Атли
Шрифт:
– Ты боишься Чеслав?
– нахмурил брови Воломир.
– Нет, не боюсь, но неужели ты думаешь, что сейчас отступив, ты в дальнейшем сможешь разбить объединенную армию Ардариха и Ирона?
– Мы воевали без дружины Валамера, который по твоему совету остался охранять обоз, теперь же мы сможем разгромить Ирона, объединив наши силы.
Я уже и не знал что придумать, ну не могу я этому уродцу объяснить, что тупорылый Тиудимир сам подставился, а теперь не менее горячий, и не более умный Воломир собирается повторить судьбу своего сына.
– Твой воевода, что ходил к истокам Данубиса сказывал,
– Твой воевода Радко сбежал, открыв фланги, из за этого Ирон смог окружить и разбить рать Тиудимира - наклонился вперед и плюя слюной возмутился Воломир.
– Вот сидит конунг ругский Святовит - показал я пальцем на руянца - спроси его как случилось, что разбили наших конных воинов.
– Нет в том вины воеводы Радко - тихо произнес Святовит - наши вои бежали все разом, сразу после того как пали стяги Тиудимира.
– Ты мыслишь сердцем Воломир, а не головой, ты ищешь виновного в беде, что сталось с твоим сыном - покачал головой я головой - однако если хочешь вернуть сына направь послов к Ирону и выкупи Тиудимира.
– Ты конечно же собрал всех раненных людей Ардариха?
– со злосью в голосе спросил Воломир - где пленники, на кого мне менять сына?
– Я обменял всех раненных людей Ардариха, что нашел в поле на всех твоих людей, что взял раненными Ардарих - посмотрел я в глаза конунгу ободритскому - или ты считаешь, что нужно было их оставить в руках ворога нашего, так почему ты мне об этом раньше не сказал? Я бы так и быть бросил всех твоих людей и притащил бы тебе сотню израненных оборванцев.
– Не горячись Воломир - поднял руку Святовит - Чеслав прав, он поступил по правилам чести и обменял наших раненных на раненных ворога. Тебе нужно что то другое для обмена, ты должен найти знатного мужа, не менее знатного чем твой сын, или выкупить Тиудимира за злато.
– Есть знатные люди, что сидят в крепости на Лабе, ту крепость нужно взять и людей Ирона пленить для обмена.
– Ты хочешь пойти на Лабу и там осадить замок, который не смог взять Тиудимир?
– возмутился я.
Тиудимир когда поднимался вверх по реке Лаба (Эльба) захватил и разорил все городки вильцев, кроме одного, что стоял на какой то притоке основного течения реки, и вот сейчас Воломир хочет взять эту крепость, имея за спиной приличную дружину Ардариха.
Воломир реально идиот, он наверное может взять эту крепость, что позволит ему надежно перекрыть врагу пусть к селениям, что лежат ниже по течению реки Лаба. Воломир может взять и укрепить эту крепость, но у него нет такой задачи, он просто хочет набрать знатных пленников. Но ведь это изначально не верная цель компании, слишком мелко. И что потом, что если придет Ирон с войском, что потом опять бросить эту крепость, ведь сил на её удержание уже у Воломира не хватит.
– Сейчас не о чужих землях думать нужно, ты можешь конечно увести войска на Лабу, но тогда враг придет на Обру и разорит твои земли - тут уже встрял в спор Святовит - конунг руянский.
– То мои земли и мой сын сейчас в руках Ирона - гаркнул Воломир - я возьму это чертово гнездо, а потом обменяю своего сына на воеводу того замка и его людей.
Тон у Воломира был реально свирепый и спорить с ним я не стал,
Святовит посмотрел на меня - я дойду с тобой Воломир до той крепостицы, бывал я там и место знаю, однако в осаде сидеть не буду, я пойду вниз по реке до моря.
– Вы бросаете меня?
– возмутился Воломир.
– Я пришёл помочь тебе, отбить врага от твоей земли конунг Воломир, но губить своих воинов за чужие замки я не хочу, то не моя война, если хочешь вернуть сына, выкупи его.
– Ты можешь уходить князь болотный - презрительно рявкнул Воломир, и я понял, что это все, мой поход окончен, пора домой.
Дальше был долгий переход к Гольмгарду, а там закупив припасы я спустился к морю, где просидел целую седьмицу ожидая корабли Радомира. А потом мы медленно двинулись вдоль моря к рижскому заливу, где и распрощались с Радомиром. Короткий поход длинной в три месяца закончился в ничью.
Я в качестве уплаты за поход и компенсации семьям погибших отдал вождям отрядов кривичей, вятичей и мокшан по три воза трофейного оружия и брони, что мы пособирали в поле и по сдирали с убитых воинов Ардариха и Воломира. Как не странно, но Воломир забыл с меня истребовать оружие своих убитых людей, хотя я подозреваю, что ему плевать сейчас на убитых, он все грезит местью за пленение Тиудимира.
Сам же я, от этого похода в свою казну почти ничего не получил, все добытые трофеи были розданы воинам моей дружины и людям Радко, часть взятого в качестве уплаты за поход досталась свейскому конунгу брату Радомиру.
Я де взял себе несколько наиболее приглянувшихся кольчуг, так чисто для образца,нужно научится такие делать, но для этого требуется найти мастеровых людей. начинать с нуля такое дело, не имея у себя ни одного мастера, это дело не простое. Хотя моя бронь тоже показала себя очень хорошо.
Расставаясь с отрядом мокшан я посетовал, что такие хорошие соседи ни разу не испили вкусного меда и передал приглашение мокшанскому князю приехать в гости. Отряд мокшан ушел, разошлись по домам песьеголовцы, а я опять окунулся в бытовые проблемы, опять как день сурка - каждый день одно и тоже, работа в кузне, объезд территории, тренировки и учения, встреча с торговцами и подготовка к зиме.
Такая жизнь для меня была не очень интересной. Все эти походы просто выбивали меня и реальности. Я уходил и возвращался, а в Полоцке что то менялось, менялся Смоленск и Орша, отстраивался Витебск и город Цветаны. Люди жили со своими проблемами, с радостями и горем, а я уже дистанцировался от всего этого. почему, наверное потому что я уже знал судьбу Воломира и его королевства, а после падения глупого конунга ободритов такая же участь ждет и меня и Святовита - конунга руянского. Вот сейчас соберет войско побольше Атли и прихлопнет Воломира как назойливую мошку, а дальше возьмется за нас. И все эти люди, что то сроили и копали, родили и растили детей вынуждены будут все бросить и бежать в леса, нет не дело это, нужно мирится с Атли, не охота мне все отстраивать, а Воломир сам дурак, так пусть сам и отмазывается.