Атлантида
Шрифт:
Машина была из его коллекции, но казалось, что она перенеслась сюда из Калифорнии пятидесятых годов. Ее корпус и радиатор, выкрашенные в темно-бордовый «металлик», лаково сияли в огнях аэропорта.
Автомобиль и сам по себе привлекал взгляды прохожих, но женщина, сидевшая за рулем, выглядела ничуть не менее привлекательно. Длинные соломенного цвета волосы прикрывал от ветра цветной шарф. Высокие подчеркнутые скулы фотомодели, полные губы, короткий прямой нос и завораживающие фиалковые глаза делали ее мечтой любого ценителя женской красоты. На ней был просторный альпаковый
Член Палаты представителей от штата Колорадо Лорен Смит просияла неотразимой улыбкой:
– Не припомнишь, Дирк, сколько раз я встречала тебя словами: «С возвращением, моряк»?
– Раз восемь, как минимум, если мне не изменяет память, – усмехнулся Питт, от души радуясь, что его давняя романтическая любовь сумела-таки выкроить время из своего напряженного расписания и подобрать его в аэропорту на его же машине.
Закинув сумку на заднее сиденье, Питт уселся рядом с Лорен, склонился к ней и с нежностью приник к ее губам. Когда же он наконец разжал объятия, та судорожно перевела дыхание:
– Эй, поаккуратнее, любовничек, меня судьба Клинтона как-то не привлекает!
– А она тебе и не грозит, – парировал Питт. – Публика даже приветствует романы женщин-политиков.
– Это тебе так только кажется, – сказала Лорен, перебрасывая рычаг зажигания на рулевой колонке и нажимая кнопку стартера. Двигатель завелся с полуоборота и чуть слышно заурчал. – Куда прикажешь отвезти, в твой ангар?
– Да нет, мне бы надо заскочить в НУМА хоть на минутку, глянуть, что пришло по электронной почте на мой компьютер, и узнать, как обстоят дела у Хайрема Йегера по той проблеме, над которой мы сейчас работаем.
– Слушай, да ты просто уникум! Наверное, ты единственный человек во всей стране, у кого нет дома персонального компа.
– А я и не хочу, чтобы он там был, – вполне серьезно ответил Питт. – У меня слишком много работы, чтобы тратить свободное время на странствия по Интернету и ответы на дурацкие запросы.
Лорен отъехала от тротуара и направила «форд» на широкую автостраду, ведущую к городу. Питт сидел молча, весь во власти каких-то своих мыслей, когда впереди показался памятник Вашингтону, подсвеченный снизу прожекторами. Лорен достаточно хорошо знала Дирка, чтобы не мешать ему уноситься в эмпиреи. Через несколько минут он все равно возвращался на землю.
– Что нового в Конгрессе? – вышел он наконец из состояния задумчивости.
– А тебе не все равно? – отмахнулась она.
– Так скучно?
– Дебаты по бюджету – штука тоскливая и крайне нудная. – Тут Лорен понизила голос: – Я слышала, Руди Ганн серьезно ранен?
– Серьезно, но один хирург в ЮАР, большой специалист по восстановлению костей, отлично с ним поработал. С полгодика Руди, конечно, похромает, но руководить проектами НУМА вполне сможет, даже сидя за столом.
– Ал вскользь упоминал, что тебе тоже здорово досталось в Антарктике.
– Куда меньше, чем им с Руди на островке, по сравнению с которым Алькатрас покажется ботаническим садом. – В голове
– Есть такое дело.
– А знаешь какие-нибудь крупные международные корпорации в Аргентине?
– Ну, так сразу не припомнишь. Летала я туда пару раз, встречалась с их министром финансов и министром торговли, но исключительно на официальном уровне. А что именно тебя интересует?
– Никогда не слышала об организации с названием типа «Новый удел Инкорпорейтед» или «Четвертая империя Лимитед»?
Лорен надолго задумалась:
– Однажды меня познакомили с директором-распорядителем «Дестини Энтерпрайзес Лимитед» – мы тогда прибыли в Буэнос-Айрес с торговой миссией. «Дестини» переводится как «судьба», «предназначение», «удел», не так ли? Если не ошибаюсь, его звали Карл Вольф.
– И давно это было? – быстро спросил Питт.
– Года четыре назад.
– Хорошая у тебя память на имена.
– Карл Вольф – мужчина красивый, стильный, с потрясающим обаянием. Таких мужиков женщины не забывают.
– Какого же черта ты тогда продолжаешь водиться со мной?
Она взглянула на него с поддразнивающей улыбкой:
– А еще женщин тянет к мужчинам приземленным, грубым и хищным.
– Грубый и хищный – это точно про меня!
Питт обнял ее за плечи и слегка прикусил зубами мочку уха. Лорен с деланным возмущением отстранилась:
– Прекрати, грубый хищник, я же за рулем!
Он нежно погладил ее колено и откинулся на сиденье. Глядя на звезды, весело подмигивающие сквозь ветви деревьев, уже начинающих выпускать молодые листочки, Питт вертел в уме услышанное имя. Карл Вольф. Типично германское. Надо будет поближе приглядеться к этой самой «Дестини Энтерпрайзес», пусть даже эта версия окажется тупиковой.
Лорен вела машину профессионально плавно и ровно, ловко расходясь с немногочисленными автомобилями, которые попадались на шоссе в ночное время. Потом свернула на дорожку, ведущую к подземной парковке здания НУМА. Из будки вышел охранник, узнал Питта и махнул рукой, пропуская и не сводя восхищенного взгляда с коллекционного «форда». На главном уровне стояло всего три машины. Лорен остановилась рядом с лифтами и выключила фары и двигатель.
– Мне пойти с тобой? – спросила она.
– Да нет, не стоит, я долго не задержусь, – ответил Питт, выходя из салона.
Поднявшись на лифте в центральный вестибюль, он вынужден был отметиться у охранника возле стойки, окруженной телемониторами, на которых просматривались все уголки здания.
– Внеурочная работа, сэр? – сочувственно осведомился секьюрити.
– Да я всего на пару минут, – ответил Питт, подавляя зевок.
Перед тем как подняться к себе в кабинет, Питт по наитию решил заскочить на десятый этаж. Интуиция не подвела: Хайрем Йегер все еще жег полночные огни. Когда Питт вторгся в его владения, Хайрем поднял на него красные от недосыпания глаза, а из своего кибернетического континуума ему приветственно улыбнулась Макс.