Артек
Шрифт:
Средства были отпущены Красным крестом очень бережливо, нечего было мечтать о возведении постоянных построек.
Было решено разместить детей в палатках. В палатках же разместились и учреждения воспитательного и оздоровительного характера. Но, несмотря на отсутствие достаточных средств, лагерь с первых же дней поражал чистотой, порядком и своеобразным комфортом.
Палатки были высокие, светлые, с деревянными полами. Убранство их хотя и состояло из простых деревянных, обтянутых парусиной кроватей, деревянных табуретов и грубых прикроватных столиков, однако все содержалось в большом порядке.
Самая лучшая
Помещения для столовой также не было — под тентом было расставлено шесть обеденных столов и скамейки. И хотя столы были грубо сколочены из теса, их покрывали белоснежными скатертями, а у каждого пионера была салфетка и кольцо для салфетки.
Так же культурно был организован клуб-библиотека, под который была отведена лучшая комната отремонтированного домика. Там же хранились собранные детьми коллекции, инструменты и материалы для ручного труда.
Около самого моря, где теперь разбита великолепная «костровая» площадка с амфитеатром для гостей, была физкультурная площадка. Здесь же в первые годы зажигались пионерские костры.
В лагере не было ни электрического освещения, ни водопровода (воду накачивали вручную из двух колодцев).
Но все это не смущало врача-организатора. Федор Федорович считал, что он имеет дело с учреждением санаторного типа, и с первых же дней медицинская работа велась полнокачественно, как в лучшем санатории.
Огромное значение придавалось привитию ребятам гигиенических навыков. Руководители старались добиться того, чтобы побывавший в Артеке пионер стал борцом за здоровый быт. 3. П. Соловьев даже выработал особые правила для пионера — своего рода заповеди здоровья и культурного быта.
В первые годы пионеры приезжали целыми отрядами со своими вожатыми, которые и занимались политическим воспитанием ребят. В Артеке же были постоянные педагоги — они вели работу по краеведению и естествознанию, проводили экскурсии, учили ребят, как следует собирать гербарии и составлять коллекции, читали им лекции, проводили беседы.
На образовательную работу отводилось 2–3 часа в день. В распорядок дня входил обязательный труд — пионеры работали на своей территории, убирали парк, чистили пляж, а также оказывали помощь расположенной по соседству сельскохозяйственной коммуне. Они принимали участие в текущей сельскохозяйственной работе — помогали собирать виноград, убирать сено, снимать урожай фруктов.
Экскурсий в те годы проводилось мало. Это было очень сложным делом, так как в Артеке не было транспорта, и нередко ребят из Севастополя доставляли на запряженных в дрожки лошадях. Однако, несмотря на все трудности, с первого же года руководителям Артека удалось добиться того, что лагерь стал образцовым учреждением и в нем создались славные традиции, которые ценятся и сейчас, через 15 лет.
Артек растет
Много было трудностей в работе Артека.
В Артековском музее сохранились фото первых лет Артека. Фотографии, старые дневники, письма ребят рассказывают об этих трудностях, показывают юных посетителей первых лет.
Вот фото 1925 года: тощие лошади привезли ребят Поволжья. Посмотрите на их одежду — холщевые рубахи, домотканные штаны, многие ребята в опорках и в лаптях. Они привезли самодельные
Как несхожи эти ребята с теми, кто теперь, придя в музей, с любопытством рассматривает фотоальбомы, с теми, кто вчера на прекрасных автомашинах подкатил к Артеку, радостно распевая:
«О детстве счастливом, что дали нам,Веселая песня звени!Спасибо великому СталинуЗа наши чудесные дни!»Те, первые артековцы, таких песен еще не знали. Их песни были иными. Как наскоро расставленные палатки вместо домов, так и песни были будто наспех сложены.
В Артековском музее хранится интересное письмо пионера, побывавшего в Артеке в 1926 году:
«Приехали в Нижний, купили хлеба и колбасы. Приехали в Москву. Обедали: щи с мясом и кашу. Из Москвы поехали и проехали много городов. В Курске пили чай с сахаром. Приехали в Симферополь. Купили колбасы и хлеба: на каждого по 1 фунту хлеба и по полфунту колбасы. Потом поехали в Артек. В море воды много. В Артеке жили месяц. Кормили хорошо…»
Вот что оставляло в то далекое для нынешних пионеров время наибольшее впечатление — хлеб, колбаса. Запомнился город, в котором пили чай «с сахаром». А спросите у любого теперешнего артековца — он вам не назовет ни одного блюда из вчерашнего рациона, хотя в него входили и фрукты, и торты, и витаминные соки.
Первые годы работы лагеря показали, что надо было подумать о постоянных зданиях вместо палаток — они совсем не оправдали себя. Днем, когда нужно было проводить мертвый час, — жарко, ночью — холодно. Томительно было сидеть в них во время дождя и непогоды. Особенно это стало ясно, когда однажды ночью разразилась буря с сильной грозой, разрушила палатки и перепугала детей.
В 1930 году Артек отметил свое пятилетие организацией второго лагеря. Теперь Артек стал называться «Нижний лагерь» в отличие от «Верхнего», расположившегося выше, в горах.
Количество пионеров сразу увеличилось с 80 до 200.
В 1927 году Артек пережил потрясение в буквальном смысле этого слова — в Крыму несколько раз были землетрясения. Приехавших в Артек ребят пришлось из Симферополя срочно вернуть обратно по домам.
В 1927 году землетрясение явилось самым крупным событием в жизни лагеря. Артек понес от него значительный ущерб.