Арлекин
Шрифт:
–Я думаю, что ты слишком высоко меня ценишь.
Рафаэль передал блюдце Луи, который встал и поставил его на журнальный столик, будто ему приказали это сделать. Рафаэль смотрел прямо на меня. Он изучал меня, будто пытался найти во мне новые стороны. Это был взгляд заинтересованный, изучающий, каким пытаются «взвесить» человека. Я постаралась не ссутулиться под этим пристальным взглядом, но это было слишком сложно.
–Что?
– не выдержала я.
Он посмотрел на Жан-Клода.
–Она ведь не знает,
–Я не уверен, что понимаю, о чем ты говоришь, - сказал Жан-Клод.
–Жан-Клод. У каждого любовника Аниты силы прибавилось. Ашер был мастером, но лишь номинально, побывав у нее в постели, он получил достаточно силы, чтобы завоевать свою территорию, но он не хочет уезжать от вас обоих. Натаниэл был жертвой для любого, теперь он стал личностью, с которой считаются, он получил силу, о которой даже не мечтал.
–И ты считаешь, что именно свою силу дала ему ma petite, а не поделилась с ним моей?
–У нее собственный триумвират власти, Жан-Клод. Ее собственный слуга-вампир Дамиан.
–Я не серый кардинал, Рафаэль. Поверь мне, Жан-Клод достаточно силен, чтобы превзойти любого из нас.
–Но он получит часть силы после того, как ты стала его любовницей.
–Наоборот, я получила часть его силы, после того, как он сделал меня своим слугой-человеком, - ответила я, - не наоборот.
–Я говорил с некоторыми крысами в Европе, - сказал Рафаэль, - Они рассказали мне о твоей создательнице Бель Морте. Они говорят, что она могла давать силу своим любовникам по собственному выбору.
–Бель Морте не делится силой ни с кем, - ответил Жан-Клод.
–Нет, но она может через секс делать своих любовников сильнее. Есть легенда, что именно она делала королей и императоров посредством контакта с собой. Она изменила лицо всей Европы своей постелью.
–Она управляла из спальни, это так, но не тем способом, который ты подразумеваешь. Она выбирала только сильных, тех, кто мог дать ей то, чего она хотела. И я не получил силу только переспав с ней. Я был ее игрушкой в течение многих столетий. Как и Ашер.
–Мастера Города часто убивают своих же детей-вампиров, если те становятся слишком сильными?
– спросил Рафаэль.
–Иногда.
–Не странно ли, что столько вампиров из линии Бель Морте вошли в силу, лишь отдалившись от нее?
–О чем ты, Рафаэль?
–До меня дошли слухи, что некоторые Мастера могут поглощать силу своих вампиров.
–Почему бы и нет?
Он снова пожал плечами.
Честно говоря, крысы были слишком хорошо информированы, чтобы чувствовать себя с ними комфортно. Я видела, как вампир стал мастером на территории Америки, находясь в дали от своего создателя. Но я не была уверена, что это было сделано специально, я фактически размышляла уже о том, не сдерживают ли Мастера своих отпрысков чем-то химическим, чтобы те не становились сильнее в
–В каждом город есть крысы, - сказал Самсон, и, как и в прошлый раз, все вздрогнули, потому что напрочь про него забыли.
–Да, - кивнул Рафаэль.
В моей голове мелькнула картинка сотен крыс, бегающих внутри стен и слышащих что-либо, что сразу же узнавал Царь Крыс. Было ли это правдой? По-настоящему? Мне хотелось спросить, но я понимала, что он сейчас не в том настроении, чтобы ответить.
–Я сын двух сил, но вы даже не заинтересовались тем, что могли меня оскорбить, - сказал Самсон.
–Я не знаю, кем вы приходитесь Жан-Клоду и Аните.
–Таким образом, вы проигнорировали меня, чтобы проследить мою реакцию?
Рафаэль кивнул.
–Я следующий любовник Аниты.
–Почему вы ждали так долго?
–Это привилегия дамы - заставлять мужчину ждать.
Предполагалось, что они говорят обо мне, но я будто бы выпала из беседы и никак не могла понять смысл их диалога.
–Вы позволите мне проскочить в этой очереди вперед вас?
Самсон отрицательно покачал головой.
–Нет.
Рафаэль посмотрел на Жан-Клода.
–Это твое последнее слово, что сын моря для тебя важнее крыс?
–Это не то, что можно вот так обсуждать, Рафаэль.
– сказал Жан-Клод.
–Я полагаю, что любой оборотень, оказавшийся в твоей постели или постели Аниты важнее для вас, чем мы, Жан-Клод. Можешь это отрицать, но доказательства на лицо, не так ли?
–Доказано лишь, что нам нужна еда, - сказал Жан-Клод, - и не важно кем она является.
–Я или любой из моих людей, приглянулись вам?
– спросил Рафаэль.
Я почувствовала реакцию Клаудии, как вспышку на другом конце комнаты. Вспышка силы, метафизический удар, который напомнил, насколько сильна она была. Этот скачок энергии коснулся и омыл всех, напоминая, насколько она бывает сильной, когда не прячется.
Рафаэль выдохнул осторожно и повернул голову, будто весь удар пришелся на него.
–Я не уложил бы ни одного из своих людей в чью-либо кровать. Но если бы были добровольцы, чего бы вы хотели в дар, плоть или кровь?
–Назови, что ты подразумеваешь под плотью.
– Спросила я.
–Секс, - сказал он.
Ричард шевельнулся возле меня на кушетке.
–Крысы не дают кровь любому. Это было одно из твоих первых правил, когда ты стал Царем. Николаос затравила вас потому, что вы отказывались давать ей кровь.
–Она была непостоянна, потому я постарался максимально отдалить от нее своих людей. Быть приближенным к Жан-Клоду кажется более безопасным.
–Ты действительно позволишь своим крысам продавать их кровь?
– спросил Ричард, его голос звучал более, чем потрясенным.