Армия Солнца
Шрифт:
– Эти мужики что малые дети, – ухмыльнулась АйришЛи. – Не издевайся над несчастным процессором. Идем, герой. Нас ждут великие дела. Надо же кому-то…
Неожиданно зависшая, наполненная напряженным молчанием пауза.
– …спасать мир.
Тихонечко, на самом пределе разрешающей способности.
(«Мужик» – диалектная лингвистическая единица косморусского языка; наиболее часто встречающееся толкование сводится к определению наличия мужского начала в превосходной степени.
«Мужское начало» – словосочетание, обозначающее диаметральную противоположность женского начала.
«Женское начало» – словосочетание, обозначающее совокупность физиологических,
– По идейным соображениям или за соответствующую мзду? – спросил мужчина.
Комп озадаченно молчал, лихорадочно пытаясь понять, что ему требуется истолковать.
– …Как в романтических древнеземных книжках. Задарма. Во имя Человечества. – Женщина расплачивается, пощелкав ноготками по личному терминалу, и стремительно выскакивает наружу, во всей красе выставив себя кублайскому оку, вооруженному убогой техникой. И прочим всяческим очам, вооруженным куда как лучше.
Ну и пускай себе смотрят и в догадках теряются. ВСЕ видеть может лишь глаз, вооруженный истинным пониманием, куда смотреть.
Всяческие агенты
…ВРЕМЯ и ТОЧКА… [08jan UNT; четырнадцатое августа, около семи часов вечера местного времени; Сити, центральный округ Нью-Детройта]
С этой точки «Стоунхендж» выглядел величественно до жути. Он был со всех сторон, и куда ни глянь, везде был он. Лимузин доставил подозрительных личностей, прилетевших на Америку в старинном рейдере, прямиком в осевой сектор внутреннего двора. Двадцать девять цилиндрических небоскребов вздымались вокруг. Некоторые составные части шеренги соединялись меж собою перемычками; размером с такой же небоскреб, только опрокинутый на бок и уложенный на два соседствующих цилиндра.
Эти исполинские столбы и арки очерчивали правильную окружность диаметром с километр. Все это величие сверкало и лучилось, подсвеченное изнутри. Но взоры наблюдателей, находившихся в этой точке, пуще всего поражали вовсе не строения. Изумляло то, что располагалось в центре; точно посередине двора. К подножию этого коварный кибермозг турфирмы и доставил пассажиров.
В центре круглого пространства, прямиком из голой земли, на добрую сотню метров вверх била сплошная струя воды. Впрочем, толком и не разобрать было – то ли сверху водопад рушится, то ли суперфонтан в небо рвется. Преломляясь в тумане капель, солнечные лучи рисовали мириады радуг. Перед водяной стеной, словно летучие рыбки, порхали аэромобили – туристы проникались величием в непосредственной близости от. Если обойти, объехать, облететь фонтан/водопад, становилось ясно, что он не стена все же, а скорее столб или башня. Удерживаемая силовым полем в упорядоченном состоянии, водная стихия вырывалась из земной, пронзала воздушную и…
Увенчивалась огненной.
В этом ансамбле стихий более всего казалось виртуальным именно то, что находилось сверху. На вершине вздыбленного водяного потока, в чаше сомкнутых пятипалых ладоней, полыхал огромный костер. Багрово-золотые языки бушующего пламени взметались на добрый десяток метров выше серебристых металлических пальцев.
И все это в полнейшей тишине. Невероятное сооружение не издавало ни звука, словно было нематериальным, нарисованным в воздухе.
СанниПолиш, задрав голову,
– Для порабощенной гонимой расы неплохо, я бы сказал. В зрелищное местечко ты меня затащила, подруга. Я даже доволен. Ты прощена.
– Ну спасибо! – АйришЛи расшаркалась и раскланялась.
– И куда теперь? – спросил мужчина, проводив задумчивым взглядом лимузин, что канул в овальном зеве одного из туннелей. Транспортные артерии выводили прямо к сооружению, раздвигая плиты бетопластовой полосы, обегавшей земляной кругляш-подножие водопада/фонтана/костра. Затем приезжий дизайнер внимательно осмотрел обширные лужайки и тенистые аллейки, занимавшие пространство, что распростерлось от ирреального огненно-водяного обелиска до окружающих небоскребов. – Я, конечно, вовсе не противник пеших променадов по свежему воздушку, по открытой земельке, травке, тому, сему, пятому в особенности, и прочему десятому, но если меня не подводит глазомер, а он меня никогда не подводит, – до ближайшего домишка топать с полкилометра минимум. Что, нельзя было к подъезду подрулить и оттуда налюбоваться?
– Ты недоволен сюрпризом?
Зем еще раз запрокинул голову, внимательно оглядел Обелиск Покоренных Стихий, вздохнул тяжко и сказал:
– Я все никак в толк не возьму. Почему до сих пор терпеливо сношу выходки одной нахальной девчонки?
Развернулся, переступил символически намеченный бордюрчик и решительно шагнул на роскошный изумрудно-зеленый ковер лужайки.
– Соблаговолите воспользоваться услугами транспортной компании, сэр. – Робмен возник как из-под земли. Точнее, именно оттуда он и возник, подняв одну из квадратных бетопластовых секций. – По газонам ходить не рекомендуется. Вид из окон составлен по специальной программе и призван услаждать взоры арендаторов. Люди, нанявшие офисные помещения в комплексе Межгалактического Делового Центра, платят достаточно, чтобы претендовать на выполнение всех условий, оговоренных в контрактах. Советую вам взять ангоскейты.
Громогласное появление сервисного агрегата отвлекло внимание зема. Поэтому мужчина не увидел ответ, который девушка все же дала, хотя риторический вопрос спутника ответа не требовал. В отличие от объектива, зем не засек шевеление губ. Расшифровка безмолвных слов дала вот что: «Ибо ты полюбил меня с первого взгляда, хотя и не подозреваешь об этом еще».
– Потрясающий совет, железяка! – Мужчина всплеснул руками и звучно хлопнул себя по бедрам ладонями. – И где ж они, твои транспортные услуги?!
– За вашей спиной, сэр, – лаконично указал робмен, похожий на гротескную имитацию эрсера: тумбочка, к которой приделали баскетбольный мяч, две телескопические подпорки и пару суставчатых манипуляторов. Пятипалых. А как же иначе!
«Оригинал» эрсера обернулся. За его спиной и вправду парили два плоских полуметровых диска, в полуметре от образцово стриженной травы.
– Обслуживание как в лучших домах… ну-ну.
– А то, сэр! – Робмен самодовольно приподнялся на антеннистых подпорках. – Америка, сэр!
– Уже понял… – буркнул приезжий и с места прыгнул. На диске оказался вмиг – вот он бетопласт попирал подошвами, а вот уже на ангоскейте балансирует.
Следуя примеру, девчонка вспрыгнула на другой диск. Не менее ловко, но медленнее. На ее пухлых губках витала хитрая полуулыбка. Как у всех эрсеров с примесью генов желтой субрасы, мимика этой земляшки производила впечатление многозначительной загадочности. Будто ведала она нечто, впрямую относящееся к ноу-хау зачатия, вынашивания и рождения Вселенной.