Аркан

Русуберг Татьяна

— Во-во, а нежить энта белая пришла твой труп подобрать, — подтвердил Папаша, почесывая бороду между мелких косичек.

— Хм, похоже, наш белогривый друг живым-живехонек. И даже согрелся — вон на щеках какой румянец, — подмигнул Аркон, успевший за время Каева отсутствия присоединиться к друзьям. — Как она под маской-то, а? Покраше Безносой? [27]

Не без труда Аджакти удалось сохранить безразличное выражение лица — северянин оказался опасно близок к истине:

27

Безносая—

одно из имен церруканской богини смерти Дестис.

— А вы что, подержать мне пришли? Думаете, без помощи не справлюсь?

— Все возможно, друг мой, — наставительно поднял палец Тач. — Я слышал, в церруканские морозы моча замерзает на лету, еще не достигнув земли.

— Просто Папаша успел спустить все свои цирконии да еще взял в долг последние три кружки, — усмехнулся Аркон, — вот и пришлось уносить ноги, пока Колченогий нас не попер.

Хозяин заведения, бывший гладиатор, ковылявший на подвязанной под коленом деревяшке, славился крутым нравом, так что Кай мог понять, что связываться с ним товарищам не хотелось.

— Не рассчитывай занять у меня, — предупредил он не слишком твердо державшегося на ногах бородача.

— Дык… Я ж для дела, — развел руками Папаша, стараясь сфокусировать мутноватые глаза на возможном спонсоре.

— Это какого еще? — одновременно спросили Кай и Тач.

— Общего, — горячо заверил церруканец и в ответ на подозрительные взгляды товарищей добавил: — Ну не могу же я в питейном — заметьте! — заведении вербовать бойцов революции на сухое горло.

— Пху! — Воздух вырвался из груди бородача, когда одновременно два локтя пихнули его в левый и правый бок.

— Так, этому вербовщику уже хватит, — пробормотал Кай, охватывая быстрым взглядом видимую часть улицы, к счастью пустынную.

— Тебе теперь только свежий воздух полагается, — Аркон подхватил обмякшего приятеля под локоть и потащил к выходу из переулка. — Хоть вонь сивушная выветрится до того, как нам в казармы возвращаться.

Кай устремился вслед за друзьями:

— Интересно, Шустрый, а что тебя-то так задержало? Уж не красотка ли по имени Козетта?

Удивительно, но сладкоголосая комедиантка, похоже, оказалась наиболее длительной привязанностью охранного. Он ухитрился разыскать ее даже на новых, предоставленных самим наследным принцем, квартирах в торговом квартале и теперь бегал на свидания в каждую увольнительную, как влюбленный мальчишка. Которым он, в общем-то, и был.

Вот и теперь одного упоминания имени его «козочки» хватило, чтобы перевести разговор в новое русло. На товарищей, волокущих неунывающего Папашу прочь из трущоб, обрушился поток последних новостей из жизни труппы Люка — так звали немого мима.

— Солнцеподобный пригласил их участвовать в открытии Зимней Арены, — увлеченно вещал

Аркон. — Оно ведь уже не за горами. Говорят, там семь подвижных платформ, одна будет наполнена водой, для «морских боев» и всяких плавающих чудищ, на другой выстроен целый лабиринт…

— И все это известно Козетте? — перебил Кай, в голове которого вырисовалась интересная идея. — Она что, побывала на строительстве?

Аркон тряхнул головой:

— Нет, ей Люк рассказал. Он ведь частенько принца развлекает.

— Это немой-то? — криво ухмыльнулся Папаша. — Рассказал?!

— Именно, — не смутился северянин. — Они с Козочкой на пальцах общаются, я сам видел. Со стороны посмотреть, вроде как дети балуются, а на самом деле…

— Вот уж прям и про ар-кхи-ти-хтуру мим этот хренов на пальцах объяснял? — недоверчиво встопорщил бороду церруканец. — Это ж как надо их растопырить.

Аджакти вмешался в начинающуюся перепалку:

— А не мог бы Люк устроить Козетте экскурсию в арену? Ну типа чтоб к выступлению подготовиться. Посмотреть, какая там акустика, ну или что там у этих менестрелей.

Аркон недоуменно нахмурился:

— Вот уж не думал, что ты такой ценитель искусства!

— Да не в искусстве дело, — Кай обежал глазами вымершую по случаю собачьего холода улицу. Он и не заметил, что они были уже на пути к верхнему городу. — Просто сподручнее за свободу сражаться с открытыми глазами.

— За свободу? — подал голос Тач, высовывая покрасневший нос из-под натянутого чуть не до подбородка капюшона.

Кай коротко кивнул, косясь через плечо на одинокого всадника, пересекшего улицу за спинами гладиаторов. Лошадь с заиндевевшей от дыхания мордой скрылась за углом, унося с собой отдаляющееся клацанье подков.

— Ты хочешь сказать, — прищурил синие глаза Аркон, — что все произойдет в Зимней Арене?

Понизив голос, Аджакти быстро поведал товарищам о планах принцессы, не упоминая источника информации. Мгновенно протрезвевший Папаша еще больше обвис на плечах Тача и Шустрого, выделывая кренделя ногами и то и дело выкрикивая скабрезные куплеты. Маленькая компания гладиаторов, волокущих в казарму подвыпившего приятеля, не вызвала бы подозрения даже у шпионов Омеркана.

— Думаю, Люк вполне смог бы добиться разрешения репетировать в новой арене, — вполголоса поведал Аркон, заговорщически блеснув глазами. — Он вроде как с наследным принцем на короткой ноге.

Тач многозначительно хмыкнул.

— Да не, — тряхнул шевелюрой северянин. — Козетта говорит, немой не в Омеркановом вкусе.

— А нам-то что за разница, как паренек Солнцеподобного ублажает? — ухмыльнулся Папаша. — Лишь бы нам план арены получить. Да еще бы копии ключей в придачу.

— Вот это навряд ли, — нахмурился Аркон. — При всей ловкости Люка и моей козочки…

— А как насчет рабов, что работают на строительстве? — предложил Тач. — Если пообещать кому-то из них свободу…