Атли
Шрифт:
Все зашумели, поддерживая возмущение воеводы, но я поднял руку.
– Радко мой воевода, что живет у самой границы степи и он множество раз воевал с кочевниками. Скажи Радко как воины хана Кугума охраняют свой лагерь.
Радко посмотрел на меня, а потом что то поняв начал рассказ - на сутки пути от лагеря по всей местности скачут крупные разъезды, к лагерю пробраться очень трудно, много наших лучших охотников, что уходили в разведку более никогда не возвращались.
– Ну, Воломир - я посмотрел на конунга - ты что же думаешь, что царь царей Атли, который много войн прошел и бил армии самих императоров ромейских мог допустить вот такую вот оплошность,
Присутствующие на совете зашумели, но потом Воломир поднял руку и все притихли.
– Ты прав Чеслав, тут все как то странно, не похоже это на Атли, никогда он таких глупостей не допускал, что бы вот так вот прийти и ожидать часть своего войска, обычно все воеводы приводили войска к месту сбора в строго указанное время.
– Он хочет заставить тебя идти вперед и принять бой на том месте, что уже выбрано Атли.
– И что с того?
– Тиудимир возмущенно вскочил с места - мы разве не на бой шли, и путь эта собака Атли знает, что мы его не боимся. Поведем наши дружины к предгорью, там объединимся и пойдем к Данубису (Дунаю) на бой.
– Если великие конунги и воеводы, соизволят послушать презренного болотного князя. то я могу вам кое что предложить.
Всех как будто в ступор встали, таких велиречивых слов тут походу никто не слышал, потому я осознав, что все внимание направлено на меня продолжил.
– Мы можем пойти вперед, это именно то, чего хочет Атли, но мы не должны полностью играть по его правилам. Мы найдем подходящее для битвы место и оставим там весь обоз с охраной, например я могу остаться на охрану обоза и вот со мной пусть останется Святовит князь руянский. А вы объедините силы и пойдете на Атли, нападете на него вечером, а когда наступит темнота просто уйдете с поля боя, изображая отступление. И придете туда, где будет стоять обоз, вот там мы и примем главный бой. Таким образом мы выманим Атли с избранного им места сражения и навяжем ему свои правила боя.
Все, что происходило дальше, мне напоминало стенограмму какого не будь съезда КПСС. Восхвалительные речи, обещания выполнить три пятилетки за один год и разгромить в трое превосходящего противника по имени собака Атли. Вот именно так, все воеводы Воломира говорили не просто Аттила, а говорили "собака Атли". Тут наверное именно германское влияния проявилось, то есть гун Атли у германцев идет как "гунс Этли", то есть собака Аттила, и местные переведя это слово именно так и величают страшного гунна.
Но как ни странно Воломир молчал и в хвастливых речах замечен не был, а потом он взял слово.
– Это хороший план, только Атли не поверит в то, что моя дружина бежит с поля боя. А вот если ты пойдешь с нами и станешь на самом опасном месте не сдержишь удара и побежишь, тогда за тобой побегут и другие, таким образом мы покажем ворогу настоящее бегство, и Атли точно поверит и пойдет дальше.
Вот ты сука, подумал я, так и хочет моих чудо воинов, богатырей болотных мать его так под копыта коней подставить, только не угадал ты воломир, я уже три года воюю с песьеголовцами и прекрасно знаю с какой скоростью они умеют драпать. если кривичи и дряговичи побегут, то их даже конница Буденного хрен догонит.
– Хорошый план - сказал я, стараясь сохранить каменное лицо смелого придурка - но мне
– На охране обоза останется дружина моего сына Вамера, он же тебе даст две сотни стрелков - подвел итог совещания Воломир, все остальные пойдут на встречу с Атли.
Через 6 дней пути на юго-восток мы таки соединились с войсками Тиудимира и Святовита. Простояв на месте еще два дня, пока конунг Воломир подыщет хорошее место генерального сражения, и нарубив себе огромное количество длиннющих палок против конницы и обработав их на кострах мы, оставив основной обоз пошли вперед навстречу Атли.
Каждый воин тащил на плече кроме своего оружия и почти четырех метровое заточенное бревно, которое мы должны вкопать перед строем для сдерживания налетов конницы.
Ну вот неплохое поле, подумал я тут можно стать, однако мы прошли дальше. потом я еще видел пару неплохих мест для сражения, но и эти поля мы прошли, упрямо двигаясь навстречу войску Аттилы. Однако я все таки упрямо рисовал карту и определял порядок отступления. На пятый день пути мы стали. По колонне прошел слух ,что враг вышел навстречу. Ну вот, началось, походу разведка Атли выявила наше направление и теперь сам царь царей понял, что мы вышли таки из леса и любое сражение на той местности, где мы находимся сейчас будет ему на руку.
Ведь если судить по правде так все именно и есть. Ведь я рассуждаю с точки зрения пехотинца, мне нужно, чтобы оба фланга упирались в препятствия и враг нападал только в лоб, поэтому я инстинктивно искал где с обеих флангов был либо лес, либо болотце или река, так чтобы вражеская конница вынуждена была бить в лоб. Хотя зря я так, тут конница используется как средство раздергивания врага, то есть бить в лоб они все равно будут союзной пехотой, а вот конница будет рвать наш строй стрелами.
То куда мы вышли больше напоминало не очень ровную стройплощадку. На поле отдельно имелись огромные кучи камней, что вылазили из под земли, были редки лесные полянки, но в основном местность нам конечно не подходила и враг мог вести длительный обстрел нашего войска.
Когда я уже собрался возмутиться, от Воломира поступил сигнал общего отхода на предыдущее поле.
Воломир растет в моих глазах, он сейчас четко разыграл перед Атли изумление от встречи с передовыми разъездами врага, неуверенность в себе и желание не вступать в бой на плохой местности.
Мы отходили целый сутки, а в это время наш арьергард от отряда Тиудимира уже сражался с авангардом Атли. Теперь уже Атли должен понять, что времени у него нет, нужно срочно догнать врага и навязать генеральное сражение.
Отряды легкой конницы Атли периодически появлялись в пределах видимости и тогда им на перерез бросалась конница Тиудимира.
К вечеру мы подошли к хорошей полянке, что я присмотрел заранее. как я и ожидал мне досталось месть на самом левом фланге боевого порядка. Самым правым стал Тиудимир, потом Святовит, далее дружина самого Воломира, потом отряд его сына-князя варгов-поморов Валамира, и уже в конце моя дружина.
Идея была простая, самый сильный отряд Тиудимира при поддержке хоть и маленькой, но мощной руянской дружины должны сломить левый фланг войск Атли и отбросить врага назад. А мой фланг удар не сдержит, потому, что против меня поставят тоже самых сильных, и мы по замыслу должны дрогнуть и сбежать. Поскольку сзади у меня находится неплохой перелесок плавно переходящий в настоящую чащу, то разгромить меня до конца враг не сможет, так как в лесу нас просто бессмысленно преследовать.