внушало некоторую надежду.
Мне нужна была ее помощь, ее знания. Тьма. Умбра. История Одержимых. Куб. Мора явно знала, кого хотел освободить Кот. Может быть, позже, когда ее злоба утихнет, мы сумеем нормально поговорить.
Я поднял брошенный предмет. Разомкнутый золотой обруч, изящный полумесяц, украшенный искусным орнаментом. Знаменитый парящий венец, символ власти Совета Архонтов. Означал ли этот жест, что Мора
Я вышел на связь с остальными. Мятежники успешно продвигались к центру, захватывая стратегические точки. Все шло даже лучше, чем мы предполагали — уличных боев и сопротивления в Городе почти не наблюдалось. Без Шепота, без Фурия, без Моры оборона рухнула, как карточный домик. Мирное население пребывало в панике и смятении, а большинство лояльных Совету Инков и легионеров сдавались или переходили на нашу сторону. Обошлось почти без крови.
Почти. Несколько десятков, ближе к сотне убитых. Первая Когорта, «дети Фурия» и некоторые другие подразделения Легиона до конца исполняли последний приказ архонтов. Они удерживали Башню-Иглу и часть Арсенала, зачищать их пришлось с помощью Инков. К вечеру все было кончено, весь Город и его жизненно важные объекты перешли под наш контроль.
Я искал и нашел пленников, захваченным Шепотом. Эдвард и Ян были живы, хоть и зверски избиты. Эсси же, когда ее привели ко мне, выглядела почти нормально. Шла сама, лишь слегка прихрамывая. Тонкая, как спичка, чуть растрепанная и с новой морщинкой над переносицей. Глаза девушки были покрасневшими, как будто она долго плакала или не спала несколько суток.
Увидев меня, афро выпрямилась и повторила жест, сделанный сопровождающими ее легионерами. Во взгляде — смесь испуга… и вины?
— Айве!
— Тинки, — сказал я, — Живая.
— Грэй, — повторила девушка, но ее испуг не уходил. — Айве, Грэй!
Я вдруг увидел себя ее глазами — светоносного Инкарнатора в крылатом вингере Ангела, со звездами старшего центуриона, легенду и мессию, реинкарнацию Прометея, о которой перешептывались все без исключения. За моим левым плечом стоял забрызганный кровью Ворон со «Звездной Иглой» наперевес, за правым — страшноватая Лиса в серебристом хайвере «Вьюги». Символ мятежа, грозный Инк не имел почти ничего общего с тем трибутом Грэем, которого Тинки знала в Тимусе.
— Эсси, с тобой все в порядке? Что с тобой сделали?
— Все… нормально, — хрипло, пересохшими губами произнесла афро. Но она лгала.
— Иди сюда, — велел я, и когда она сделала шаг вперед, неожиданно взял ее лицо в ладони.
— Тинки, — произнес как можно теплее, — Тинки, это я, Грэй.
Бедная девочка. Шепот что-то сделал, что-то изменившее ее, что-то поселившее в ней страх. Сексуальное насилие? Пытки? Эстер считала себя трусихой и всегда боялась боли. Глядя в карие глаза девушки, я с помощью «Повелителя Стаи» попытался нащупать нашу прежнюю ментальную синергию и понять, что произошло, но афро, всхлипнув, неожиданно вырвалась, отскочила в сторону, сжалась, как испуганный зверек.