Атаман
Шрифт:
– А мне… мне н-нада два кувшин с пивом, куриная рука… нога… пять куриных ног! Миска каши и хлеб. Десять хлеба! И еще три пива…
Орк Бурбак уставился на Шардона.
Глаза того закатились и подернулись едва заметной пеленой – почти все вычислительные ресурсы его были заняты планированием.
– Эй! Моя кому говори!
Пьянчуга стукнул по столу.
– Что? Что случилось? – военный ИскИн поставил активные процессы на паузу, высвобождая ресурсы, и огляделся по сторонам, оценивая обстановку.
– Бурбак хочет еще пива и жрать, – по столу покатились золотые
Глава 24. Основы грязной политики
Итак, уже пару часов спустя Шардон и Бурбак начали осуществлять разработанный атаманом план. Первым делом бывший трактирщик устроил грандиозный пир, выкатив десять бочек пива и десять бочек вина даром.
Разумеется, «поставщиком» щедрого угощения был принадлежащий Рыжему Лису «Пьяный орк» — естественно, за счет денег самого кандидата, которые тот выделил на предвыборную компанию. В общем, вырученное за продажу трактира золото у него задержалось ненадолго.
А когда пьянка была в самом разгаре, на пустой бочонок взобрался «виновник торжества» – Бурбак. Вот только он теперь сам на себя не был похож: атаман потратил 400 золотых на то, чтобы привести кандидата в порядок. И теперь тот щеголял новой набедренной повязкой, целым ворохом ожерелий из клыков и когтей, аккуратно заплетенными косами с торчащими из них цветными перьями, и свежими зловещими рисунками алой краской на лице.
В общем, по заверению Феста выглядел очень важным и злым, словно настоящий вождь. Только маленький и немного больной.
— Гарун карбак, славные уруки! – начал он, привлекая внимание соплеменников.
Занятые выпивкой орки не отреагировали на появление «поильца», так что пришлось вмешаться самому Шардону.
Звон пылающей сковородки о наковальню, что выполняла роль вывески трактира, покачиваясь на толстенной цепи под крышей, разнесся по округе, накладывая слабый дебаф «Оглушения» на всех в радиусе 20 метров.
Орки оглянулись, привлеченные странным звуком.
— Гарун карбак, славные уруки! – снова повторил Бурбак и начал свою речь.
В которой благодарил славных мастеров за то, что они долгие годы поддерживали его как трактирщика, разменивая свое золото на его пиво и хорошее настроение. И просил их поддержки в предстоящих выборах на пост старосты.
Разумеется, эта речь была составлена Шардоном при помощи Феста, добавившего в нее несколько «громких слов» на орочьем языке, которые были должны достучаться до свирепой печени и мускулистых сердец соплеменников.
Предвыборные обещания Бурбака были просты, как щепка: вкусное пиво вместо «той кислятины», снижение налогов вдвое и прямой контракт с шахтерами Заповедника Кхара на поставку угля и железа. Коротко, ясно и экономически выгодно. Но, разумеется, это было только начало.
«Пьяного Орка» атаман переименовал в «Пивного Барона», сократил часть персонала, сменил повара и вышибалу, расширил меню и задал новый план на ближайшие пару дней – на большее у него не хватило денег. После покупки трактира
Которых тоже пока не было.
Поэтому, мысля логически правильно и математически эффективно, Шардон решил совместить полезное с полезным. Разобравшись с текущими делами во Взгорке и оставив там Феста в качестве наблюдателя, он снова вернулся в лагерь. Где изложил личному составу простой план, придуманный им по дороге.
План, по которому вся шайка Рыжего Лиса в полном составе брала поселение орков «в осаду».
Специалисты по тайникам и кладам должны были прочесывать окрестности, собирая редкие и необходимые ремесленникам Взгорка травы и минералы, чтобы лишить мастеров бесплатного источника ценного сырья.
Тем же самым займутся и грабители, мишенью которых станут сами сборщики и просто любители прогуляться по тенистому лесу в одиночестве или в небольшой компании.
Ударные группы сосредоточат свое внимание на караванах и на самой деревне, устраивая регулярные налеты строго по составленному Рыжим Лисом графику.
Ну а карманники займутся сбором информации и слухов о том, что творится в поселке, и как орки-кузнецы реагируют на своеобразную «блокаду». Потом, когда недовольство набегами вырастет, а работа ремесленников застопорится, воры начнут аккуратно нагнетать обстановку: там невзначай фразочку обронят, тут интересный слушок пустят, за кружечкой пивка кровавую историю расскажут – в общем, «черный пиар» во всей красе.
Целей атамана разбойники не поняли, да особо и не пытались — лишь бы была потеха, да золото сыпалось в кошели. Даже карманники, которым строго настрого было запрещено «работать» в поселке непосредственно по специальности, остались довольны — Шардон назначил им зарплату и обещал бесплатно кормить и поить в течение рабочего дня в новом «Пивном Бароне».
Именно там он и засел, словно паук в своей паутине, собирая информацию, раздавая приказы да наливая посетителям что покрепче да погорячее, играя роль радушного хозяина и простого трактирщика…
Три дня спустя…
– Приветствую тебя в своем заведении, любезный господин!
— Налей-ка мне чего-нибудь… -- бессмертный устало опустился на крепкий табурет, – Кстати, твое задание я выполнил, все бумажки раскидал, как ты и просил.
– Агитационные листовки?
– Да-да, вот это самое.
– Ну что ж, с меня причитается бесплатный ужин и славный клинок в награду!
На стойку упал кинжал.
Точнее, жалкая на него пародия. Кривой, ржавый, тупой и выщербленный так, словно им пытались тесать камни или рубить железные буки.
– Это что? – бросил на него быстрый взгляд игрок.
– Твоя награда.
– За два часа работы? Ты издеваешься, трактирщик?!
– Увы, – бородатый бармен развел руками, – Караван с железом до поселка не дошел, поэтому мастерам приходится перековывать старье или работать с остатками материалов.