Ассистент
Шрифт:
— Вот же блин, — вздохнул я. — Из-за меня, получается?
— Ну, ты этого не хотел, барь, я понимаю. Получается, так.
— Ну, потерпи. Думаю, никуда она от тебя не убежит, приеду — мирить вас буду. А Алла чего? Появлялась?
— Когда новость прошла, считай, две недели назад — списывались, спрашивала, не знаю ли новостей. Софье звонила, говорит — плакала.
— Даже так…
— Ты-то сам чего решил, Дарь Матвеич? — спросил он.
— Сначала нужно поговорить, сейчас бессмысленно что-то решать.
На самом деле,
К вечеру Сид нашёл удочки и пытался порыбачить, когда мы встали в море, пока боцман что-то переключал в оборудовании. Амелия не вылезала из каюты, попеременно доносились звуки каких-то боевиков, тяжёлых концертов с воем-гроулингом на разных языках, а под вечер — весьма характерные звуки порнографии.
— Ты это тоже слышишь? — спросил я, когда мы уже ложились спать.
— Слышу, ага. Интересно, где нашла? За это же статья.
— То есть то, что у нее единственный гаджет, кроме капитана — тебя не удивляет?
— Что такое гаджет? — спросила Самира шёпотом. — Слушай, они там так стонут, меня это заводит…
Свет в каюте погас, а лямка белых трусиков в свете луны из иллюминатора медленно поехала по угольному бедру вниз.
13 мая, четверг.
Ночью обогнули мыс, по которому проходит граница между Норвежской и Российской колониями, и утром повстречались с двумя пограничными катерами. Тут впервые пригодился навык Амелии — норвеги подплыли близко, посветили фонарём и разрешили плыть дальше, где нас уже принял и сопроводил отечественный катер.
Наконец-то выучил, что головорезов-матросов зовут Амис, Петер и Артемий. Резались с ними в карты, сперва на печенье, затем на щелбаны.
Сид с Амелией общались про музыкальные группы, слушая какую-то жуть на мобиле последней. Я общению не мешал, хотя заметил, что она норовила пододвинуться как можно ближе, а пару раз потрогала его за плечо. Опасная девица, подумалось мне — ещё не хватало, чтобы мой камердинер перед самой свадьбой закрутил адюльтер. Оставалось надеяться, что Сид сдюжит.
14 мая, пятница.
Крупные порты нам было заказано посещать, чтобы не привлекать внимание, и мы причалили утром в какой-то глухой деревушке, чтобы пополнить запасы воды.
— Я выходить на берег не буду, — заявила Самира. — После рассказа Станислава…
— Думаешь, тебя съедят? — уммехнулся я. — Брось, они абсолютно городские!
Папуасы на пристани, действительно, все как на подбор были в футболках и рубашках под цвет российского имперского флага и изъяснялись на вполне сносном пиджин-рашн, как говорили в других мирах.
Заработало радио, которое принесло тревожные новости: началась активная фаза конфликта: японцы попытались атаковать Владивосток, но были разбиты.
Логично, что тот самый коридор по Восточному и Японскому морю был закрыт.
— И как мы теперь будем плыть? — спросил я на обеде.
—
— Разница — сутки пути, — кивнул капитан. — Ничего, каботажа хватит, а топливо еще на Петринах пополним.
Про Петрины, они же Филиппины, пока никаких тревожных новостей не было, и решили дальше плыть к туда, но по восточному берегу, подальше от военных действий. Взяли курс на Палау, в порт Микифорово Городище.
Сид снова рыбачил, наконец-то поймал два хвоста, мелочь что-то вроде некрупного тунца весом в килограмма четыре — Самира тут же приготовила, ужин вышел славный.
15 мая, суббота
Утром поговорил с Сидом. Сказал, что Амелия, похоже, положила на него глаз. Сказал, что заниматься интрижкой и изменять не хочет.
По новостям сообщили, Великий дракон Акамант замечен над островом Уруп Курильской гряды — бывший вместе с Камчаткой со спорным статусом. Несколько эсминцев Сиамской Империи, прибывшие для поддержки Японии, поплыли назад, а японские флотилии также подвинулись ближе к берегу Уссури. Также сообщалось, что из подводных лодок японцы атаковали военную базу на острове Кауаи и попытались создать цунами в сторону Охотска — но в обоих случаях наши сенс-войска перехватили и погасили.
Ещё говорили о какой-то заварушке на тему мигрантов у Луизианы с Мексиканской Империей в пустыне — как я понял, Мексика была союзником Японии, и в случае глобального конфликта могло вспыхнуть и там. Мы же просто плыли, благо, Филиппинское море было пока «нашим».
Вечером встали на якорь в порту Микифорово Городище в небольшом атолле Палау, неподалёку от двух эсминцев. Их вид одновременно внушал уважение, и одновременно — тревогу. Уж не прилетит ли чего.
Благополучно пережили неожиданный досмотр пузатого темнокожего портового жандарма. Клетка оказалась скрыта, да и осмотр был весьма формальный. Когда уже почти ложились спать, в каюту постучался Сид.
— Спрячьте, ребята? Эта, — он тыкнул в сторону каюты Амелии. — К себе зовёт «музыку слушать». Я ни разу с дворянками не спал и не собираюсь. Тем более — меня дома ждут…
Тут он осёкся, словив взгляд Самиры. Да уж, тему предстоящего моего разговора с Аллой мы тщательно обходили стороной.
16 мая, воскресенье
Утро началось с криков Амелии. Наш капитан Жук оказался пьян. Сказал, что в воскресенье — можно. Ещё в наших каютах сломался кондиционер, и мы с Артемием потратили пару часов, чтобы починить.
Управление взял на себя Дементий. Плыли долго. Днём было скучно, уже даже рассказы Станислава Володимировича о загадках истории развития человечества не так веселили. Самира успела накупить в порту пару больших пакетов с фруктами и овощами и упражнялась в кулинарии.