Атли
Шрифт:
Все мои люди, теперь имели не сбалансированный состав. То есть всего то 120 всадников закованных в бронь и умеющих воевать новым конным строем, почти 100 моих бывших пеших, что умеют с трудом ездить на коне, но воевать не умеют. А при встрече с противником будут стараться спрыгнуть на землю и уже махать железом на твердой земле. И почти две с половиной сотни таких же союзников, на конях, но почти пешцев.
Хотя их можно потренировать, но это бесполезно. Пусть воюют как умеют, с земли, а если придется отступать, то телеги можно бросить и ускакать всем табором на конях, но то если придется. А так
Большая армия начала собираться через пять дней. Атли объявил, что пришло известие о смерти предателя Теодориха.
Да неужели, еб-тить, это же мы его грохнули, но об этом лучше помалкивать, так как его сын прорвался таки из захваченного Орлеана и сбежал, а теперь вот пообещал вырвать сердце подлым убийцам папика. Интересно почему это подлым? Все было честь по чести, все в рамках военного турнира, он упал, я мы его зарубили, а что тут такого? Но за все это время как я вышел из боя Атли так ни разу меня и не вызвал. Видно в трауре тестюшка, а как вы думали, вот так вот разочароваться в своем союзнике. Если еще и вандалы Гейзериха его обманут, то Атли уйдет в запой.
Но самое интересное, что ни Обияра, ни Радко я так и не нашел. Расследование показало, что люди видели аланский отряд, что уходил на восток. Вот же спелись суки, дезертировали, ну-ну.
Торисмунд, сын Теодориха успел при штурме вырваться из Орлеана и потом возглавил войско павшего отца, уже вместе с союзниками привел к Орлеану почти 10 тысяч человек, да еще римляне собрали и привели столько же. Это будет тяжелая битва, вот теперь эта война теряет всякий смысл. Войско Атли имело незначительный перевес, но воевало на враждебной территории, а у Торисмунда и Аэция вся земля в союзниках.
Мы ускоренным маршем опять шли к Орлеану, что-бы разбить объединенное войско врага, но как только наши передовые отряды увидели противника, Атли приказал остановится всей армии.
Да похоже, что вот тут мы и нарвались.
Вражеская армия успела выстроится возле сожженного города и готовилась встретить нас во всеоружии, а наши отряды все еще были на марше и собраться вместе могли лишь за сутки. В такой ситуации первый удар объединенной коалиции западников неминуемо бы привел к уничтожению войск Атли по частям.
Атли это сразу понял и передал всем приказ отходить назад.
Конница должна отступать быстрым маршем на восток, а пехота должна лесами продвигаться вперед и задирать противника.
Задирать, мать его так, задирать?
Только тут в это время готтов попробуй то по задирай, это тебе не няшки-мяшки из Евросоюза, это не европейские педики с 21-го века. Эти бля догонят и так задерут, что ты сам сука в 21-й век попросишься на гей парадах погулять.
Но в принципе мне пофиг, так как я вообще то к коннице отношусь, вот я и свалил вместе с обозом почти на двое суток назад к Рейну.
Наши передовые пешие отряды таки дали бой у Орлеана, и многие люмпенизированные войска как я и предполагал погибли, а остальные просто в панике бросились бежать. Вся имеющаяся
Преследование отходящей пехоты Атли продолжалось двое суток, и вражеская конница таки отгребала по полной. Это позже конница станет реально страшной силой, когда появится франкская порода коней тяжеловозов. И тогда полностью закованный в броню рыцарь станет танковыми войсками средневековья. А сейчас, когда половина воинов ездят даже без седла, не то что без стремян, да еще без доспешные, прикрываясь только щитом. Тут сбить всадника с седла и за пинать его ногами может любой мужик с копьем. Вот их и сбивали и пинали, а потом пришел приказ всей коннице Атли идти вперед.
Атли вывел в бой свой стратегический резерв. Пять тысяч только гуннской конницы, да еще союзники в количестве не меньше трех тысяч всадников. И вот эта силища понеслась давить оторвавшуюся от основных сил вражескую уже основательно уставшую конницу.
Основной бой произошел где то на небольших полях возле мелкой речушки, воевали в основном гуннские отряды. Они засыпали вражеских конных воинов тучами стрел, а как те поворачивали спины, то воины Атли с лету врезались в конницу врага и гнали их назад к Орлеану.
Если кто то играл в шахматы то тут Атли как мудрый игрок разменял пешку на коня. То есть мы конечно потеряли большую часть пехоты, особенно пехоты из числа вновь приобретенных союзников, но мы прилично прорядили конницу римлян и их союзников.
Мы взяли больше тысячи только пленных, вот это битва. И как всегда в этом походе мой отряд даже ни разу не обнажил мечей. Мы как сброд конных гопников неслись позади воинов Атли и подбирали только пленников и брошенное железо, а также добивали мелкие отряды врага, что собирались то там то сям в поле и хотели оборонятся. Но как тут оборонишься, если у врага сотня, а у меня четыре сотни воинов.
Вот так мне воевать нравится, главное что потом можно будет сказать, что был там в зоне ЧС или КТО, медальку повесить, ну там свою долю добычи у тестя потребовать. Ляпота.
Однако не дойдя пол дневного перехода до Орлеана мы опять развернулись так как встретили красивы красные квадратики римской пехоты, а за ними сплошной строй готтов и их союзников. Такой красивый боевой порядок Атли расстроил, и тот опять приказал отступить, а ромеи тут же объявили о своей победе при Орлеане, лжецы, лицемеры, уродцы.
Рим понимал, что, несмотря на победные реляции, о поражении Аттилы под Орлеаном, враг не был разгромлен, а совершил тактическое отступление и враг был еще очень силен. Однако идти дальше к Рейну, что бы нагнать отступающего Атли римляне испугались, они встали лагерем у Орлеана и начали набирать добровольцев и наемников. Аттила проигрывал организационно, так как он находился на территории противника, и не мог здесь набирать себе войска. Однако хитрый гунн чего то ждал. Я то знаю чего он ждал, он ждал действий вандальского короля Гейзериха, но никаких известий о разрушении Рима вандалами не поступало.