Атлантида
Шрифт:
– Господи, до чего же мы рады вас видеть! – восторженно воскликнула Пэт.
– Вам бы пораньше объявиться, когда мы действительно нуждались в помощи, – проворчал вечно недовольный Эмброз. – Но лучше поздно, чем никогда.
– Примите мои поздравления, леди и джентльмены, – коротко кивнул мотоциклист, стоящий справа; голос его звучал низко и угрожающе. – Вы проявили необыкновенную прыть. Еще час назад мы были уверены, что вы утонули в святилище эменитов.
– Эменитов? – озадаченно переспросила Пэт.
– А вы вообще-то откуда, ребята? – вмешался Маркес.
– Вам ни к чему это знать, – сухо ответил
– Так вы знали, что мы отрезаны обвалом и вода в камере поднимается?
– Да, – холодно подтвердил мотоциклист.
– И ничего не сделали? – Маркес, казалось, не мог поверить собственным ушам. – Не попытались нас спасти или привести помощь?
– Нет.
«На редкость разговорчивый тип», – подумал Питт. Если раньше его томило лишь смутное подозрение, то теперь оно переросло в твердую уверенность, что эти парни отнюдь не местные удальцы, отправляющиеся по выходным на поиски приключений, а вооруженные до зубов киллеры-профессионалы. И живыми они их отсюда не выпустят, хотя причины столь радикальной акции в отношении пожилого горняка и двух безобидных ученых по-прежнему оставались загадкой. Надо постараться на полную катушку использовать внезапность – единственное преимущество, имевшееся на стороне Питта. Он беззвучно вытянул нож из ножен и крепко стиснул ребристую рукоять. Другого оружия он с собой не прихватил, значит, придется обойтись тем, что имеется. Дирк сделал с полдюжины глубоких вдохов и выдохов, вентилируя легкие, несколько раз с силой сжал и разжал пальцы и пригнулся, изготовившись к броску. Все, пора действовать. Теперь или никогда!
– Мы чуть не захлебнулись и едва успели выбраться, – возмущенно заявила Пэт, гадая про себя, что же задумал Питт, если только тот вообще что-нибудь задумал. Мелькнула непрошеная мысль: уж не струсил ли он и не прячется ли от опасности?
– Мы знаем. Таков был наш план.
– План? Какой план?
– Вы трое должны были погибнуть. – Роковые слова, а в особенности абсолютно безразличный тон ответа потрясли их так сильно, что заставили на время онеметь. – К сожалению, мы недооценили вашу стойкость, изобретательность и волю к жизни, позволившие вам преодолеть завалы и спастись от наводнения. Но это уже не имеет значения. Вы всего лишь отодвинули неизбежное.
– Динамит... – пробормотал Маркес. – Тоже ваша работа?
– Тоже наша, – без тени смущения признал байкер.
Пэт смотрела на него расширенными от страха глазами лани, застигнутой светом фар приближающегося грузовика. Она поняла, что незнакомцы не догадываются о присутствии Питта, и потому вела себя так, будто его здесь нет и никогда не было. А Луис и Том вообще думали, что он где-то у них за спиной и тоже молчит, как и они, оцепенев от неожиданности и ужаса.
– Но для чего вам наша смерть? – снова заговорила Пэт дрожащим голосом. – Какой смысл убивать совершенно незнакомых людей?
– Вы видели череп и видели надписи.
– Ну и что с того?! – прорычал Маркес, обуреваемый гневом и страхом.
– Мы не можем позволить, чтобы сведения о вашем открытии вышли за пределы этой шахты.
– Но мы не сделали ничего плохого, – возразил Эмброз, сохраняя поразительное спокойствие. – Мы просто ученые, исследующие исторические
Мотоциклист пожал плечами:
– К несчастью, вы оказались замешаны в такие дела, от которых вам следовало держаться подальше.
– Но как вы вообще узнали, что мы туда отправились? – спросил Маркес.
– Нам сообщили. Большего я вам сказать не могу.
– Кто сообщил? Всего пять человек знали, где мы находимся.
– Хорош трепаться, – буркнул второй байкер. – Время поджимает. Кончим их здесь или доведем до ближайшего ствола?
– Полнейшее безумие, – повторил Эмброз, опять-таки не проявляя при этом решительно никаких эмоций.
Питт бесшумно выскользнул из ниши. Звук его шагов заглушали ровное стрекотание мотоциклетных движков и периодические глухие выбросы отработанных газов из выхлопных труб. Стремительный бросок, и он оказался за спиной оставшегося в седле байкера. Тот с интересом прислушивался к разговору главаря с будущими жертвами.
Питту не раз приходилось убивать людей, но он не мог заставить себя всадить нож в спину человеку, каким бы гадом тот ни был. Неуловимо быстрым движением перехватив нож рукояткой вперед, он нанес бандиту сильнейший удар в основание шейных позвонков. Таким ударом можно убить, но Питт хотел только вырубить противника и в последнее мгновение слегка притормозил. Мотоциклист обмяк и мешком повалился в объятия аквалангиста, не успев издать ни крика, ни стона. Присев на корточки, Питт обхватил руками бесчувственное тело, мгновение подержал на весу и мягко опустил вместе с мотоциклом на рельсы. Двигатель продолжал тихо тарахтеть на холостом ходу.
Быстро отстегнув нагрудник, Дирк нащупал кобуру под мышкой и вытащил из нее новенький «Пара-Орднанс 10+1» – автоматический пистолет сорок пятого калибра. Направил ствол в спину стоящего справа главаря и взвел курок. Стрелять из «П-10» ему прежде не приходилось, но увесистая прикладистость оружия к руке во многом напоминала его старый верный кольт того же калибра, оставшийся, к сожалению, в бардачке принадлежащего НУМА джипа, в котором Питт приехал в Колорадо из Вашингтона.
Галогенные фары ярко освещали обоих киллеров, не подозревающих о присутствии подкрадывающегося сзади аквалангиста в черном гидрокостюме. Но, когда дистанция сократилась до нескольких футов, Питт неосторожно пересек световой луч от фар лежащей на рельсах третьей машины, и его тут же заметил Эмброз.
– Как вы там очутились?! – выпалил антрополог, изумленно выпучив глаза и указывая на него пальцем.
Послав коротышке мысленное проклятие, Питт тщательно прицелился и положил палец на спусковой крючок.
– К кому это ты обращаешься? – насторожился главарь, однако оборачиваться не стал, явно подозревая какой-то подвох со стороны профессора.
– Всего лишь ко мне, – скромно признался Питт.
Убийцы показали себя суперпрофессионалами и отреагировали одновременно и слаженно, как одно целое. Ни намека на удивление, ни малейшего колебания или неуверенности, никаких попыток выиграть время переговорами. Отработанным до синхронности движением оба моментально выхватили свои «П-10» и развернулись. В оловянных глазах киллеров читалась холодная неумолимость.