Аркадия
Шрифт:
Ханна(довольная). Книга так и называется.
Бернард. Естественно.
Ханна(уже не столь довольная). Почему "естественно"?
Бернард. Естественно, потому что кем он, собственно, был, пока не стал символом? Кем был гений вне пейзажа?
Ханна. Не знаю.
Бернард. Вот видишь!
Ханна. То есть пока не знаю.
Бернард. И не узнаешь. Что они сделали с его бумагами? Павлини что-нибудь пишет?
Ханна. Устроили большой костер.
Бернард.
Ханна. Я еще не просмотрела "садовые книги" леди Крум.
Бернард. Расходные записи или дневники?
Ханна. Там всего понемножку. Пробелов тоже хватает, но период более или менее вырисовывается.
Бернард. В самом деле? А на Байрона ты нигде не натыкалась? Это я так, из праздного любопытства…
Ханна. В библиотеке есть первое издание «Чайльд-Гарольда» и, по-моему, "Английские барды". [21]
Бернард. С дарственной надписью?
Ханна. Нет.
Бернард. А в письмах он не всплывает?
Ханна. С какой стати? В его письмах Крумы тоже не плавают.
Бернард(безразлично). И то правда. Но Ньюстед отсюда не так уж далеко. Слушай, ты не против, если я немножко покопаюсь? Разумеется, только в бумагах, которые ты уже отработала.
21
"Английские барды и шотландские обозреватели" — сатирическая поэма Байрона (1809).
Ханна что-то заподозрила.
Ханна. Так кто тебя интересует, Байрон или Чейтер?
В боковую дверь входит Хлоя. Она без обуви, в одних чулках. Несет целую охапку одинаковых с виду гроссбухов в кожаных переплетах. Она зашла за своими туфлями.
Хлоя. Простите… Я на минутку… В буфетной есть чай… Только из кружек, ничего?
Бернард. Благодарю вас.
Хлоя. Ханна вам покажет.
Бернард. Позвольте, помогу…
Хлоя. Нет-нет, я справлюсь…
Бернард открывает дл нее другую боковую дверь.
Вот, решила спрятать охотничьи книги, а то Валентайн хватится, а их нет. Спасибо.
Бернард закрывает дверь.
Бернард. Какая милая девочка.
Ханна. Гм…
Бернард. Что, в самом деле?
Ханна. Что — "в самом деле"?
Дверь снова приоткрывается, показывается голова Хлои.
Хлоя. Забыла сказать… Мистер Солоуэй, не волнуйтесь, если отец разворчится насчет вашей машины. У него бзик… (Вспоминает, что обещала держать фамилию Бернарда в тайне.)
Ханна. Ты — полное говно. (Направляется к двери.)
Бернард. Дело в том, что Байрон связан с этим местом напрямую!
Ханна останавливается и поворачивается к Бернарду.
Ханна. А мне-то что?
Бернард. Не верю, будто тебе наплевать. Вот увидишь, у байроноведов дружки в ширинках застрянут!
Ханна(выдержав паузу). Почему это?
Бернард. Потому что мы будем сотрудничать.
Ханна. На какую тему?
Бернард. Сядь, объясню.
Ханна. Я лучше постою.
Бернард. Этот экземпляр "Ложа Эроса" принадлежал лорду Байрону.
Ханна. Он принадлежал Септимусу Ходжу.
Бернард. Да, вначале. Но когда в 1816 году Байрон покидал Англию навсегда и его библиотека распродавалась за долги, с аукциона в числе других пошла и эта книга. В Британской библиотеке есть каталог той распродажи. «Ложе» шло под номером 74-А, купил его книготорговец и издатель Джон Солоуэй. Адрес магазина — Опера-корт на Пэлл-Мэлл. Восприемником дела стала фирма "Солоуэй и Мэтлок". Нынешний Солоуэй — мой двоюродный брат. (Умолкает. После некоторых колебаний Ханна присаживается к столу.) Вот послушай, как развивался сюжет. В 1939 году книги перевезли в Кент, в загородный дом семейства Солоуэй. В сорок пятом вернули в Лондон. А коробку с книгами начала XIX века позабыли, и она валялась в подвале, пока строители туннеля под Ла-Маншем не потребовали продать им дом со всеми угодьями, поскольку там пролегала трасса. Тогда и обнаружили «Ложе» вместе с аукционной биркой 1816 года. Могу показать ксерокопию. (Достает из портфеля листок и передает Ханне. Та внимательно рассматривает.)
Ханна. Хорошо. Допустим. Книга принадлежала Байрону.
Бернард. В ней подчеркнуты некоторые строфы.
Ханна берет книгу в руки, листает.
И все они, и только они, — нет, нет, смотри на меня, а не в книгу! все подчеркнутые строфы приводятся дословно, то есть цитируются в рецензии на "Ложе Эроса", которая вышла 30 апрел 1809 года в "Забавах Пиккадилли". И в первых же строках рецензент напоминает читателям свой отзыв об «Индианке» — предыдущей книге того же автора.
Ханна. Рецензентом наверняка был Ходж. "Моему щедрому другу Септимусу Ходжу, который всегда готов отдать все лучшее, — от автора".
Бернард. В том-то и штука! Рецензент из «Пиккадилли» высмеял обе книги!
Ханна(помолчав). А по стилю-то тянет на Байрона?
Бернард(доставая из портфеля еще две ксерокопии). Рука Байрона! Еще более по-байроновски, чем рецензия на Вордсворта, которую Байрон уж точно написал, правда, годом раньше!