Астра
Шрифт:
Только разум, высокоразвитый разум мог создать такое. И где теперь этот разум? Наблюдает за землянами и ждёт первой же роковой ошибки?
4. Другие!
Вроде, пошло полегче, — Калли отложил стамеску, которой действовал с чрезвычайной осторожностью, и слегка надавил ладонями.
Остальные, затаив дыхание, наблюдали за ним. Все уже устали бороться с любопытством, пока инженер пытался открыть цилиндр.
Слишком легко для взрывчатки, — наверное, в пятнадцатый
Наверху, на рампе, сидели Карли Скорт и Труда Хармон, а мужчины внизу наперебой подавали Калли инструменты, которые ему не были нужны, и вообще только мешали друг другу. Но вот наступил последний момент. После почти часа работы инженер сумел-таки открыть маленький запечатанный люк.
Склонившись над цилиндром, чтобы посветить внутрь фонариком, Калли головой столкнулся с Кимбером и Кордовом. Потом с бесконечной осторожностью он начал передавать ревностным помощникам всевозможные ящички, круглые контейнеры и под конец больший по размерам украшенный резьбой сундучок. Всё это было сделано из того же лёгкого сплава, что и цилиндр. И всё казалось абсолютно не повреждённым временем.
— Перевозчик груза, — решил Кимбер. — А что в этих? — он поднёс один из маленьких ящичков к уху и осторожно потряс, но ответного дребезга не услышал.
Кордов поднял сундучок и осмотрел его крепления. Наконец покачал головой, достал карманный нож и сунул лезвие в щель крышки.
Крышка сдвинулась, и из-под неё мягким жёлтым облачком поднялось какое-то вещество наподобие ваты. Учёный осторожно обрывал его полосами. Наконец солнце осветило содержимое, помещавшееся в этой упаковке, и земляне ахнули.
— Что это? — тихо спросил кто-то.
Кордов взял пять переплетённых нитей и поднял их на свет.
— Опалы? — предположил он. — Нет, они слишком твёрдые, да и огранены. Бриллианты?.. Не думаю. Признаюсь, никогда ничего подобного не видел.
— Выкуп этого мира, — Дард не знал, произнёс ли он эти слова вслух. Прекрасные нити, свисавшие из руки Кордова, привлекали его, как ни одна сделанная людьми вещь.
— Есть там что-нибудь ещё? — спросил Кимбер. — Для таких ожерелий ящик слишком велик.
— Посмотрим. Девушки, — Кордов протянул женщинам нити необычных драгоценностей, — подержите.
Сняли ещё один слой упаковки, под ним оказались два браслета. На этот раз Санти узнал красные камни.
— Это же настоящие рубины! Я работал в лунных горах и нашёл несколько таких же. Отличный цвет. А что там ещё, Тас?
Третий слой упаковки обнажил последнее и самое большое чудо — пояс пяти дюймов шириной, так тесно усаженный драгоценными камнями, что сплошь сверкал; сам пояс был сплетён из множества крошечных хрустальных цепочек.
Труда Хармон попыталась застегнуть его вокруг талии и обнаружила, что не хватает нескольких дюймов. Да и Карли не смогла его надеть.
— Девушка, носившая это, была очень стройная! — заметил Хармон.
—
И было что-то путающее в этой мысли. Карли первой выразила общий страх: те, кто носил эти украшения, не были людьми.
— Что ж, во всяком случае, браслеты свидетельствуют о наличии рук, — предположил Роган. — А ожерелье — о шее. Пояс говорит о талии… хотя и тоньше вашей, девушки. Мне кажется, мы можем считать, что эта леди была не очень далека от нашей нормы.
Санти выбрал из груды новый ящик.
— Посмотрим остальное.
Ящики были запечатаны полоской мягкого металла, которую приходилось счищать с краёв. В первых трёх оказалось совершенно непонятное содержимое. В двух — сухие листья и ветви, в третьем — сосуды с различными порошками и тёмной пеной, возможно, остатками жидкости. Их передали Кордову для дальнейшего изучения.
Из оставшихся ящиков три были больше и тяжелее остальных. Дард разорвал металлическую полосу оков и отвернул её. Под крышкой лежал кусок грубой ткани свёрнутый несколько раз в качестве дополнительной упаковки. Все оставили свои занятия и собрались вокруг, а Дард поднял ткань. То, что он обнаружил, было не менее интересно, чем драгоценности.
Не смея дотронуться пальцем до ткацкого чуда, юноша осторожно вытянул металлический стержень, на который оно было намотано. Тоже ткань. Но никто и никогда — даже те, кто помнил чудеса городов до Пожара, — ничего подобного не видел. Ткань сама собой засветилась, яркие краски затрепетали на каждой складке и изгибе, когда Дард поднял её, чтобы осмотреть на солнце. Материя была словно соткана из тех же драгоценностей что и ожерелье.
Карли почти выхватила ткань у Дарда, а Труда Хармон робко провела пальцем по краю.
— Это вуаль! — воскликнула она. — Но какая дивная!
— Открывайте остальные! — Карли указала на два похожих с виду ящика. — Может, в них такое же.
И там действительно тоже нашлись ткани, но не такие яркие и не светящиеся, в них чередовались оттенки, которые земляне не смогли бы назвать. Вдохновлённые находками, они лихорадочно бросились раскрывать остальное, но Кордов призвал всех к порядку.
— Это, — он указал на богатство, вынутое из ящиков, — не что иное, как предметы роскоши цивилизации, более развитой, чем наша. Я склонен считать, что это был груз, не достигший своего назначения.
— Мы нашли этот снаряд в трубе, — задумчиво размышлял Кимбер. — Предположим, они передавали по таким трубам контейнеры на большие расстояния. Даже через море. Мы так не транспортируем грузы, но нельзя судить эту планету по земным меркам. И у них тут нет высоких приливов.
— Тас, Сим, — Карли руками, носившими следы тяжёлой работы в Ущелье, поворачивала ожерелье в разные стороны, — а не могут… найтись здесь ещё такие Или другие?.
Кимбер встал, стряхнул песок с брюк.