Аркан
Шрифт:
Фламма ткнул пальцем в прозрачную воду и обернулся к Аджакти:
— Что ты видишь?
Ответ «поилку для птиц» был слишком очевидным, и, помня прошлые выверты наставника, ученик напряг мозги:
— Э-э… Благословенную влагу премудрости.
Глаза Огня стали еще уже, чем обычно:
— Не старайся поразить меня своей глупостью, мальчик. Тебе уже удалось это сполна. Просто опиши, что ты видишь.
Кай вздохнул:
— Камень, воду. — Он бросил быстрый взгляд на учителя. Тот ждал продолжения. — Э-э, вода чистая, через нее видно дно, на дне улитка.
К его удивлению, Фламма удовлетворенно кивнул, зачерпнул горсть влажной земли и бросил в поилку.
— Что ты видишь сейчас?
Аджакти пожал плечами:
— Немного. Грязь замутила воду, сетха. Надо подождать, пока все уляжется.
— Вот именно! — Фаворит постучал твердым пальцем по лбу ученика. — Твой рассудок также полон мути. Пока ты не перестанешь отвлекаться на мысли, впечатления и воспоминания — всю ту грязь, которая заполняет тебя, ты никогда не сможешь видеть ясно! Ты будешь следовать снам наяву, вместо того чтобы присутствовать в реальности «сейчас».
— Грязь?! — возмутился Кай. Полагалось бы придержать язык, но гладиатор не мог больше сохранять спокойствие. — Да что вы знаете обо мне?! Что вы вообще знаете о том, что происходит за пределами этих стен?! — Он сделал широкий жест, обводя рукой ограду, скрывавшую сад фаворита от посторонних глаз. — Устроились тут, как отшельник, в вашем идеальном мирке, разводите кур и розы, достигаете совершенства. А что творится у вас под носом, скажем в Танцующей школе, об этом вы и понятия не имеете. Еще бы! Это же грязь, муть! Отвлекает от созерцания вечности и собственного пупка! — На всякий случай он зажмурился, ожидая нового удара палкой. Но его не последовало.
— Что же такое творится в Танцующей школе, что это занимает все мысли моего ученика, не оставляя места для — как это ты сказал? — благословенной влаги премудрости? — прозвучал язвительный голос Фламмы.
Отступать Аджакти теперь было некуда. Он принялся рассказывать о последних играх и судьбе Лилии:
— Скавр собрался вышвырнуть ее, как сломанную куклу, но мы ему не позволим. Братья решили скинуться, чтобы оплатить лечение Тигровой. Она, конечно, ничего об этом не знает, а то бы ни за что не согласилась, гордячка. Один из наших, Аркон, попробует договориться с мясником. Лилия — отличный боец, ребята уверены, что она и с одним глазом справится, лишь бы у нее было время восстановить форму.
— Я помню рыжеволосую, — задумчиво протянул Фламма. — Прекрасный «жнец». Жаль, что с ней случилось несчастье.
— Думаете, — нерешительно спросил Аджакти, — она сможет снова выйти на арену?
Покряхтывая, фаворит опустился на землю рядом с каменной поилкой и сделал приглашающий жест рукой. Ученик последовал его примеру.
— Возможно, — глаза под тяжелыми веками отразили рябь на воде. — Я слышал легенды о слепом воине, сражавшемся на слух. Я знаю историю о девушке, которой отец с детства связывал руки за спиной, заставляя исполнять все домашние обязанности ногами. Именно Юфенг изобрела новый стиль боя, носящий ее имя и основанный на
Кай печально покачал головой. Он прекрасно понимал, что судьба сестры теперь была в руках Скавра и ее собственных.
— Вот ты сказал, что я понятия не имею о том, что происходит за пределами моего дома и сада, — продолжал Фламма, — что я сам отгородил себя от жизни и этого города. Ты ходишь по его улицам каждый третий день, сюда и обратно в школу. Заметил ли ты сегодня что-нибудь особенное на своем пути?
Аджакти напряг память, одновременно стараясь разгадать, куда на этот раз клонит учитель, но ничего дельного на ум не приходило. Наконец он сдался:
— Все было как обычно.
— Ты заметил двух нищих, что всегда сидят у сырной лавки?
— Один хромой, а у второго вся рожа в язвах? — уточнил Кай и уверенно кивнул: — Ну да, попрошайки торчали там, как всегда.
— Как примечательно, — сощурился Фламма. — Я проходил мимо сегодня утром и видел только одного нищего.
— Что с того, — пожал плечами ученик. — Значит, второй приполз позже.
— А вот это было бы еще более удивительно, — растянул улыбку шире фаворит. — Приятель хромого рассказал, что несчастный встретил ледяного великана минувшей ночью и почил в бозе. Очевидно, сырную лавку посетил его призрак.
Кай задумался. «Было ли попрошаек действительно двое? Или я только думал, что их двое, потому что, занятый собственными мыслями, не обратил на них внимания?» Наконец он тряхнул головой:
— Ну, может, тот, в язвах, подпирал стену и один. Да какая разница? Хромой мне не сват и не брат, такой швали, как он, тут на каждом углу полно.
— А что, если их все-таки было двое? Что, если тот, кто занял место хромого, — наемный убийца, посланный выследить тебя и отправить в мир иной?
Аджакти уставился в безмятежное лицо Фламмы округлившимися глазами:
— Но… Кому бы это могло понадобиться? В смысле заказать меня?
— Ты знаешь своих врагов лучше, чем я. — Фаворит как ни в чем не бывало расправил складки туники на коленях. — И ты не ответил на мой вопрос: исходя из нарисованной мною возможности, какова была бы вероятность того, что ты не явился бы сегодня на урок?
Кай смущенно откашлялся:
— Гм, зависит от искусности убийцы. Но, учитывая эффект неожиданности… Да, наемник имел бы преимущество.
Фламма только коротко кивнул:
— Теперь вернемся к нашим курам. Что там пошло не так?
— Да в этих бестий как демон вселился! — раздосадованно пробормотал ученик. — Они метались повсюду, в сарае темно, поди там разбери, кто где. Я же не мог разорваться на дюжину кусков! Ну или сколько их там.
— Тебе приходилось сражаться против нескольких противников одновременно, так?
Аджакти кивнул.
— Ты видел, как замирает в воздухе стрела? Как едва различимое мелькание лезвия распадается на отдельные движения? Чувствовал, что времени между ударами сердца достаточно, чтобы убить, и не однажды?