Арпонис
Шрифт:
— Расширяй кругозор, лишенец! Изучение латыни имеет важное значение. На ней базируется фундамент европейской культуры.
— Побрекито, — прервала его Маша. Андрей насупился.
— Спорить не буду… Чего с тобой спорить?
Маша тотчас впилась в него круглыми глазами.
— Это он от избытка уважения, — пояснил Сашка.
Не говоря ни слова, Маша перевела взгляд на него.
— Да что тут непонятного? — сказал Андрей с досадой. — Просто мы тебя
— Со страшной силой, — добавил Сашка.
Маша зарделась. Андрей ткнул пальцем в сторону Сашки.
— Он поведал, кому мы обязаны, что всё еще живы. А то этот момент я упустил и теперь жутко сожалею об этом. Особенно после того, как Сашка в красках описал твой финальный рывок.
— Я думала, я вам мешала, — еще больше краснея, сказала Маша. — Я ж то и дело ругалась!
— Ты не ругалась, ты сетовала, — строго заметил Андрей. — Причем в правильных местах.
— Как теперь выясняется, — многозначительно добавил Сашка.
— Без тебя нас бы уже захоронили в глубинах той башни, — мрачно изрек Андрей.
— У подножия, — дотошно поправил Сашка. — Ты забыл, Джокер намеревался научить нас летать только до подножия. Без книги.
— Ее он приберегал для надгробия, — с отвращением сказал Андрей.
— Ну, оттуда хотя бы вид славный, — заметил Сашка.
Маша сказала не к месту:
— А у нас пирог есть с рыбой, мама соорудила. Кто-нибудь хочет?
Сашка отрицательно помотал головой.
— Я хочу, — откликнулся Андрей.
— Горе ты мое, — сказала Маша и через минуту приволокла на тарелке здоровенный кусок пирога с кружкой морса в придачу.
Одобрительно мыча, Андрей впился зубами в пирог. Но, не успев как следует прожевать, он всучил тарелку Маше, сунул кружку Сашке и сделал большие глаза.
— Я ж совсем забыл, — важно сказал он. — Тебе письмо! — Андрей завозился, доставая из кармана конверт. — Собственно, это нам всем письмо…
Измятый конверт Андрей вручил Маше, взамен забрав у нее тарелку с пирогом. Сашка с интересом наблюдал, как меняется Машино лицо по мере прочтения текста.
— И что это значит? — дочитав письмо, недоуменно спросила она.
— Я понял так, что всё было предопределено заранее, — забросив в рот последний кусок, промычал Андрей.
— За исключением ваших длинных носов, — усмехнулась Маша.
— И твоих острых ногтей, — съязвил довольный Андрей.
— То, что нас оказалось не двое, а трое, — сказал Сашка значительно, — кому-то спутало все карты.
Маша снова перечитала короткий текст.
— Они
— Нет, им кофе удачного урожая попался, — солидно произнес Сашка. — С хорошими предикторскими свойствами гущи.
— Как бы то ни было, лажанулись они крепко, — авторитетно заявил Андрей. — Пишут о двоих, а письмо вынуждены адресовать троим. Тоже мне авгуры!
— Говорят, еще астрология — серьезная наука, — с чувством произнес Сашка. — Бойтесь путешествий с четверга по пятницу!
— Бойтесь определенной школы в определенном году, — фыркнула Маша. — Вас там будет ждать учитель физкультуры с жезлом, предназначенным для уничтожения демонов!
— Да, — с сожалением заметил Сашка, — вот с Пал Палычем поговорить так и не удалось. А интересно, что бы он нам рассказал?
— Да бросьте сами заниматься гаданием! — вскочил на ноги Андрей. Он доел пирог, выпил морс и был полон энергии. — Лучше пойдемте ко мне, я такую штуку недавно раскопал!
Сашка настороженно посмотрел на него.
— Какую штуку?
— Ну, в той книжке, — смутился Андрей, — что дала нам тетя Зина… Чего вы? — растерянно воскликнул он, увидев выражение лиц друзей.
— Может, отдохнешь немного, Великий Маг? — мягко поинтересовалась у него Маша.
— Отпуск тебе точно не помешает, — внушительно подтвердил Сашка. — Готовься-ка ты лучше к экзаменам. Кто сегодня Батону обещал физику на «отлично» сдать?
— Я не обещал, — возмутился Андрей. — Я сказал, что постараюсь!
— Вот и старайся, — сказала Маша, — а эти штуки задвинь пока. Обещаешь? — настойчиво спросила она.
— Ну, вы прямо псы-церберы, — проворчал Андрей. Подумав, он согласился:
— Ладно, обещаю! А кстати, насчет отпуска, то бишь лета: кто что собирается делать?
— Еще не знаю, — рассеянно сказал Сашка. — Опять, наверное, к бабке поеду — всё веселей, чем в городе торчать.
— Родители собрались в Грецию, — сказала Маша. — И я с ними. А ты сам что станешь делать?
— Здесь буду сидеть, — сказал Андрей. — Зализывать раны!
…И никто из них еще не знал, что ни одному из этих планов не суждено сбыться.
Конец 1-й книги.