Аркан
Шрифт:
Кай снова кивнул. Теперь он внимал Фламме с таким напряжением, что в ушах звенело. Описанные учителем ощущения были ему знакомы, очень знакомы.
— Тогда почему этого не случилось, когда я дал тебе простое задание? Почему этого не случилось сейчас?
Аджакти только захрипел в ответ. Пальцы Фаворита сомкнулись на его горле. Дав ученику помучиться пару мгновений в борьбе за воздух, железная хватка разжалась.
— Я не… — просипел Кай, пробуя определить на ощупь, на месте ли кадык, — я не был готов. В бою… На меня вроде как находит. Как будто некая сила движет
— Ты входишь в поток, — кивнул Фламма. Создавалось впечатление, что он прекрасно понимал, о чем говорит ученик. — Твое внимание предельно фокусируется, ты становишься прозрачным, — фаворит указал на водоемчик для птиц, муть в котором осела на дно. — Но если последует внезапное воздействие извне, скажем, хм, лучник на галерее вдруг нацелится тебе в спину, то… — Огонь внезапно пнул поилку. Вода выплеснулась из углубления, грязные струйки побежали по бокам камня. — Теперь представь себе, что ты находишься в дхьяне. — Он легко поднялся на ноги и направился к бассейну.
Аджакти последовал за учителем.
— Твое внимание не сфокусировано, но рассредоточено вокруг, разлито в пространстве. Ум, лишенный обычного пережевывания собственных мыслей, образов и настроений, чист, — Фламма указал на водоем, в котором ясно просматривалось мозаичное дно, — и дает тебе возможность реагировать на самые слабые сигналы, поступающие от мельчайших частей тела, сигналы, которые раньше попросту терялись в постоянном мысленном шуме. Твои нервы способны реагировать на пятьдесят пять импульсов в секунду, пальцы ощущают вес в десятые доли грамма, глаз различает свет самой отдаленной звезды. И так — всегда.
Кай недоверчиво покачал головой и усмехнулся:
— Всегда? Или великому воину не нужно спать?
Фаворит усмехнулся в ответ:
— Великий воин способен практиковать дхьяну даже во сне. Когда он достигнет высшей ступени мастерства, он будет способен видеть сны Ясного Света. Он станет бодрствующим спящим.
Аджакти задохнулся от открывшейся ему перспективы. Всегда находиться в потоке. Нет! Самому быть потоком, разлитым повсюду! Сохранять остроту восприятия даже во сне, так что ни один враг не сможет подкрасться незамеченным.
— Как… Как я могу научиться дхьяне, сетха? — спросил он, едва справившись с нетерпеливой дрожью в голосе.
— Многое ты уже знаешь. Правильное дыхание, мантры — все эти элементы Танцующей школы помогают достичь полного внимания. Тебе остается только научиться удерживать его, сделать дхьяну твоим естественным состоянием. Я не знаю, как много у нас времени, а потому хочу подобрать практику, лучше всего подходящую именно для тебя. — Внезапно Фламма повернулся лицом к ученику и взглянул ему прямо в глаза: — Тебе придется уснуть.
— Что? — Кай думал, что ослышался.
— Я хочу, чтобы ты уснул и увидел сон, — пояснил фаворит. — Под моим руководством, конечно. Когда ты проснешься, то расскажешь мне все, что запомнил.
— Но… —
— Все люди видят сны, — категорично отрезал Огонь. — Таково устройство человеческого разума. Просто большинство тут же их забывает. Я проведу тебя путем, который позволяет запомнить сновидения. Ты просто должен следовать моим указаниям. Итак? — Учитель приглашающе махнул в сторону небольшой беседки у виноградных шпалер. — Думаю, спать на голой земле будет холодновато.
Кай вздохнул и послушно потопал к шпалерам. «По крайней мере хоть высплюсь как следует».
Глава 8
Достигая ясности
— Главное — все время помнить, что спишь и видишь сон, — бубнил сверху тихий голос Фламмы. — Только сохраняя это сознание, ты не будешь вовлечен в события сновидения, но, напротив, сможешь управлять ими.
Аджакти покоился на толстом ковре, покрывавшем пол беседки. Ладонь уютно подложена под щеку, ноги чуть согнуты в коленях. Поза, указанная учителем, была так удобна, а его голос звучал так монотонно, что Кай с трудом удерживался от зевка.
— Вот, это поможет тебе, — Фламма положил что-то перед лицом ученика. Рука фаворита исчезла из поля зрения, и Кай увидел хрустальный шарик размером с грецкий орех. Его вид и слова Фламмы мгновенно прогнали сонливость. Он снова был ребенком, и Мастер Ар испытывал его, предлагая остановить крутящиеся в воздухе зачарованные сферы. «Я тебе помогу», прикосновение холодных пальцев, боль, боль… Усилием воли Кай затолкал непрошеные воспоминания в ту темную дыру, откуда они выползли. «Учитель не желает мне дурного», — успокаивал он себя, прислушиваясь к инструкциям Фламмы.
— Это Тигле, — пояснял тем временем тот, указывая на сверкающую сферу. — Рассмотри ее внимательно и запомни расположение лепестков.
«Лепестки?» Аджакти еще раз глянул на шарик. Хрусталь был прозрачным, но падавший на него свет странным образом преломлялся, отбрасывая на ковер продолговатые цветные блики, как будто Тигле лежала в чашечке раскрывшегося цветка. Ближайший к Каю лепесток имел желтый цвет, потом шли зеленый, красный и синий. Сама сфера сияла нежно-голубым оттенком небесной чистоты.
— А что такое Тигле? — поинтересовался он.
— Тсс! — Фламма приложил палец к губам. — Уже забыл?! Никаких разговоров! Ты слушаешь мой голос и следуешь моим инструкциям. Все вопросы — потом.
Аджакти послушно вытаращился на хрустальный шарик, даже моргать перестал. Видимо удовлетворенный рвением ученика, фаворит сжалился и снизошел до объяснения:
— Тигле — это защитница и охранительница священного сна, Та, Кто Проясняет Вне Понятий. Она — светоносность, которая кроется во тьме обычного сновидения. Некоторые считают ее богиней и предпочитают представлять себе прекрасной женщиной, сотканной из лучей. Но сфера показалась мне лучшим решением — ведь Тигле происходит из мира чистых энергий, где нет форм.