Атли
Шрифт:
– В седло, к бою - заорал я. Можно было подать сигнал протрубив в рог, но это было слишком опасно, противник мог услышать мою засаду и остановится, а тогда все летело в тар-тарары, весь замысел коту под хвост.
Первыми показались конные аланы, что прильнув к шеям коней неслись вдоль просеки, а за ними самые шустрые люди Радко, а вот самого воеводы видно не было.
Ага вот и Обияр пролетел жив курилка картонная. Так вот и Радко, за ним всего два воина из его личной охраны. Два воина из десятка, да попал Радко, и многих воинов потерял. Всего мимо моей засады пролетело не больше пяти сотен отступающих воинов Радко и Обияра.
Вот мой наблюдатель у кустов вскочил на коня и понесся к нам, так а это уже сигнал.
Это значит, что враг в какой то сотне шагов по ту сторону холма, и еще четыре сотни от центра холма до леса, а люди Радко растянувшись длинным ручейком все скачут и скачут. Мне нужна прогалина в его отступающих порядках, я не могу сейчас выйти, они мешают мне, вот несколько десятков чужих всадников появились на холме и без остановки понеслись дальше к лесу, вот последние воины Радко уже отбиваются саблями от наседающего противника, вот упал один, потом еще два. Потом упал один чужак, потом опять наш. Судя по всему тут классическая картина когда в передовых частях противника наступают самые лучшие и самые сильные, а в наших рядах позади в растянувшейся колонне находятся самые уставшие, то есть самые слабые, вот и меняем мы одного к четырем.
Ну все там уже ждать не кого, я поднял рог и протрубил сигнал вперед.
Не знаю насколько обучены были воины Теодориха, но мой сигнал для них послужил невидимой стеной. Первые же воины готты все поняли, они на полном скаку натягивали повод и некоторые даже летели с коней через голову скакунов, другие резко наклонив коня вбок пытались развернутся, но мы уже набирали ход. Три сотни закованных в броню всадников, построенные в два ряда неслись на готтов неровным строем.
Трах, тара-рах прогремели первые удары копей, и мы прошли дальше растаптывая вырвавшихся вперед неудачников Теодориха.
Вот уже и вершина холма, а за ней я увидел вначале шлемы, а затем и лошадиные головы, а через какое то время появилась вся картина поля боя. На нас неслись лавой почти пять сотен конных готских воинов.
Готтская рассыпанная лава против ровных шеренг кованной рати, не рулит, траХХХ!
Мои две шеренги всего то три сотни заклепанных в консервные банки воинов с длиннющими копьями вынесли первых противников и без остановки пролетели вперед. Вы когда не будь попадали на машине в аварию, ну там собачку, корову, или ослика вы сбивали? Нет?
Тогда вам тяжело будет представить, что это за ощущение.
Вначале идет толчок в плече, это копье врезается во вражеского всадника и вот это первый ХРЯСЬ! Потом идет рывок левой руки, что держится за луку седла, это второй ХРУСЬ!, аж сухожилия трещат, а потом маленький толчок в щит, это вражеское копье, вылетевшее с рук умирающего противника, пролетев дальше по инерции легко чиркает вас по наклоненному под углом щиту, а в завершение глухой стук где то под капотом. Этот глухой удар копытами по лежащему вражескому воину, лошадь чуть подпрыгивает, наконечник копья взлетает в небо, а потом медленно опускаясь вниз ловит вторую жертву, и опять ХРЯСЬ! ХРУСЬ! ВЖИК, УУУУ!
Иногда вражеские всадники падали вместе с конями, иногда через голову коня летел мой воин от лобового удара двух взбесившихся животных. Но вот последний удар в плече, и я разжимаю кисть, так как наконечник копья застрял в теле вражеского воина и сейчас падающее тело увлекало вниз
Два отряда почти встали, наше движение уперлось во встречное движение врага и мы уже не неслись вперед, а медленно проталкивались между вражескими воинами, раздавая удары направо и налево.
Здоровенный всадник в сияющем шлеме лупанул пеня мечем по плечу и пронесся дальше. Я же лишь по инерции подставил под удар саблю, но силы удержать оружия уже не было. Когда противник ускакал моя сабля выскользнула из рук и упала в траву. Я перекинул щит в правую руку, а левой выхватил чекан (маленький ледоруб) и развернув коня пятками послал его вперед за вражиной в блестящем шлеме, стремясь отомстить подлому готту.
Вот она спина сияющего всадника, он врубился в группу моих воинов и раздавая удары направо и налево пытался прорваться вперед. Позади этого всадника скакали три воина группы охраны.
О-оо, это видно большая шишка в сияющем шлеме.
Я просто поднял щит и наотмашь рубанул по затылку окантовкой щита охранника важного воина, пролетая мимо него. Бинго, готттский воин кувырнулся с седла не ожидая подлого удара сзади по затылку. А я ударив коня пятками протиснулся мимо двух оставшихся охранников, получил удар мечем по спине, но бронь выдержала, а потом в два прыжка достиг сияющего доспехами врага и со всего маха левой рукой вогнал ему ледоруб в спину чуть ниже шеи.
Ах, черт возьми. Вогнать ледоруб полностью не получилось, враг в последний момент чуть тронул коня влево и я промахнулся, а так хотел садануть по голове, как вражину Троцкого, но и так хорошо. Толстый шип чекана легко пробив броню вошел в спину чуть ниже шеи почти на 5 см. Вражеский воин взвыл и обернувшись ударил моего коня по морде мечем.
Да-аа, хорошо, что я всем своим лошадям на морду стальные пластины выковал. Но я не гордый, а вообще то я мстительный малый, поэтому в ответку на такую подлость я ударил ногой в кованном ботинке в бок вражьего коня и тот шарахнулся от меня как от черта. Вот в этот момент чья то умелая рука вогнала копье в левый бок вражеского воина в сияющих доспехах, и тот слетел с коня прямо под копыта своим охранникам.
В этот самый миг над полем пронесся дикий крик и к нам кинулись сразу сотни уцелевших врагов, напор усилился, я достал булаву и пытался отбиваться левой рукой, но уже через пару минут меня тоже сбили с седла.
– Добейте его, добейте - заорал я поднимаясь на ноги, и в этот миг кто то наклонился и рубанул сияющего воина мечем.
Все готов.
Нас осталось меньше двух сотен, однако и врагов было не на много, больше. Я думаю не меньше двух сотен человек осталось и у готтов.
– Коня, коня мне, все ко мне - заорал я доставая рог и подал сигнал "ВСЕ КО МНЕ!".