Атака (Крестом и булатом - 2)
Шрифт:
– Слушай сюда, - Владислав дернул за рукав Янута.
– Ведите их в тот дом на окраине и занимайте круговую оборону. А я попробую отыскать остальных.
– Я с вами, - отец Арсений замедлил шаг.
– Поддержка духовника им не требуется...
– Хорошо, - согласился биолог.
– Остальные - в дом. И сидеть тихо, как мыши! Постарайтесь их чем-нибудь накормить. Только немного. И обязательно разведите в воде соль, где-то чайную ложку на стакан, пусть выпьют. Иначе они даже дневного перехода не выдержат. Найдете витамины -
– Нет здесь витаминов, - поморщился Виталий.
– Но что-нибудь придумаем.
– Добро.
– Рокотов проверил запасные магазины.
– Батюшка, вы точно хотите идти?
– Абсолютно, - решительно заявил священник.
– Что ж, не смею мешать.
– Влад проводил взглядом Веселовского, тащившего на себе связанного чеченца.
– Этого до нашего возвращения не трогать. И не дайте с ним расправиться...
– Не боись, - уверенно ответил Янут.
– Все будет пучком.
Биолог набросил на голову капюшон, подтянул ремень и выразительно взглянул в освещенное заревом пожара лицо отца Арсения.
– Двинули.
* * *
Рация "Каштан", служившая Гарееву для связи с отрядом Бараева, была разбита взрывом еще в самом начале нападения на село. Резван длинно выматерился по-русски, когда Иса Бачараев сообщил об уничтоженной аппаратуре, и помчался в дот, выходивший на дорогу, ведущую в северо-западном направлении.
Салман Хамхоев осматривал окрестности через амбразуру, положив руки на кожух АГС-30.
– Так, - жарко зашептал Гареев, наклонившись к самому уху стрелка и обдавая того смрадом давно не чищенных зубов, - начинаете работать по склону слева и по хребту. Нерегулярно! То там, то там... Понял?
– Хорошо.
– Хамхоев удивился приказу, но возражать не стал.
Гареев дошел до того состояния, что был готов ответить выстрелом на любое проявление неподчинения или сомнения в правильности избранной им тактики. Резван распространял вокруг себя кислый запах страха, знакомый любому, кто хоть раз в жизни бывал под пулями. Пот, выделяемый организмом труса в моменты наивысшей опасности, нельзя спутать ни с чем.
Резван пробежал во второй дот, из которого хорошо просматривались площадь и прилегающие к ней дома, и отдал аналогичные указания трем братьям Исрапиловым, застывшим у пулеметов и гранатометного комплекса.
Спустя минуту на угольно-черном склоне горы в тысяче трехстах метрах от вайнахского укрепрайона полыхнула первая вспышка. И вслед за ней по уступам скал в непосредственной близости от позиции Игоря Гречко дробно застучали пули.
* * *
На полпути от окраины, где остались казаки с освобожденными заложниками, до центральной площади Рокотов и отец Арсений нос к носу столкнулись с Чубаровым и Филоновым, запихивающими бьющегося в их руках боевика в кузов пикапа. Вайнах был связан по рукам и ногам, во рту торчал кусок пенькового каната, но "язык" и не думал сдаваться. Видать, находился под воздействием
Влад оценил состояние пленного, отстранил разгоряченного Михаила и тычком сложенными пальцами в шею угомонил вращающего глазами чеченца. Тело закинули в кузов и накрыли куском непрозрачного полиэтилена.
– Во козел!
– пожаловался Чубаров.
– Еле скрутили! Никитону чуть руку не оторвал...
– Под балдой он, - Рокотов сморщил нос.
– Я, когда санитаром в дурке работал, и не такое видел... Кстати, - как бы невзначай поведал биолог, - нашли мы твоего братана, Миша. И Ираклия тоже.
Даже в полутьме и сквозь разводы маскировочного карандаша было видно, как у Чубарова побелело лицо.
– Живы?
– севшим голосом спросил Михаил.
– Не волнуйся, с ними все в порядке. Вот,. мы со святым отцом за вами отправились.
– Дениса нести придется, - озаботился Филонов.
– А где Антон?
– отец Арсений покрутил головой.
– Мы с ним почти в самом начале расстались, - нахмурился Чубаров.
– Он по дуге пошел, через сады к площади...
– Один?
– хрипло спросил Влад.
– Да...
– Хреново... ДШК на площади Арсений накрыл, Виталька совсем в другой стороне действовал. А третьего гранатомета я давно не слышал.
Филонов с Чубаровым переглянулись. Они не имели права отпускать Соколова в автономный рейд. Понадеялись на лучшее, не сообразили в запале боя. И теперь каждый винил себя за то, что позволил Антону уйти.
– Надо искать, - жестко заявил Никита.
– Обязательно, - кивнул Рокотов. Приблизительно в километре послышался звук разрыва.
Владислав оглянулся на горную гряду. В верхней трети зубчатой стены угасал огонек. Через несколько секунд у подножья горы вспыхнула световая точка. Следующая появилась совсем близко к вершине, на маршруте отхода казачьего отряда.
– Это еще что такое?
– удивился отец Арсений.
– А то!
– зло бросил биолог.
– Расслабились, решили, что победили! Идиоты мы все. Про чеченские доты забыли. А там тяжелого вооружения - завались. Как рассветет, нас на фоне скал и перестреляют!
– Трендец, - констатировал Филонов.
– Допрыгались...
– Не совсем, - Рокотов поднес рисованный план аула к самому носу.
– Есть одна мысль...
Влад ужом протиснулся под передней осью бензовоза, запрыгнул на подножку и медленно приоткрыл дверь кабины.
Его маневра никто не заметил.
Рокотов лег на сиденье, втянул ноги, ощупал замок зажигания и мысленно выругался. Ключа не было и в помине.
От зарослей на краю площади к амбразуре ближайшего дота протянулась огненная полоса. Граната вошла точно в прорезь, стукнулась о шершавый бетон и разорвалась, израсходовав почти всю свою энергию на разрушение арматурной сетки, которой была прикрыта позиция пулеметчика.