Артур
Шрифт:
– Аня?! Анька! – подруга ввалилась в квартиру и буквально повисла на мне. Я не могла поверить ни глазам, ни ушам, ни даже своим рукам, которые обнимали верную подругу. – Но как же…
Как же так? Мы ведь считали, что она за решеткой…
– Меня освободили! – пропищала счастливая Аня, снова бросаясь обнимать меня.
– Но как… – договорить мне не дали. Точнее, я сама прервала себя на полуслове, когда увидела мнущегося сзади на лестничной площадке господина важного комиссара полиции.
Не
Спросить мне не дали, потому что Аня буквально повисла на мне, а затем затащила вглубь квартиры, где обнимашки почти сразу стали групповыми благодаря присоединившейся к нам Але.
Я очухалась минуты две спустя и тут же рванула обратно в коридор. Поозиралась по сторонам и поняла, что Артура уже и след простыл. Жили мы невысоко и, вызвав лифт, а также не дождавшись его, я посеменила пешком по лестницы. И, хоть это было чертовски непросто делать в тапках-пандах, я набрала скорость и уже совсем скоро нагнала наглого на просторах лестничной площадки второго этажа.
– Подожди! – Я схватила его за локоть и заставила затормозить. Затем встряхнула головой, мысленно дала себе подзатыльник и тут же отпустила чужую руку.
– М?
– Почему?
– Что почему?
– Почему отпустил ее?
– М…
– Это, конечно, все объясняет… – сострила я, скрещивая руки на груди. Я нахмурилась, внимательно осматривая Артура и, поскольку я находилась на три ступеньки выше, чем мой собеседник, впервые за долгое время мне удалось посмотреть ему почти прямо в лицо.
– Я подумал и решил, что перебор держать за решеткой человека, который всего лишь хотел спасти пару крабьих жизней, – усмехнулся Артур.
– Пару дюжин…
– Ну, или пару дюжин.
– Но еще позавчера ты был настроен куда более категорично…
– Передумал. – Артур лишь пожал плечами, испытующе глядя на меня.
– А как же закон?
– А его никто и не нарушал.
– В смысле?
– В прямом. Владелец магазина больше не имеет к Вашей подруге никаких претензий.
– С чего бы это вдруг?
– Не имеет, и все тут, – отрезал Диджев, хмурясь.
– Ладно… Вы его там запугали что ли? – не унимаясь, спросила я.
– За кого Вы меня держите? Закон свят для меня, в отличие от некоторых… – он хмыкнул, легонько задирая нос. Ишь, какой! Смотрите на него, какая цаца!
– Ладно… то есть… спасибо, – в любом случае, мы были ему обязаны. – Не знаю, что бы мы без тебя делали…
– Объясните своей подруге, как можно поступать, а как нельзя. Бороться за права и отстаивать их можно и законными способами.
– Я обязательно с ней поговорю, уж поверь мне!
–
– Нет!
– Как нет? Что нет?
Я поняла, что Артур собирается уходить и тут же поспешно замахала перед ним руками, силясь подобрать нужные слова.
– Мужская прерогатива!
– О чем это Вы?
– Ну же!
– Хотите, чтобы я позвал Вас на свидание? – его брови удивленно взлетели вверх, будто я не о встрече говорила, а о совместном полете в космос.
– Очень, – я закивала, как китайский болванчик.
– Серьезно?! – он неподдельно удивился.
– Вполне…
– Хотите еще раз повторить свидание? После того, что уже было у нас? Со мной?
– Да… – я глупо улыбнулась, снова кивнув.
– Я даже не знаю, что сказать… Я ведь уже освободил Вашу подругу…
– Назови лучше место и время.
– Что ж… почему бы и нет…
11
Мы отправились на свидание в парк. По моему настоянию, потому что рестораны у меня ассоциировались с чем-то дурным. Случилось это ровно через день после героического спасения нашей Аньки, то есть в воскресенье.
Я выбрала парк с прудом, неподалеку от нашего дома, где мы с девчонками часто кормили уток и прогуливались, обсуждая планы на жизнь. Здесь было тихо и красиво.
– Я смотрю, Вы с подругами и впрямь озадачены жизнями животных… – Артур забавно повертел в руках батон, который я вручила ему в начале нашего незатейливого свидания.
– Их тоже должен кто-то кормить, – я кивнула на уток, жадно набросившихся на куски хлеба в воде. – О животных должны заботиться люди. Мы сильнее, нам дан разум, они во многом зависят от нас. Ты так не считаешь?
– Возможно… – Артур нахмурился и, отломив немного, бросил в воду несколько кусков батона. Тут же набежала новая стая уток с малышней, готовых сражаться за еду. – Позвольте я сразу кое-что уточню, – серьезно начал наглый.
– М?
– Вы же не собираетесь похищать каких-нибудь ракообразных, следуя примеру Вашей подруги?
Я тихо рассмеялась и покачала головой.
– Мне духу не хватит. У нас Анька самая смелая.
– Это хорошо…
– Что именно?
– Что у вас только Анька смелая, – усмехнулся он, покачивая головой.
Мы поговорили еще, докормили уток, а затем присели на одну из скамеек, предварительно купив мне большую порцию сладкой ваты. Я очень любила ее, еще с детства, правда, опять же, недополучила в полном размере и теперь наверстывала упущенное. Правда, каждое такое лакомство мне потом выливалось в удвоенную тренировку в спортзале. А, впрочем, плевать, оно того стоило.