Арканмирр
Шрифт:
— Nower-tem de'wysse, не совсем чтобы знаю, — искренне ответил я на том же языке. — Мне кажется, это наречие просто сидит внутри меня…
— Лучше бы тебе знать поточнее, — заметил волшебник.
Между строк читалось: «Или я сам выберу ответ».
— Возможно, — расстался я с частью тайны, — тот сон все-таки не был сном. Значит, это Источник Предвидения.
— В Гильдии Магов не знают этого названия.
— А я не знаю его местонахождения. Обратитесь по этому вопросу к Искательнице: я ведь в магии понимаю столько же, сколько
Шон позволил улыбке коснуться его губ.
— Это МОЖЕТ БЫТЬ правдой, — кивнул он. — Лишь возможность этого дает тебе право остаться в живых.
Я удивленно посмотрел на вестерлинга.
— Tres Linge Cythraulian 'otim Drug-hanrigan, — изрек он.
«Язык Бездны несет Зло Разрушения!»
«Верно, — согласился внутренний голос, — и разрушает он в первую очередь собственного хозяина. Пока тот не придет в Бездну самолично и не выяснит, что же от него требуется».
Высказав этому внутреннему голосу все, что я о нем думаю, — мысленно, разумеется, чтобы не давать Шону лишних поводов для подозрений, — я спросил у волшебника:
— Но как мне доказать, что я говорю правду?
— Это выяснится в Брайтоне. Я уже послал сообщение, тебя встретят. Предупреждаю заранее: не сопротивляйся. От некоторых заклинаний тебя даже доспехи сидхе не спасут.
Здорово, кисло подумал я. Этого мне только и не хватало для полного счастья…
Два заклинателя Четвертого Ранга ввели пленника. Рядом с их лиловыми мантиями мифриловая броня варвара сверкала подобно яркому солнцу.
— Оружие.
Шедший позади Рыцарь Храма положил на стол поодаль широкий пояс с закрепленными на нем коротким мечом и легким топором. Рядом лег метательный нож.
— Свободны.
Поклонившись, все три стража поспешно покинули комнату.
Старик в выцветшей голубой хламиде откинулся на спинку плетеного кресла и вперил в стоящего перед ним варвара свой взор, перед которым содрогались величайшие воители. Рыжий воин ответил хмурым взглядом, явно показывая, что ему это уже осточертело.
— Gwynfid-eran, — сказал старик.
Веревки упали к ногам пленника. Тот размял кисти рук, одновременно смотря по сторонам, но с места не двинулся, ожидая дальнейшего. С его стороны это было умным поступком.
— Язык Бездны в Эйниранде не звучал уже очень давно, — проговорил старик, прикрыв глаза. — То, что он — и ты — появился здесь в это смутное время, может говорить о многом.
— Но я…
— Ты можешь и не знать этого. Не имеет значения. Для дела важны только две вещи: знание и возможность претворить его в дело. Знание есть у меня, ты же станешь возможностью.
— Мне не нравится, как это звучит, — заявил варвар.
— Разве я сказал, что тебе должно это понравиться?
Тот сверкнул глазами, но сумел смолчать. Старик, погладив длинную седую бороду, вновь поразился его рассудительности.
— Не в моих правилах оставлять помощников без награды, — с нотками примирения в голосе произнес он. — Вернешься с победой — моя благодарность будет больше, чем ты можешь себе вообразить.
Или не вернешься вовсе, попутно подумал
— Хм-м-м… Ну, я могу вообразить довольно много.
— Столько и получишь, — усмехнулся старик, зная, что вообразить больше, чем он может заплатить, варвар просто не в состоянии. — Я никогда не обманываю.
— Так говорят все колдуны, — хмыкнул готландец.
— Не зови меня колдуном. Не люблю.
— Договорились, Лорд Мерлин.
— Неплохо, — заметил старик. — Что же подсказало тебе мое настоящее имя?
— Так это же очевидно, — удивился я. — Что рыцари, что волшебники ходят перед тобой на цыпочках и исполняют приказания с такой поспешностью, что даже забывают задаться вопросом, зачем это тебе понадобился бродяга-готландец. Да, ты мог бы быть просто одним из Героев Эйниранде, если бы не обстановочка. — Я скользнул глазами по периметру заполненной книгами комнаты, больше похожей на холл библиотеки. — Герои, насколько мне известно, предпочитают действие сидению за манускриптами.
— А ты был знаком с Героями-чародеями? Или… мм… с духовными лицами?
— Вряд ли у кого-либо из них будет такое собрание книг на запретном Языке Бездны, — усмехнулся я. — Оставалась лишь одна возможность. Не правда ли?
— Странно, — сказал Мерлин, меняя тему. — Я почти четыреста лет не встречал человека, который мог бы читать на этом наречии. Я-то думал, ты умеешь лишь говорить на нем.
— Вообще-то я едва могу читать на Общем, а других языков до недавнего времени не знал. Однако так уж получилось… и не спрашивай, как именно, — быстро добавил я, — все равно не знаю, как ответить. В общем, теперь я могу как говорить, так и писать на этом наречии. Но только на нем — на Общем я по-прежнему могу прочесть лишь самые простые слова.
Мудрец внимательно выслушал меня и кивнул, явно отметив что-то у себя в памяти.
— Что ж, принято. Так ты согласен выполнить одно задание?
Я пожал плечами.
— У меня что, есть право выбора?
Мерлин весело хихикнул.
— Так я и думал, — вздохнул я. — Что я должен сделать?
Властитель Эйниранде описал затруднение, возникшее у него с неким заносчивым типом, который провозгласил себя Повелителем Драгоценностей и на основании сего потребовал, дабы выскочка и самозванец Мерлин немедленно убрал свою костлявую задницу с Изумрудных Островов, потому как они (в смысле острова) являются средоточием самых дорогих камней Запада — изумрудов.
С трудом сдерживая ухмылку, я спросил:
— Почему со столь заурядным делом нужно было обращаться ко мне? Неужто в Эйниранде нет собственных…
— Не так все просто. Понимаешь ли, его дурацкий ультиматум был вызовом. Точного смысла не понял бы никто в этом мире… Непереводимая игра слов на Языке Бездны — попробуй произнести сам.
Я осознал, что он имел в виду.
— Сей ритуальный вызов предполагает ответ, — продолжил Мерлин, — и ответ может быть дан в различной форме. В частности, одним из законных выходов является дуэль. Правила поединка… в общем, довольно разнообразны. Ты мне необходим в качестве заместителя, для того, чтобы сражаться с ним вместо меня, если дело дойдет до рукопашной. Чего нельзя исключать.