Артефакт
Шрифт:
– Ну, это - не показатель для молодой принцессы.
– Малиэна попробовала заступиться за девичью честь, в то же время отдавая свою всецело в умелые мужские руки.
– Ты права. На безрыбье и рак рыба. Да и в возможности дето производства это совершенно не помеха.
– Фадор не стал сбрасывать со счетов ни одну из невест, что говорило о его кровном интересе в этом вопросе.
– Наверное, но я не за этим пришла, - спохватилась юная шпионка, в перерывах между поцелуями, если не чем-то более откровенным, - будь осторожнее в обществе володаря Аргодая. Он точит на тебя зуб.
– Снова звук поцелуя
– Мне уже пора, дорогой. Будь осторожен.
– Постараюсь, - в очередной раз в голосе Фадора появились нотки нежности. На некоторое время в эфире остались лишь затяжные поцелуи, перешептывания и звук приглушенной возни.
Слушать нежности, которыми обменивалась парочка, стало как-то неприятно. Конечно, у принца есть своя личная жизнь, только зачем ее выставлять напоказ. Или он забыл о сидящей даме по ту сторону зеркала в ожидании возобновления контакта. Мне, девушке целомудренной, это неприятно. К Фадору я, конечно, не испытывала никаких чувств. Как можно что-то испытывать к отражению, пусть оно и внятно говорит и даже думает, однако всегда есть но. За пятьсот лет я соскучилась именно по общению, по собеседникам. У меня не случилось хороших друзей, как-то не привили дружеских чувств. В жизни, прошлой, это помогало, не оказалось слабых мест в обороне. Однако делить внимание принца с другими мне не понравилось.
Не решившись скинуть контакт, все же принц умолял не терять связи с ним, я встала со своего насиженного места и убралась подальше от открытого эфира, поближе к камину. Наступила пора перебрать имеющиеся книги и выбрать очередную для продолжения досуга, пока Фадору есть чем заняться.
Наконец полог соскользнул с зеркальной поверхности, показав мне слегка растрепанного прощанием принца, но уже в достаточно подобающем для общения виде. По крайней мере, его одежда оказалась свежей, хорошо подобранной, как раз в духе времени. Лицо несколько посвежело, и спала нездоровая одутловатость. Надо отдать должное прислуге, та хорошо постаралась убирая следы многодневного запоя и последствий принятия еще каких веселящих средств.
– Оу! Совсем другой человек, - восхищенно всплеснула руками, даже не стараясь показать, что увлеченно что-то читала. Я тут же бросила свое занятие и подошла к зеркалу.
– Хмель прошел?!
– Не сумев сдержать свои эмоции, за маской спокойствия, моя язвительность в очередной раз показала зубки. Принца я воспринимала как настоящего друга, тем более повредить он мне не способен, а потому достоин доверия с моей стороны. В некотором смысле я воспринимала принца как младшего непутевого родственника.
– Варга!
– Фадор нахмурился, но выглядеть смущенным не пожелал.
– Да мне все равно, - я пожала плечами, собираясь с мыслями, хотя подразнивать оказалось весело.
– Какова обстановка в доме вашего хозяина?
– Зачем тебе это?
– Черные глаза настороженно блеснули, пока мужчина на этот раз осторожно садился в кресло.
– Любопытство, - я скрестила руки на груди, уютнее устраиваясь в своем кресле, - чем же мне еще заняться, находясь в зазеркалье. Я же не имею возможности участвовать в реальных интригах, так хотя бы словом помогу. Итак, у Хрвазза четыре дочери и все на выданье. Сколько посольств еще мурыжат в надежде спровадить красавиц под венец?
–
– Попытался отмахнуться от моего назойливого любопытства принц.
– Вот поэтому среди претендентов нет настоящих наследных принцев, - закончила я, присматриваясь к лицу Фадора.
– Для наследников здесь ловить нечего.
– Принц недовольно сморщился. Он уже окончательно пришел в себя и избавился от одурманивающего и мешающего правильно думать хмеля. Да и возня с девицей поспособствовала прояснению ума, и отдохновению тела.
– Ты не ответил на вопрос.
– Я с интересом разглядывала принца.
– Мне казалось, мы будем заниматься твоими проблемами.
– Не остался в долгу принц, с вызовом глядя мне в глаза.
– О, у меня вся вечность впереди, - покровительственно взмахнув рукой, я слегка приподняла подбородок в ожидании продолжения разговора.
– Язва, - пробормотал мужчина, смерив меня оценивающим взглядом.
– Прохиндей, - фыркнула я, не умея оставаться в стороне от препирательств, в свое время я привыкла к тому, что мое слово последнее и решающее, - и не думай, я все равно узнаю, тем более, кое-кто весьма живо заинтересован в твоих личных переговорах и предпочтениях в связи с устройством под сводами дворца Хрвазза. У тебя проблемы, дорогой.
– Дорогой?!
– Фадор удивленно нахмурился, уловив из моей реплики только последнее слово.
– Это риторически, - я с весельем смотрела на мужчину в зеркале, - надо же как-то тебя называть. А после сегодняшних девиц ничего другого на ум не приходит.
– Особенно умного, - рука мужчины непроизвольно потянулась к кувшину, стоящему на столе. На холеном лице наконец проявилась запоздавшая досада за свое не слишком целомудренное поведение перед моей особой. Да я без претензий.
– Только без вина, - моментально напряглась я, - лицезреть твое превращение в очередное тело у меня не хватит терпения. Теперь я точно буду бороться за трезвый образ жизни, по крайней мере, если хочешь по-прежнему беседовать с моим отображением в зеркале.
Поставив кувшин назад, принц, склонив голову набок, несколько минут разглядывал меня, потом с тяжелым вздохом, окончательно убрал руку.
– А если мне стыдно?
– Черные глаза виновато блеснули.
– Без претензий.
– Я покладисто подняла руки ладонями к нему.
– Только в следующий раз я дожидаться не стану. Вдруг затянется.
– Извини.
– Покаялся принц.
– А если в лечебных целях?
– Есть у меня одно средство, моментально выветривающее подобную дурь из любой головы, - охотно поделилась я своими познаниями в целицельстве, - а заодно прочищающее мозги от всяких побочных ядов и снадобий, и наркотических средств заглушки совести. Поделиться?
– Поделись.
– Охотно кивнул мужчина, облегченно выдохнув. Видимо не ждал от меня такой покладистости в игнорировании моей особы. А потом, задумчиво опершись подбородком на сложенные ладони, проговорил, пытливо глядя на меня.
– Ты не против очередного эксперимента?
– Его черные глаза задумчиво прищурились.