Ашер 7
Шрифт:
«Ада, насколько я понял, сами руны читать не умеет, но она может чувствовать… ну, как бы это сказать… намерение магии, что ли», — попытался я объяснить. «Все это довольно запутанно, если честно, для меня, простого вояки. Но, как я понял, Ада и сама могла бы снять эти чары, но раз Сет может прочитать предназначение каждой руны, то ей не приходится тратить кучу времени, пытаясь разобраться во всем, полагаясь только на свое чутье. Так они работают в паре, дополняя друг друга».
«Они и правда отличная пара», — мечтательно вздохнула моя женщина-кошка. Я не удержался и поцеловал ее в макушку. От нее пахло чем-то
Судя по выражению ее лица, она искренне радовалась за наших друзей, которые, похоже, нашли свое счастье. Это теплое чувство, которое она испытывала, передалось и мне. Приятно, когда у близких все хорошо, это дает какую-то внутреннюю опору.
«Это что же, получается, мы с тобой и Шелли теперь — подходящие пары?» — поддразнил я Риту, вспомнив о ее дружбе с моей женой.
«Звучит неплохо», — промурлыкала она в ответ, прижимаясь ко мне теснее. «Подходящий набор. Ведь набор — это не обязательно только двое. Бывают наборы и из трех, и из пяти, и из шести, и из восьми… Главное, чтобы части дополняли друг друга, создавая единое целое. Гармонию».
«Так ты хочешь сказать, что в такие наборы можно добавлять и других?» — спросил я, обнимая ее за плечи и притягивая ближе. Сердце как-то особенно тепло забилось от ее слов и близости. — «Например, Иди? Или Шелли?»
«Мне кажется, Шелли предельно ясно дала понять, что мы обе думаем на этот счет, муж мой. Так что можешь не хмуриться», — сказала она с ласковой улыбкой и нежно провела пальцем, разглаживая складку у меня между бровями. «Все хорошо».
И этими словами Рита развеяла все мои оставшиеся сомнения, если они и были. Как-то сразу стало легче на душе, теплее. Остаток недолгого пути до библиотеки мы прошли в уютном молчании, просто наслаждаясь компанией друг друга. Иногда слова и не нужны, чтобы понимать друг друга.
Глава 11
«Сюда», — моя жена-кошка, Рита, провела меня мимо здоровенного овального стола, что стоял в центре, и дальше, петляя меж узких, до самого потолка, стеллажей с книгами. Этот кабинет, или скорее библиотека Бруно, был похож на настоящий лабиринт, и без Риты я бы тут точно заплутал. Да и не только тут, если честно.
За окнами вечерело, и свет, что сочился сквозь высокие сводчатые окна под самой крышей, окрасился в какой-то сиреневатый, мягкий оттенок. Местные светильники — магические камни — уже начинали разгораться поярче, прогоняя подступающие сумерки. И в этой полутьме, в этом особом освещении, Рита, что шла впереди, казалась… да уж, прямо неземной красавицей. Словно светилась изнутри. От этого зрелища у меня даже на миг дыхание перехватило.
Я, как привязанный, поплелся за ней. Не мог не ухмыльнуться, когда она, такая деловая, усадила меня в мягкое кресло у эркерного окна. Сама же тут же сцапала с ближайшей полки свой альбом для набросков и, мурлыкнув что-то себе под нос, привычно устроилась у меня на коленях. Моя кошка — она такая. Сначала дело, потом — уют. И то, и другое у нее получалось мастерски.
«Шелли рассказывала мне, что нужно для печати», — объяснила Рита, постукивая пальчиком по обложке альбома. Голос у нее был тихий, немного взволнованный, как всегда, когда она делилась чем-то важным для нее.
Я устроил подбородок у нее на плече, обнимая за талию. Теплая, гибкая…
«Ну, не то чтобы прямо требования, — поправилась она, чуть повернув голову. — Скорее, отличительные черты. Особенности, которые помогают понять, что к чему».
«А, ну да, это меняет дело». Я хмыкнул и аккуратно перекинул тяжелую, как вороново крыло, прядь ее иссиня-черных волос на другое плечо. Пахли они чем-то неуловимо знакомым, лесным. «И какие же „опознавательные черты“ у нас намечаются? Любопытно до жути».
«Во-первых, форма самой печати», — сказала она и открыла первую страницу своего альбома. Там, как солдаты на плацу, были выстроены ряды разных многоугольников, набросанных пока грубовато, от руки. «Большинство Ашеров используют форму, чтобы показать, сколько у них поместий. Ну, или земель, если хочешь».
«То есть, наша печать должна быть треугольником, так?» Одно поместье — один угол. Логично, вроде.
«Верно, если следовать традициям», — кивнула Рита, и я почувствовал, как напряглась ее спина.
«Что-то мне подсказывает, что тут есть какое-то 'но». — Я легонько коснулся губами ее лопатки. Кожа под тонкой тканью была горячей.
«Но, по-моему, нам лучше от традиций немного отойти», — выдохнула она и перелистнула на следующую страницу, где уже виднелись более проработанные эскизы. «Мы ведь не хотим каждому встречному-поперечному трубить, какими активами ты владеешь, верно? Это как… ну, вывеску на лбу носить: 'Грабьте меня, у меня много чего есть!»
«Да уж, ни пользы, ни тактического смысла в таком бахвальстве точно нет». Я поцеловал ее чуть выше, у основания шеи, там, где тонкая жилка пульсировала под кожей. «Скромность, как говорится, украшает. Особенно когда есть что скрывать».
«Вот именно, — обрадовалась она моей поддержке. — Поэтому я думаю, что круг или овал — наш лучший выбор. Они… ну, более обтекаемые, что ли. Ничего конкретного о твоих владениях не говорят. К тому же, — тут она хитро прищурилась, — я из надежных источников знаю, что овал сейчас в большой моде».
Я усмехнулся: «Надежный источник, говоришь? Ну, раз в моде, значит, овал. Тебе виднее, котенок. Значит, первая „отличительная черта“ у нас на самом деле ничего и не отличает. Хитро».
«Ну да, название не совсем удачное», — хихикнула она, и это ее тихое «хи-хи» приятно отозвалось у меня в груди. «Перейдем ко второй. Обычно в дизайне печати есть что-то, что говорит… ну, народу, так сказать, что ты можешь предложить. У Поместья Лонгов, например, всегда была пара крыльев — символ того, что они разводят пегасов».
Память подсказала: «А у Кроули — пара его кривых сабель». Видел как-то его герб. Внушительно, ничего не скажешь.
«Да, оружие обычно символизирует защиту, — кивнула моя умница-кошка, прямо как прилежная студентка на экзамене. — Это логично, ведь главная задача Верхушки — защищать».
Я обвел пальцем эскизы какого-то колючего цветка. «И что же, по-твоему, могут предложить „Поместья Медведевых“? Цветы, что ли? Не слишком ли мирно для Ашера?»
«Ну, сначала я все пыталась нарисовать Дебору, нашу королеву шмелей». Она перевернула страницу, и я увидел целую россыпь изображений этой самой Деборы — надо сказать, весьма симпатичной особы, если можно так выразиться о гигантском шмеле.