Ари
Шрифт:
— Пару месяцев, — пожал плечами Харви и сменил тему: — А ты, значит, живёшь в съёмной квартире со своей сестрой-панком, которая лесбиянка и которая по-пьяни имеет привычку к тебе приставать?
— Нора – бисексуалка, — ввела поправку я, с трудом ворочая языком и нелепо рисуя в воздухе круги указательным пальцем. — А это… немного другое. И она мне не сестра… ну то есть сестра, но не родная… и даже не кузина. Её родители удочерили меня в десятилетнем возрасте, в Спринфилгде, и переехать в Филадельфию мы могли только вместе, якобы для того, — громко икнула, —
Харви продолжал улыбаться, глядя на меня с таким пониманием, что хотелось наброситься на него и крепко сжать в объятьях.
Может после следующей порции рома я так и поступлю.
— Папа Норы? — поинтересовался он. — Ты не зовёшь его также?
Я сделал глоток и облизала сладко-горьковатые губы:
— Я зову его Треем. Мне так проще. А маму Норы – Самантой. Потому что и так мне проще.
— А где твои родители?
— А в тебе нет ни капли стеснения, верно? — усмехнулась я.
Харви пожал плечами:
— Ну я ведь бармен. Это вроде как моя работа.
— Выслушивать пьяный бред посетителей, — дёрнула я бровями.
— Именно.
Я проницательно сузила глаза:
— Но не задавать вопросы.
Харви задержал на мне задумчивый взгляд. Выпрямился и коротко вздохнул, пожав плечами:
— В этот раз мне интересно.
«В этот раз мне интересно»?
Это что? Вроде как комплимент?
Нет. Если он не маньяк, то просто – ненормальный.
Помотала головой и допила напиток:
— Повтори.
— Хватит с тебя, — фыркнув, усмехнулся бармен, забирая пустой бокал.
Мои брови невольно полезли на лоб и пьяные (смелые) мысли продолжали находить выход изо рта:
— А разве бармен не должен наливать, когда клиент его просит?
— Только если клиент платит,— подмигнул мне Харви. — А ты не платишь.
— Но у меня день рождения!
— И именно поэтому, Тея, — Харви перегнулся ко мне через барную стойку и понятия не имею, как я смогла уловить его приятный мужской аромат в своём-то состоянии, — я делаю всё возможное, чтобы ты хоть немного его запомнила.
Сглотнула, чувствуя, как к щекам приливает кровь от внезапной близости этого парня, но даже алкоголь не в состоянии избавить меня от собственной застенчивости до конца.
— А если я не хочу его запоминать? — прошептала я, на полном серьёзе.
Не знаю для чего и дозволено ли ему это на работе, но Харви наклонился ещё ближе, оказавшись в нескольких сантиметрах от моего лица:
— Разве всё так плохо? — нахмурил он брови.
— Достаточно плохо, чтобы желать не помнить этот день.
— А я думал, мы неплохо тут время проводим, — ухмыльнулся Харви. — Чем я не компания?
Я смолкла, чувствуя, что теперь щёки не просто горят, а пылают двумя огромными кострищами.
— И почему он так близко?.. — подумала я.
— Что, почему? — вдруг усмехнулся Харви, и на его полных губах расцвела игривая улыбка. Тут-то и поняла,
Резко опустила взгляд в лакированную столешницу и позволила волосам упасть на лицо.
Ладно. Пора с этим заканчивать. Пора уходить.
— Ну так что? — произнёс Харви, находясь всё также близко к моему лицу. — Моя компания настолько плоха?
Я шумно выдохнула и осмелилась встретиться с ним взглядом:
— Ты бармен в баре, в который я пришла, чтобы напиться. Почему мне должна нравиться твоя компания? Лишь потому, что ты первый, кто поздравил меня с днём рождения?
Совсем не ожидала, что после сказанных мною слов, улыбка исчезнет с его лица так быстро.
Прижала ладони к щекам и шумно вздохнула. Ну вот, теперь я ещё и жалость у него вызвала.
— Эй? — позвал Харви, ехидно ухмыляясь. — В таком случае, ты точно не имеешь права забыть этот вечер. Ведь я однозначно сделал его лучше!
Я поглядела на него сквозь пальцы:
— Ром с колой сделал его лучше. А ты лишь посредник в нашей с ним встрече.
— Уже нет, — Харви отстранился, снял с рубашки бейдж и бросил его на столешницу. — Моя смена закончилась десять минут назад. Так что я больше не посредник.
— И что? — не понимала я.
Харви упёр руки в бока и слегка склонил голову на бок:
— Где ты живёшь?
— А что?
Бармен усмехнулся:
— Ты всегда такая?
— Только когда пьяная.
— Это было честно, — кивнул головой Харви.
— Когда я трезвая – всё ещё хуже.
Бармен пристально глядел мне в лицо. И я не смогла отвести взгляд. Хотите верьте, хотите нет, но ещё никто ни разу в жизни не смотрел на меня так… так внимательно. И вопросы в голове этого парня точно не были связаны с тем, почему левая часть меня настолько изуродована. Он думал о чём-то другом. На его лице было написано что-то другое. Я плохо разбираюсь в людях, так что не могу сполна оценить этот взгляд. Но знаю точно – это не жалость.
— Подожди меня здесь, ладно? Я возьму куртку и провожу тебя до дома, — на полном серьёзе произнёс бармен.
Надо было встать и уйти в ту же минуту. Но я так и продолжала сидеть на барном стуле, путаясь в своих пьяных мыслях и ожидая парня, которого по всем законам логики просто не могла заинтересовать девушка вроде меня.
Может он всё-таки маньяк?
Тяжёлое грозовое небо нависшее над Филадельфией намекало о том, что лучше бы нам отложить свою идею прогуляться до моего квартала пешком и разойтись в разные стороны прямо здесь и сейчас. Я – ловила эти намёки. Харви будто бы не замечал. Он шёл по правую от меня руку, и первое на что я обратила внимание, когда он вернулся за мной уже будучи переодетым в не рабочую одежду, так это на то, что такой вид ему идёт больше. Поношенные джинсы низко свисали на бёдрах, обычная серая футболка с эмблемой «Филадельфия Филлис», ясно давала понять, что ему нравится бейсбол. Чёрная кожаная куртка и ботинки на шнуровке завершали образ самого обычного парня.