Артефакт

Кот Елена Георгиевна

– Смотря, что предложишь, - пикировка явно закончилась.

– Напиши свой рецепт на бумаге или пергаменте и попробуй передать мне через зеркало. Я же со своей стороны постараюсь приоткрыть завесу.
– У Фадора вновь появилось выражение крайней фанатичности.

– Не давай мне ложных надежд, - чувствуя, как спина покрылась испариной от накатившей волны слабости, я постаралась выглядеть по-прежнему спокойной и уравновешенной.

– На твое перемещение я пока не замахиваюсь. Даже возможностей подобного эксперимента не нашел. Пока пытаюсь разобраться в общих заклинаниях, наложенных на башню. Боюсь, если на данном этапе я попробую забрать тебя из твоей привычной среды, башня не только взбесится,

она просто развеет тебя на атомы. А мне это не нужно.
– Принц явно пришел в себя, раз в нем проснулся азарт экспериментатора.

– Любопытство мага, - я осталась спокойна, даже флегматична, - похвальное качество.

– Не только любопытство, - Фадор покачал головой, наблюдая за сменой моего настроения, - хотя загадка стоит подобного любопытства. Мне интересно помочь.

– Только не жалей, не люблю.
– Я скривилась, резко вскинувшись.

Недовольная всплеском чувств, казалось бы, давно похороненных под грузом времени, я порывисто встала и, ни слова не сказав, вышла из комнаты. Письменных принадлежностей я здесь как-то не держала, не додумалась принести. Остановившись на лестнице, прислонилась в стене, пытаясь совладать с собственными чувствами. Как давно мне не приходилось вспоминать о прошлом и обидах, нанесенных кровным родственником. Выдержка в пятьсот лет делала свое дело. И срыв оказался тяжелым. Сейчас главное - не растревожить улей под названием башня, дабы не закончилась моя эпопея с принцем, так и не начавшись.

Осознав, как постепенно проходит ощущение безысходности, я отлипла от стены и отправилась в библиотеку. Когда-то давно я пыталась вести дневник, а заодно расчеты по магическим предметам, именуемым магическое построение. Надолго меня не хватило, однако с тех пор шкатулка со всем необходимым всегда стояла на столике у окна. Я не стала спешить, принц сумеет подождать, пока я напишу рецепт. Мне же пришлось его дожидаться. Заодно узнаю, насколько хорошо помню целительство, о котором мечтала с детства. Да, пока у меня не обнаружились задатки стихийника, я училась распознавать травы и составлять из них приемлемые и действующие рецепты. Даже что-то получалось. Вот и рецепт от похмелья остался у меня еще со времен условно беззаботной ранней юности, когда приходилось отпаивать братьев после их незамысловатых, но крайне возлиятельных пирушек. Была только одна побочная деталь у моего зелья - реципиент становился нечувствительным к некоторым наркотикам, и изобразить неадекватность приходилось сугубо по наитию.

Окончательно упрятав лишние мысли в глубине сознания, я довольно усмехнулась. Если башня не сыграла со мной очередную пакость, я сыграю свою в отношении принца Фадора. Скрутив пергамент в трубочку (кусок выделанной шкуры надежнее клочка бумаги, не так быстро испепелится при передаче), я отправилась назад. Отчего-то я верила принцу и его магическим способностям. Удивительно, но доверяла.

Фадор ждал. Он вскинул голову, когда я приблизилась к зеркалу и в свою очередь, встав, хорошенько потер ладони, разогревая их, даже подул на них.

– Как ожидание? Красавицы не посещали?
– Я не скрывала отличного настроения.

– В чем подвох?
– Черные глаза прищурились, и мужчина взглянул на меня искоса, повернув голову слегка набок, стороной со шрамом ко мне.

– Да ни в чем, - я безразлично пожала плечами, совершенно не собираясь облегчать ему жизнь, - рецепт у меня.
– Взмахнула рукой, показывая искомый предмет.

– Хорошо, начнем процедуру передачи, - мужчина на секунду сжал кулаки, а потом приблизил ладони к зеркальной поверхности, словно нагревая ее. Закусив губу от напряжения, я ждала развязки - или ничего не выйдет, или башня даст поблажку.

