Арканмирр
Шрифт:
Вспомнив рассказы Джанга (удивительно, но он оказался настоящим кладезем легенд, каких не знали на Светлой Стороне), я передернул плечами. Гномы, дроу и Странники могут позволить себе такую роскошь, как скептицизм и неверие в чудеса. Я — нет. Слишком уж часто жизнь сталкивала меня лицом к лицу с Невозможным, чтобы я мог продолжать не верить в его существование. Я сразу заподозрил, что легенды об адском содержимом Чаши Бурь могут оказаться всего лишь слегка приукрашенной истиной; но именно истиной, а не досужей выдумкой обывателей. И теперь лишь уверился
Неуловимый отряхнулся, вновь став похожим на тигра, окинул оценивающим взглядом потрепанные остатки своего отряда и что-то коротко приказал. Гномы расположились у основания Чаши и начали устраивать что-то вроде лагеря.
— Пара Ночных Клинков может заняться этим командиром, — шепнул Джанг. — Если один и заплатит жизнью, второй добьется успеха.
— Сомневаюсь, — сказал я, — это ведь не гном и даже не человек. Это — Странник. Твои Ночные Клинки — очень хорошие ребята, но ему они на один зуб. Кроме того, разве таков был приказ Кали?
— Нет, — покачал головой дроу. — Речь шла о самой Чаше Бурь, а не о помехах со стороны прочих претендентов. Только зачем оставлять в тылу живого соперника?
— А почему ты называешь этого малыша соперником? — поинтересовался Мортис.
— Ты знаешь Дакана? — удивился я.
— Его — нет. Я знал его отца. Когда-то давно. Говорят, трем отпрыскам старика Шаран-Тэнга, Болотного Оборотня, далеко до папаши — пусть ему Бездна будет эфиром.
— Теперь из этих трех отпрысков в живых остался только один.
Эти слова заставили Черного Странника пристально взглянуть мне в глаза и найти там ответ, который я в общем-то и не собирался скрывать. Скрипнув зубами, Лишенный Имени отвернулся: подходящего замечания он так и не смог подобрать.
— Так что будем делать? — спросил Джанг, который (в отличие от безмолвно улыбающейся Элайн) пропустил всю эту сцену.
— Я бы прихватил его с собой, — произнес я. — Оставлять в тылу способного действовать соперника технически неверно, тут ты прав. Другое дело — когда имеешь его перед глазами и находишься в курсе всех его поступков. Такой соперник может оказаться полезнее иного союзника.
— Раздел восьмой, статья сорок пятая, пункты десятый и одиннадцатый, — заметил Мортис.
— А по-моему, сорок четвертая, — возразила Элайн.
— Об этом поспорите позже, — вклинился я. — Давайте по существу вопроса. Возражения будут?
Ответом было молчание.
— Тогда идем. Кто со мной?
— Кто ж еще? — вздохнул Черный Странник. — Отпустить тебя одного в пасть тигра мне не позволит профессиональная честь.
— С каких это пор профессиональные вынюхиватели информации стали обладателями такой характеристики? — удивился я.
— С тех самых пор, как варвары приобрели талант обыгрывать Владык Высших Сфер в их собственной Игре, — парировал Мортис.
Хм… а ведь Лишенный Имени, сам того не ведая, мог оказаться прав на все сто процентов.
— Довольно-таки
— Да уж, — кивнул я. — Что, интересно знать, Странник делает на Темной Стороне?
— Наверное, то же, что и готландский Герой, — слегка усмехнулся он. — Работает.
— И твоя работодательница, естественно, именуется Белоснежкой?
— Не факт, хотя ты волен сделать подобный вывод.
Я быстро произвел переоценку: Неуловимый определенно был умнее своих старших братьев.
— Как бы то ни было, твоей целью является Чаша Бурь.
— Трудно отрицать, — согласился Дакан. — Но я еще ничего не услышал о твоей цели, аз-Зайд.
— Чего? — переспросил я.
— «Аз-Зайд» означает «неукротимый» на турраканском диалекте.
— О, понятно. Что ж, моя цель, как это ни прискорбно, совпадает с твоей.
— Что в том прискорбного? — поинтересовался он.
— Конфликт интересов при численном неравенстве сторон. У тебя как-никак около сотни бойцов, а на моей стороне в лучшем случае полдюжины.
— Как бойцы, пожалуй, гномы неплохи. А как Искатели… — Странник обреченно махнул рукой. — Если мне что-то и удастся сделать, так только в одиночку.
— Ну, в таком случае у меня есть к тебе предложение.
Он ожидал этих слов, так как по правилам любого из Кодексов их следовало произнести именно сейчас. И ответ Неуловимого также был традиционен, что лишний раз убедило меня в истинности моих построений. Игровой Кодекс лежал в основе всех сводов законов и правил, какими руководствовались Странники, люди, сидхе, дроу и все остальные, по большей части не подозревая о том.
— И конечно, это предложение из тех, от которых я не смогу отказаться, — произнес Дакан.
— Отчего же? Выбор за тобой. А предложение, как ты и ожидал, простое: ты присоединяешься к моей группе исследователей, а если случится так, что мы достигнем КОНЕЧНОЙ цели, — там и разберемся, кому должна принадлежать награда.
— Один только я?
— Если ты считаешь, что кто-то из твоих гномов способен оказать реальную помощь, можешь взять их с собой — но не более пяти. Если судить по тому, что мне довелось недавно увидеть, толку от них не будет никакого. Впрочем, как я уже сказал, выбор за тобой.
— А какова альтернатива? — спросил он.
Я нехорошо ухмыльнулся и промолчал.
Неуловимый прекрасно понял ответ, и его ухмылка была зеркальным отражением моей.
— Договорились? — наконец сказал я.
— Да, — подтвердил Странник.
— Правильное решение, — сообщил Мортис, возникая за спиной Дакана. Покров невидимости теперь прикрывал его только сзади, а для гномов все выглядело так, будто их начальник бесследно растворился в воздухе.
Неуловимый скрипнул зубами, однако ничего не сказал. Он хорошо знал правила Игры.