Атлантида
Шрифт:
– Старый парусник.
– Подо льдом?!
– Нет, – усмехнулся Питт. – Во льду.
Залив Стефенсона оказался еще более унылым и пустынным, чем предсказывал Гилспи. Впечатление усугублялось затянутым угольно-черными тучами небом и тяжелой зыбью морских волн, лениво вздымающих на своих гребнях толстенные пласты отколовшихся от берегового припая льдин. Студеный ветер угрем пробирался под одежду, словно иглами вонзаясь в самые уязвимые места, и Питт уже начал подумывать, а хватит ли у него физических сил преодолеть несколько миль, отделяющих кромку
Но реально ли рассчитывать, что спустя почти полтора столетия «индиамэн» все еще остается там, где его нашла Роксана Мендер? А если его давно раздавило льдами или унесло в море и навеки похоронило на дне?
Гилспи стоял на крыле мостика, напряженно разглядывая в бинокль расходящийся буквой "V" кильватерный след ледокола.
– Китов высматриваешь? – небрежно поинтересовался Питт.
– Нет, субмарины, – в тон ему ответил капитан. Питт принял слова Гилспи за шутку и продолжил разговор в том же духе:
– В этих водах волки редко ходят стаями.
– Мне и одного более чем достаточно, – бросил капитан, не отрываясь от бинокля. – А зовут его, точнее ее, – «U-2015». Вот уже десять дней сидит у нас на хвосте после того, как мы ее чуть не протаранили.
Питт потряс головой, все еще сомневаясь, не ослышался ли он:
– Ты это серьезно?
– Более чем. – Гилспи опустил бинокль и рассказал Питту о первой встрече с загадочной подводной лодкой. – Я узнал ее по старой фотографии в одной из книг своей библиотеки. Сомнений у меня нет – это действительно «U-2015». И не спрашивай, как она уцелела за все эти годы и почему следует по пятам за моим судном. Ответов я все равно не знаю, знаю только, что она где-то рядом.
Питт работал бок о бок с капитаном Гилспи по крайней мере в четырех проектах и искренне считал его исключительно надежным человеком и компетентным специалистом. Собственно говоря, других капитанов судов научно-исследовательского флота НУМА просто не держали, но Дэн Гилспи даже среди них выделялся своим хладнокровием, здравомыслием и высочайшим профессионализмом. Трезвый, решительный, без единого пятнышка в послужном списке; одно его присутствие на палубе служило залогом того, что ни с судном, ни с командой ничего серьезного не случится. А уж склонностью сочинять байки Дэн точно никогда не грешил.
– Кто бы поверил, что после стольких лет... – начал Питт и тут же осекся, сам не зная толком, что именно пытается высказать.
– Не обязательно быть телепатом, чтобы прочесть твои мысли, – грустно усмехнулся Гилспи. – Ты сейчас наверняка прикидываешь: а не созрел ли старина Дэн для смирительной рубашки? Могу успокоить: не созрел. А заодно представить кое-какие доказательства в подтверждение своих слов. Мисс Эви Тан, журналистка, которая пишет цикл репортажей о нашей экспедиции, успела сфотографировать субмарину, когда мы чуть не столкнулись с ней.
– А сейчас ты можешь назвать какие-либо признаки ее присутствия? – быстро спросил Питт. – Перископ или шнорхель?
– Последнее время они осторожничают и на поверхности
– Откуда же ты тогда знаешь, что она здесь?
– Один из наших ученых изучает речь китов и дельфинов. Мы раскинули сеть глубоководных микрофонов на четверть мили за кормой, а потом выключили двигатели и легли в дрейф. «U-2015» все же не современная атомная подлодка, которую никакой акустик не засечет, так что шум ее дизелей слышен так же отчетливо, как волчий вой.
– Остроумное решение, – одобрил Питт, – только я бы на твоем месте запустил метеозонд с подвешенным магнитометром.
– Тоже неплохая идея, – рассмеялся Гилспи. – Мы придумали еще несколько вариантов пеленгации, однако все они сопряжены с техническими сложностями и довольно трудоемки. Но теперь, когда ты с нами, я очень надеюсь, что многое вскоре разъяснится.
В голове у Питта внезапно вспыхнул и запульсировал тревожный сигнал такой интенсивности, что поневоле вспомнился Стивен Кинг. Поначалу мысль о связи между убийцами Четвертой империи и старой субмариной времен Второй мировой показалась ему чистой воды абсурдом. С другой стороны, во всей безумной круговерти совершенно невероятных событий, в центре которой он очутился, тоже вроде бы не усматривалось ни крупицы здравого смысла.
– Вот что, Дэн, – отрывисто заговорил Питт. – Немедленно извести адмирала и добавь, что нам может срочно понадобиться поддержка.
– Может, подергаем за усы эту подводную тварь? – предложил Гилспи. – Сдвоим след и поиграем в кошки-мышки? Питт с сожалением покачал головой:
– Боюсь, друг мой, что гоняться за призраками прошлого пока не время. Наша первоочередная задача – найти «Мадрас».
– Ты имеешь в виду тот парусник?
Питт кивнул:
– Торгово-транспортное судно Ост-Индской компании, пропавшее в 1779 году.
– И ты всерьез надеешься, что он до сих пор торчит во льдах где-то на этом побережье? – с сомнением в голосе протянул Гилспи.
– Надеюсь, – коротко ответил Питт.
– Что же такого ценного для НУМА может найтись на борту «индиамэна» восемнадцатого столетия?
– Ответы на древние загадки.
Капитан «Полярной бури» не стал выяснять подробности, хотя его и разбирало вполне законное любопытство. Но если старина Дирк не посчитал нужным открыть большего, значит, у него есть на то веские основания. Питту Гилспи доверял безоговорочно, поэтому решил заниматься только своими капитанскими делами и безропотно выполнять приказы начальства – до тех пор, разумеется, пока это не угрожает безопасности вверенного ему судна и экипажа.
– Как близко к берегу я должен подогнать ледокол? Питт достал из кармана листок бумаги:
– Идеальный вариант, если ты выведешь «Полярную бурю» вот в эту точку.
Гилспи прочел цифры координат и надолго задумался.
– Давненько не ходил я по счислению, но для тебя постараюсь сделать все, что смогу.
– Давай постарайся, а то совсем разбаловались. Привыкли ко всяким инерциальным системам, вроде Лорана и спутниковой навигации. Скоро, того гляди, такой приборчик изобретут, который будет указывать, где находится ближайший рулон туалетной бумаги и сколько до него дюймов.