"- Дай, дай мне хотя бы некоторое послабление, - про себя взмолилась я, - я не уйду, клянусь. Это

не мой мир, но я хочу не просто существовать, немного жизни мне не помешает. Если я перейду, границы дозволенного, ты знаешь, что делать. Прошу, мне надо это общение. Он безобиден. До определенной степени, но безобиден. Он просто мужчина и этим все сказано".

Я впервые, пусть и молча, что-то попросила у башни. Я и раньше понимала, башня практически разумна, она не просто выполняет заложенные в нее программы по обеспечению моей жизни, но и подстраивается под мои желания, а также умеет с успехом учиться и не повторяет своих ошибок в отношении моего заточения. Понятно - тот, кто построил подобное, рассчитывал на многовековое заключение, если не на постоянное, а потому работал на совесть.

В это время Фадор перевернул ладони кверху, раскрывая их. Его глаза смотрели внимательно и напряженно. Находясь рядом, на мгновение ощутила отдачу его магии, стало жарко и захотелось ощутить под руками силу, мощь стихии, но тут, же сжала зубы, подавляя все лишние желания. Нет, до магии мне далеко. Только бы получилось.

Заметив легкий кивок, я, поднесла трубочку пергамента к амальгаме. На мгновение по зеркалу пошла волна, откат, как от маленького камешка на воде, когда край пергамента коснулся поверхности. А потом я с расширившимися глазами увидела мужские пальцы, прошедшие сквозь зеркало и подхватившие трубочку практически у моей ладони. Запоздало отдернув руку, я резко отступила на шаг назад. Однако прикосновение уже произошло, я его ощутила в полной мере. Я понимала, чем это может грозить принцу.

– Идиот! Ты что творишь! Это ты так приручаешь башню к своему копанию в ее плетениях?
– Слова сами сорвались с языка. Мне хотелось взвыть от подобной глупости со стороны взрослого мужчины.

Помочь я не могла. Мне стало нехорошо, когда зеркало мягко спружинило, словно ртутное мягкое текучее стекло и одним движением отбросило не только пальцы, но и самого самонадеянного принца, решившего стать первопроходцем на мою территорию. Как в замедленной съемке я наблюдала за падением Фадора. Его тело, откинутое мощной волной, опрокинуло тяжелое кресло и, пролетев по инерции, упало, уйдя из поля моего зрения, куда-то под стол. Я терпеливо, пусть и с диким ужасом ждала развязки. Сердце ушло в пятки. Оно как принца шарахнуло не только до потери сознания, но и жизни в целом. Надеюсь, этот малолетний идиот, поставил щиты, прежде чем взялся за столь самонадеянную операцию по укрощению моей темницы.

– Если живой, убью.
– Пригрозила я, кусая губы. Говорила я тихо, в стрессовых ситуациях всегда пропадал голос. Подчиненные в подобных случаях прятались по углам, опасаясь моего хриплого, тихого тембра, не предвещающего ничего хорошего. Знали, могу шарахнуть сгустком воздуха. Вроде не смертельно, но катастрофично для уважения окружающих.

В комнате воцарилась зловещая тишина, прерываемая только моим тяжелым дыханием. Такой откат явно не останется без внимания. Конечно, если Фадор не дурак, то поставил заглушку на комнату, однако подобная магия изрядно фонит, очень фонит. А в свите Хрвазза всяко есть хороший маг. Не успела я толком о чем-то подобном подумать, как в дверь с силой забарабанили.

– Придурок, - в сердцах прошипела я, кусая губы. Пока не зная, что предпринять в данной ситуации. Проверить состояние экспериментатора у меня возможностей не наблюдалось.

– Я жив, жив, - тихо ответили мне откуда-то из-под стола, - я осознал, не паникуй.

– Кто паникует?
– Стараясь не показать, какое облегчение я испытала, услышав его голос, взглянула в сторону невидимой двери, в которую по-прежнему колотили, - Ответь, останешься без двери.

– Все нормально!
– Фадор сумел с трудом сесть и, повысив максимально голос, дал знать о своей целостности.