Аромат страсти
Шрифт:
Шоу нервно откашлялся. Скорее бы официантка несла выпивку.
– Нормально. Точно по графику. Как у тебя?
– Все прекрасно. Таша пашет по-черному. Разрабатывает потрясающие флаконы. Они обойдутся мне в целое состояние, – вновь смех. Официантка поставила на стол полные стаканы, к тихой радости Шоу Янгблад тут же попросил официантку повторить заказ.
А скоро они уже принялись за третий стакан. Янгблад Шоу нравился. Ему уже казалось, что они знакомы много лет. И поболтать с Янгбладом – одно удовольствие.
– Закажем еще по одному? – спросил Янгблад. – Мы ведь никуда не торопимся, так? – он помолчал. – Знаешь, я не
Шоу попытался изобразить безразличие.
– Я ценю такое отношение, Билли. В нашем бизнесе конкуренция очень жесткая, в этом сомневаться не приходится. Вот и приходится стараться изо всех сил.
– Могу я говорить с тобой откровенно?
– Разумеется. Не стесняйся.
– Так вот, этот парфюмерный бизнес мне не с руки. Я создал эту компанию для Таши, но, как только все устаканится, хочу отойти от нее. Есть более интересные дела. Поэтому мне нужен человек, который возглавит «Пауэрс парфюмз». Духи – это только начало. За ними пойдут шампуни, гели для ванны, косметика. И ищу я такого, как ты. – Он откинулся на спинку стула, выудил из кармана расшитой куртки длинную сигару. Взгляд его не отрывался от Шоу, пока он чиркал спичку и раскуривал сигару. – Я, конечно же, знаю, что перетащить тебя из «Келлерко» ой как нелегко. Ты проработал в компании двадцать пять лет.
– Откуда тебе это известно?
– Если меня кто-то интересует, я стараюсь побольше узнать об этом человеке. Ты хороший парень, Шелли. И я не собираюсь притворяться, будто не ведаю об этом.
– Спасибо, Билли. – Шоу вновь откашлялся. – Действительно, вся моя жизнь связана с «Келлерко». И у меня нет особого желания уходить оттуда. Но при этом нельзя с порога отметать интересные предложения…
Янгблад улыбнулся.
– Рад это слышать. Так что ты скажешь? Давай пропустим еще по одной…
– Ну… хорошо. – Шоу редко доводилось встретить человека, который мог выпивать столько же, сколько и он.
Как я и говорил, уговорить тебя покинуть «Келлерко» – большая проблема. Но, Шелли, у меня есть что тебе предложить. Выслушай меня, прежде чем давать ответ… хорошо?
– Хорошо. Я слушаю.
– То, что я тебе сейчас скажу – большой секрет. Но я тебе доверяю. Не хочу, чтобы мои слова дошли до Маршалла, Филлипса или кого-то еще…
– Не дойдут. Это я тебе гарантирую.
– Прекрасно. Я на это надеялся. Прежде всего насчет тебя. Я думаю взвалить на тебя «Пауэрс парфюмз»… принимать решения будешь ты. Начальное жалованье – семьдесят тысяч, процент от прибыли… и… двести тысяч долларов. Можно сказать, подъемные. – Билли Янгблад помолчал. Он видел, с какой жадностью Шоу ловит каждое слово. Информацию он получил точную: от такого предложения Шоу ни за что не откажется.
– Почти четверть миллиона… в качестве подъемных?
– Да, но я попрошу тебя об одной маленькой услуге. Хочу, чтобы ты меня понял… ты мне нужен, Шелли. А если исходить из того, что я слышал, в «Келлерко» тебя не ценят, как ты того заслуживаешь. Они не знают, какой у них есть бриллиант. Маршалл, правда, об этом догадывается, но он тебя боится. Боится,
– Ну, об этом судить не мне, – пробормотал Шоу. – Но скажи мне, Билли, о какой услуге идет речь?
– Моя машина у бара. Давай-ка я отвезу тебя домой, а по дороге все и обсудим.
Последние недели октября пролетели в «Келлерко парфюмз» как один миг. Они заметно продвинулись вперед, и в них крепла уверенность, что март – реальный срок, а не голубая мечта. Мартина более не заговаривала о том, чтобы разорвать контракт с «Келлерко», и вернулась в Париж, чтобы начать работу над постером для рекламной кампании «Джаза». Они выбрали фирмы-изготовители для флаконов и упаковки. Джефф Стайн предложил окончательный вариант флакона духов «Мэтт Филлипс для мужчин», здесь они тоже решили все производственные вопросы. Мардж Франсиско, действительно не последний человек в «Блуминдейле», обеспечила плавный ход переговоров, и «Келлер парфюмз» заключила с универмагом эксклюзивное соглашение по презентации парфюмерной линии Мэтта Филлипса. Согласно соглашению, духи поступали в «Блуминдейл» на неделю раньше по сравнению с любым другим магазином. Том Салливан получил заказы на «Джаз» от двухсот лучших магазинов страны. Там с нетерпением ждали марта. Кроме того, в компании появился арт-директор Дэвис Чиппс.
Подошел срок выбирать отдушку. Первого ноября восемь парфюмерных компаний представили свои предложения, по две отдушки для «Джаза» и «Мэтт Филлипс для мужчин». А несколько часов спустя этаж, занимаемый «Келлерко парфюмз» благоухал, как парфюмерный магазин. Секретари нюхали запястья друг друга. Посыльных не отпускали, пока те не перенюхают все бутылочки и не отдадут предпочтение одной из отдушек.
В процесс включили жену Джесса Лейбовича Глорию, чтобы потом она не обвиняла его во внесемейных амурах, пошутил Джесс. Каждый вечер, возвращаясь домой, Джесс предлагал Глории понюхать различные отдушки и оценить их баллами, по шкале от одного до десяти. Ей также дали образцы, дабы она произвела опрос подруг.
На работе все остальные дела отошли на второй план.
– Как тебе это нравится? Понюхай мою руку? – Конни вошла в кабинет Тайгер с кофейником в одной руке и флаконом духов в другой.
– М-м-м-м. Неплохо. Наклонись к моей шее.
Конни наклонилась, принюхалась.
– Не очень.
– Что значит не очень? – пожелала знать Джинджер Макшейн, секретарь. – Я ставлю на шею Тайгер.
– День за днем продолжались жаркие дискуссии. Ароматы обсуждали как сотрудники «Келлер парфюмз», так и их друзья. Сегодняшние фавориты на следующий день безжалостно отвергались. Тайгер вновь собирала фокус-группы, а потом вместе с Конни и Джинджер до позднего вечера обрабатывала результаты. На финишную прямую вышли три отдушки для «Джаза» и две для «Мэтт Филлипс для мужчин».
На этом этапе к «нюхачам» присоединились Хью Маршалл и Тим Йетс. Все собрались в кабинете Шелдона Шоу, чтобы услышать их мнение. Последние недели Тайгер не виделась с Хью. Она знала, что и Бобби с ним не встречается: мать гостила у друзей в Сан-Франциско. Тим при встречах рассказывал Тайгер, что ситуация в «Келлерко» по-прежнему сложная. Процесс слияния с «Конмет» шел туго. И подписание бумаг прошло на шесть недель позже намеченного срока. Впервые Тайгер заметила, что напряженная работа начала сказываться на Хью Маршалле. Он осунулся, похудел, загар поблек.