Атлантида
Шрифт:
— Как это у них получается, не представляю. Я никак не могу управлять этой энергией, как ты ее назвал. Не выходит у меня. — смущенно и раздосадовано произнесла Лира, с мольбой глядя мне в глаза. — Объясни мне, Виталий, что же я делаю не так?
— Конечно, конечно, я все сейчас расскажу, только тебе надо успокоиться, иначе будет трудно достичь нужного эффекта.
— Теперь садись. Да, да, садись и начинай слушать свое дыхание, сердце. Успокаивайся. Отвлекись от всего, что может тебе помешать, останови все свои мысли, слушай тишину. — я тоже сел на песок, напротив Лиры и стал на нее смотреть.
— Ну, как успокоилась? — глядя ей в глаза, я
— Да, я готова, что дальше? — так же, не произнося ни звука, ответила мне Лира.
— А что ты представляла, почему у тебя ничего не получилось? — опять спросил я Лиру Сатта.
— Я думала о спасении Атлантиды, о выживании и процветании города, и рисовала в себе эти картины. Ты же сам сказал представлять то, что вам больше всего хочется. Я так и поступила, но у меня ничего не получилось. — тихо «произнесла» Лира.
— Ах, вот в чем дело. Я все понял.
— Ты представляла события, которые должны были бы произойти по твоему желанию. Я же имел в виду совсем иное. Я хотел, чтобы вы представили что–нибудь из вещей, какие–либо предметы или еду, в конце концов. Необходимо было представлять то, что возможно, к примеру, подержать в руках, попробовать на вкус, почувствовать структуру материала, из которого состоит представляемый вами предмет. — объяснял я Лире причины неудачного исхода ее предприятия.
— Это не означает вовсе, что у тебя ничего не получилось. На самом деле еще как получилось, только в твоем случае результат проявится чуть позже во времени, в будущем. Визуальные же эффекты, сопровождающие процесс в данном случае отсутствуют вообще, поэтому наблюдать за его ходом ты естественно не могла. Исходя из чего, ты, наверное, и решила, что у тебя якобы ничего не получилось.
— Просто ты работала с другими аспектами. Вместо создания предмета Ты создавала ситуацию, которая должна будет произойти в будущем. Что ж, вскоре мы увидим результаты твоих трудов, и ты убедишься в том, что это тоже сработало. — объясняя Лире, чем же она занималась на самом деле, я наблюдал, как она, понимая меня, ту информацию, что я ей сообщал, действительно успокаивалась.
— А теперь поработай с тем, что имеет форму, цвет, может быть вкус, в общем, с предметами. Как себя вести ты слышала, так что вперед, а я погляжу на результат. — послав ей очередные мысли–рассуждения, я заметил, что она улыбнулась, затем чуть прикрыла глаза, как это раньше делала Мия, и стала представлять нечто имеющее размеры, цвет, массу…. Я и понятия не имел, что в итоге должно получиться, но понимал, что скоро об этом узнаю. Спустя некоторое время она вытянула перед собой обе руки ладонями вверх, словно удерживала ими некий шар, и почти сразу же за ее действиями последовала вспышка света, образовав сферу, расположившуюся как раз над ее ладонями.
Когда же свет рассеялся, я увидел, что Лира держала на вытянутых руках все тот же сине–зеленый шар, то ли фрукт, то ли овощ, который ранее создала и Мия.
— У меня получилось! Посмотри, у меня все вышло! Я смогла! Я сделала это! — Лира излучала счастье в буквальном смысле этого слова. Ее аура светилась много ярче, чем обычно.
— Что это такое, Лира? Что ты держишь? Что это за предмет такой? — я не удержался и все же задал интересующий меня вопрос.
— О–о–о, подожди немножко, я сейчас все расскажу, да ты и сам поймешь, что это, — после этих слов Лира снова прикрыла глаза, и я, поняв что, что–то сейчас вновь должно произойти, стал наблюдать за процессом. Похоже, ей понравилось управлять энергией.
Через
Я вдруг понял, Лира разрезала этот объект, но не так, как мы это делаем, механически, ножом. Она это проделала на уровне энергий, его составляющих, изменив при этом его первоначальную энергоинформационную матрицу, или, говоря другими словами его изначальный «чертеж», который сама же и создала, и по которому впоследствии был материализован этот предмет, за счет пришедших в движение энергий.
— Попробуй, это вкусно, очень вкусно, — предложила мне попробовать этот, как оказалось, все же съедобный предмет, Лира, ловко поймав, и удерживая в руках доли сине–зеленого шара, опустившиеся через секунду на ее ладони. Я взял пару долей, и, откусив от одной, ощутил приятный кисло–сладкий вкус с небольшой остринкой. Он напоминал дыню, смешанную с апельсином, слегка приправленную острым перцем. Это было довольно оригинальное сочетание. Такого я еще не пробовал, даже уже находясь здесь. Этот плод был очень сытным, поэтому более двух долей мне съесть не удалось.
— Это мандор, так мы его называем, — не дожидаясь вопросов с моей стороны, Лира сразу начала объяснять. — Растет на кустах, а плоды лежат на земле, потому что довольно тяжелые. Это растение дает плоды почти все время, насколько я могла заметить.
— Лира, ты интересным образом его разделила, как это у тебя вышло? Ну–ка объясни мне. — задал я ей вертевшийся все это время на кончике моего языка вопрос.
— Почему ты спрашиваешь? Ты ведь все сам рассказал мне раньше. А дальше уже все просто и получается. Я ведь сама его создала из энергий, как ты назвал это «нечто», из чего все вокруг и состоит. Раз я сама его создала, значит, я смогу сделать с ним все, что захочу, даже «рассоздать» его обратно. Но я выбрала разделить его таким же образом, только и всего. — «молча» ответила Лира.
— Точно, ты правильно поняла суть этого процесса. Ты все поняла правильно, я так и знал. Действительно, вы все можете не только создавать объекты, но и изменять их или рассоздавать, как ты выразилась. Отлично. — я был доволен тем, что она отлично понимала все то, что я им сообщал, и уже начинала применять эти знания на практике.
— Так, достаточно, пока хватит. Потренируетесь позже. Теперь вы знаете, как это делается, и у вас еще будет такая возможность. — я попытался было успокоить детвору, все еще увлеченную процессом преобразования энергии, но моя попытка не увенчалась успехом. Галдеж, царивший среди детей, все еще продолжался.
— Что ж, наверное, вам пока не интересно будет узнать о полетах, и что для этого необходимо, — снова, не повышая голоса, произнес я вслух, применив небольшую уловку. Она сработала, как я и ожидал.
Ребята почти сразу притихли, и вокруг воцарилась полная тишина.
— Так вот, продолжим, — произнес я, встав на ноги, и отойдя немного в сторону, чтобы никому не мешать.
Я наклонился и подобрал с песка камешек, затем вытянул руку вперед и отпустил его. Как и следовало ожидать, он с гулким звуком упал обратно на песок.