Арпонис
Шрифт:
— Как, ты сказал, это называется?
— Арпонис, — с пальцем во рту промычал Андрей.
— Хм…
Сашке понравилось, как Арпонис лежал в руке. Покачав его, он подумал, не из серебра ли этот предмет, судя по весу и матовому блеску, переходящему на неровностях в черный цвет.
Неровностей на Арпонисе хватало. В неярком свете одной-единственной лампы Сашка рассматривал фигуры, составлявшие орнамент. На металле в нескольких местах виднелись вмятины и довольно глубокие царапины.
— Это не музейный
— Дай посмотреть! — потребовал Андрей.
Сашка протянул ему Арпонис. Андрей заглянул в отверстие, стараясь повернуть жезл так, чтобы свет падал вовнутрь. Наблюдавший за его действиями Сашка невольно вздрогнул.
— Стой… — выдохнул он. — Подожди!
— Что такое? — встревожился Андрей.
Сашка забрал у него Арпонис и повернул так, чтобы свет падал на набалдашник.
— Видишь это? — тихо спросил он ошарашенного друга, и тот кивнул.
Казавшееся шарообразным утолщение на конце жезла вовсе не было таким. Металл в этом месте сгладился от долгой службы и потому то, что было бы заметно при дневном свете, в кладовой обнаружилось не сразу.
Набалдашник был сделан в форме головы животного. Контуры его едва просматривались. Вместо глаз были вставлены маленькие драгоценные камни, что заметил Сашка, когда наблюдал за Андреем. И сейчас они оба застыли в удивлении, узнав эту голову, на которой рубиновым светом горели глаза той самой собаки, что спасла их от Джокера два месяца назад.
Снаружи вдруг послышался слабый шум, скрипнул паркет. Затем дверь в кладовую рывком распахнулась. Охваченные ужасом, мальчики подняли глаза — перед ними стояла довольная Маша.
— Чтоб тебя! — бросил Сашка в сердцах, чуть не выронив жезл от испуга.
Андрей ничего не сказал, но лицо его покраснело от злости.
— Попались! — объявила Маша и замолчала, завороженная блеском Арпониса. — Ой, а что это у вас? Дайте посмотреть! — протянула она руку.
Не обращая на нее внимания, Сашка стал заворачивать находку обратно в ткань.
— Э, э! — попытался остановить его Андрей. — Я ее не разглядел толком!
Маша хотела что-то сказать, но удержалась, взглянув на рассерженного Андрея.
— И я не разглядел, — буркнул Сашка, перевязывая сверток. — Но мне кажется, нам пора отсюда сматываться.
Он стал запихивать сверток обратно в мешок, стараясь, чтобы выглядел, как раньше. У наблюдавшей за его действиями Маши округлились глаза.
— Это что, не ваше? — задохнулась она от возмущения.
— Было б наше, чего бы мы сидели тут? — раздраженно произнес Андрей.
— А кто вам разрешил лезть в кладовую? — спросила Маша в спину Сашки, который склонился над мешком.
— Никто, — огрызнулся тот.
— Так вы что, сами залезли сюда? — продолжала возмущаться
— Выгонят, — согласился Андрей. — Поэтому лучше не шуми, а то и тебя с нами за компанию. Чего пришла?
— Я следила за вами, — ответила она. — Больно вид у вас был заговорщицкий.
Повесив мешок на место, Сашка хмыкнул и выключил свет в кладовой. Андрей осторожно выглянул наружу.
— Никого, — прошептал он.
Они выскользнули из комнаты. Щелкнул, закрываясь, замок. Стараясь не скрипеть досками пола, ребята двинулись вдоль стены к выходу.
— Вы, похоже, совсем голову потеряли, — не успокаивалась Маша.
— Вот привязалась! — буркнул Сашка.
Она опять открыла рот, но в этот момент в коридоре мелькнула чья-то тень. Сквозь стеклянные вставки в двери не было видно, кто это. Однако этот кто-то, без сомнения, направлялся в спортзал.
— Физрук! — панически воскликнул Андрей и закружился на месте, ища, где бы укрыться. Сашка замер в растерянности, не отрывая глаз от приближавшейся тени.
Тут Маша дернула обоих за рукав:
— На трибуны!
Недалеко от дверей с их стороны зала находились трибуны, предназначенные для зрителей на школьных матчах. Сообразив, что укрыться всё равно больше негде, ребята ринулись наверх, прыгая с сидений на сиденье через спинки кресел. Достигнув последнего ряда, они растянулись в проходе.
Сашка уставился в щель между полом и спинкой нижестоящего кресла. Хрипящий от предпринятой гонки Андрей бухнулся на живот, чуть не попав ботинками Сашке по голове. Маша улеглась на спину и теперь бурно дышала, ничуть не пытаясь сдерживаться.
Дверь открылась, в зал ворвался луч света. Сашка лягнул Машу, чтобы она перестала пыхтеть. Не дыша, ребята смотрели, как Пал Палыч прошел по коридору и скрылся в кладовой, откуда они сами вышли минуту назад.
Андрей сразу попытался встать, но Сашка так страшно протестующе зашипел, что тот снова ткнулся носом в пол. И оказался прав: не прошло пары минут, как в полумраке опять послышались шаги. Пал Палыч прошел обратно, в руках у него ничего не было.
Когда за ним закрылась дверь, Маша села и, не сдерживая гнева, произнесла прерывисто:
— А теперь выкладывайте, чего ради эти гонки… и, заодно, что вы рассматривали там, в кладовой!
Мальчики встали, стряхивая с себя пыль.
— С ума сойти, — весело бросил Андрей, оценивая взглядом покоренную ими высоту. — Никогда еще так не скакал!
Сашка согласился, что было бы неплохо повторить результат при сдаче норматива по бегу с препятствиями. Весело переговариваясь, они направились к проходу между рядами.
— Ах так, да? — сверкнула глазами Маша и тем же манером, как они поднимались, стала быстро спускаться вниз. На полпути она обернулась.