Аритмия
Шрифт:
— И, конечно, спортсменка…
— Играю в волейбол. Центральный блокирующий, нападающий первого темпа, — с готовностью отвечаю на ее вопросы.
— Товарищ по команде, значит, — удивленно распахивает глаза.
— Так что с уроками?
— Первые четыре за нами приглядывает учитель физкультуры. Вон он, на пару с верзилой Пилюгиным собирает новый инвентарь.
Саша машет рукой в сторону здания, и я замечаю у входа в спортзал две мужские фигуры. Почти одинаковые по комплекции.
— Мы с Цыбиным нагло отлыниваем от работы. Я — хрупкая девочка, а Витя — хилая спирохема.
— Сама такая! — оскорбившись, вопит тот.
— А чем занят он? — все же решаюсь спросить, потому что глаза помимо воли постоянно желают вернуться к художнику.
— Абрамов отрабатывает свое очередное наказание. Но, похоже, ему за него уже грозит следующее, — смеется она.
Поднимает с земли рюкзак и достает оттуда два спелых яблока.
— Угощайся, волейболистка из Новосибирска.
— Спасибо, не могу… Отказывать вроде как невежливо, но мама приготовила настолько плотный завтрак, что я, пожалуй, воздержусь. Думаю, даже вычеркну на сегодня обед, — поглаживаю себя по животу.
— Удушающая родительская забота. Как мне это знакомо… — кривится она, вздыхая.
— А за что его наказали? — прищуриваюсь и начинаю внимательно рассматривать изображения персонажей мультфильма про Винни-Пуха.
Теперь понимаю, что Саша имела ввиду. Вряд ли директор оценит эту художественную пантомиму, учитывая некоторые… детали.
— Линейку со своими друзьями-придурками сорвал, — рассказывает Харитонова обыденным тоном. — Напустили цветного дыма и учинили драку с бэшками. Видать очень соскучились за лето.
— Пойду посмотрю его шедевры вблизи, уж больно красиво рисует, — поправляю лямку портфеля на плече.
— Дарин, — Саша касается моей руки и как-то странно меняется в лице. — Ты… поосторожней с ним.
Такая реакция слегка озадачивает.
— Как будто в клетку ко льву меня отправляешь, — рассматриваю россыпь теплых, солнечных веснушек на ее щеках.
— В каком-то смысле так и есть, — на полном серьезе заявляет она. — Ян… опасный, ясно? Лучше не привлекай к себе внимание.
«Опасный». Какая странная характеристика…
— Спасибо за предостережение, Саш, но я не люблю вот так с ходу навешивать на людей ярлыки, — осторожно высвобождаю свою руку.
Теперь уже из принципа к нему подойду. Что в этом такого? Не набросится же он на меня с кулаками? Смешно.
«Опасный».
На моего брата вот так же клеймо вора поставили в школе…
Так случилось, что он связался с нехорошей компанией и по глупости попал в неприятную ситуацию. Что называется оказался не в то время, не в том месте. Один
Уверенной походкой пересекаю газон и, чуть не угодив под автоматическую систему полива, незаметно подкрадываюсь к сидящему на корточках парню. Встаю позади него, немного левее.
Он занят детализацией окосевшего ослика Иа. Я — тем, что с интересом разглядываю его сосредоточенный профиль, темные завитушки волос и сережку в левом ухе.
— Борис Заходер оценил бы иллюстрации. Но не сюжет, — все-таки не могу удержаться от комментария, наблюдая за тем, как виртуозно он орудует кистью. — Протест?
Его рука прекращает рисовать, а сам он поворачивается и медленно-медленно поднимает голову.
Слова Саши сами собой всплывают в памяти. Потому что стоит нам встретиться глазами — и мой боевой настрой испаряется.
— Дарина Арсеньева, — спохватившись, представляюсь я.
Надо было начинать именно с этого, Даш.
— Новенькая в вашем классе, — поясняю торопливо.
— И?
Парень смотрит на меня совсем не по-доброму.
— И… я рассчитываю на взаимовежливость, — отвечаю после неловкой паузы, образовавшейся вследствие моей растерянности.
— Это явно не по адресу, — отворачиваясь, равнодушно отзывается он.
Что ж… Похоже, дружелюбие — не его конек.
Смотрю на то, как ветер играет с его волосами, и чувствую в себе какой-то глупый, необъяснимый порыв.
Я бы хотела потрогать эти темные завитушки…
— Мне понравилось как ты рисуешь, и я решила подойти, — зачем-то объясняюсь.
— Подошла?
Такая откровенно негативная реакция немного сбивает с толку. И огорчает, что уж там…
— А ты умеешь расположить к себе собеседника, — хмыкаю я.
— Слушай, собеседник, — снова поворачивается ко мне, и на этот раз даже не пытается скрыть раздражение. — В данный момент я не особо настроен на диалог.
Губы помимо воли трогает улыбка. Ершится… Намеренно демонстрируя агрессию.
— Да ты сама любезность…
— Это мое второе имя, — острит мальчишка.
— Но я все равно рада знакомству, — заканчиваю свою мысль.
— Так ты знакомиться пришла?
Пристальный, оценивающий взгляд задерживается на моем лице, а потом медленно спускается ниже.
Шея, скромный вырез на блузке, юбка, из которой я выросла. Голые ноги…
Румянец заливает щеки со скоростью света. А когда пальцы его левой руки неожиданно касаются чувствительного местечка под коленкой, я и вовсе перестаю дышать.