Атомное сердце

Выставной Владислав Валерьевич

Воспоминания, связанные со Статутами и Трибуналом, вызывали у Гора неизменно содрогание. Ведь единственная встреча с законом окончилась для него Крайней мерой воздаяния. Говоря земным языком – высшей мерой наказания, через которую, он, по сути, продолжал проходить и теперь. Ведь у него навсегда отняли девять десятых жизни, оставив лишь срок, отпущенный обычному землянину…

– Вы слишком много хотите для субъекта, по которому плачет растворение в кислоте, – нудно твердил Проныра, барабаня пальцами по толстому портфелю. – Ведь вам известно, что

полагается шпиону, работающему против Зирги?

– Я не работаю против Зирги, – возразил Нюхач. – Впрочем, это не важно. Как только дело дойдет официального разбирательства, меня попросту ликвидируют. Вы даже не представляете, уровень моего доступа. Я просто не должен сейчас с вами разговаривать…

– Чего ж вы тогда хотите? – надменно запрокидывал голову Проныра.

– Просто продать информацию.

– И что же, жизнь в обмен за информацию – недостаточная для вас плата?

Нюхач покачал головой:

– Что стоит жизнь провалившегося агента?

– Ладно, назовите вашу цену.

Нюхач назвал.

В подземелье наступила тишина. Все смотрели на Гора.

Такого бюджету Мима не потянуть. Это практически на пределе – все, что он взял с собой, практически все, что есть у Бастиона. Где потом брать средства? Хуже, чем лоторея – отдать деньги вообще непонятно за что. С другой стороны, без информации Бастион остается слепым и глухим…

Нюхач же ловко развивал свой успех:

– Средства должны быть положены на дипозит – в том банке и на тот счет, который я укажу. Как только мне сообщат, что деньги пришли – я начну говорить…

– А может, его химией какой попробовать? – неуверенно поинтересовался Гор.

– Не выйдет, – покачал головой Кнак. – Нюхачи к такому подготовлены: сразу получим труп. Так это и так можно устроить, зачем препараты переводить…

– Он верно говорит, – усмехнулся Нюхач, с интересом разглядывая присутствующих.

Да ведь он просто развлекается! Вот ведь каков, подонок – связанный, с ножом у горла, продолжает диктовать условия. Еще бы, он в своей стихии – шантажа, обмана и вымогательства.

Гор нахмурился… В конце-концов, если обстоятельства прижмут – деньги он добудет. Любыми средствами.

– Хорошо, – решил Гор. – Деньги у меня на яхте.

– Я пошлю надежных людей, – сказал Кнак. – Путь только впустит на борт – и через полчаса деньги будут на счету этого умника.

– Отправляй. Я скину приказ по линеру, – сказал Гор.

– Хорошо, – сказал Кнак медленно. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…

И спросил внезапно севшим голосом:

– Так это правда – снова Дичь на нас поперла?

Гор внимательно посмотрел на него, сказал:

– Ты же с самого начала это знал.

Кнак нахмурился, посмотрел в сторону. Пробурчал:

– Просто никто не хочет в это верить…

– Я не буду называть имен. Это и не важно, по сути, – Нюхач говорил медленно, словно тщательно взвешивая слова. Даже глаза прикрыл – видимо сосредоточился для большей точности формулировок.

– Мало

кто знает, точнее – знают единицы, что в Мирах Конгломерата постоянно живут соглядатаи из туманности Аурус. Ведь война с ней, по большому счету, так и не закончилась. Это просто затянувшееся перемирие. Аналитики сходятся в одном: туманность слишком тесна для жизненной энергии варваров. Выплеск ее вовне неизбежен. С одной стороны. Истинная причина такой жажды экспансии непонятна. С другой стороны, чем это не Конкиста – только в обратном направлении? Мы просто ничего не знаем о них.

Пару раз удавалось взять вражеского соглядатая. Надо признать, они здорово маскируются, особенно под Темных и Сильных. Ну, а затеряться в Вольных Мирах – для них вообще не проблема. Однако любые переговоры, а тем более допросы оказались невозможными: прижатые к стенке, соглядатаи просто убивали себя…

Нюхач тихо рассмеялся своим мыслям, покачал головой и продолжил:

– Самое неприятное во всей этой истории – то, что они могут придти к нам, а мы – нет. Сколько уже Эстеты бьются над этой проблемой – путь в Бездну по-прежнему нам заказан… Когда началась Смута – мы сразу же стали ждать их появления. Просто глупо было бы не воспользоваться ослаблением врага. И они пришли. Только…

Нюхач запнулся, словно что-то мешало ему сказать самое главное.

– Только такое дело… На этот раз мы сами позвали их.

– Что? – вздрогнул Гор.

– Это был Приказ, – словно оправдываясь, сказал Нюхач. – Сверху. С самого верха. Смысл в том, чтобы нападение Дикого флота было управляемым, четко направленным. В конкретную систему.

– Земля… – тихо сказал Гор.

– Да, – кивнул Нюхач. – Нужно просто спровоцировать врага отправиться именно туда. Не знаю, как это возможно…

– Ничего, – проговорил Гор. – Поджигатель знает. Это как раз его работа – устраивать провокации…

Нюхач нервно заерзал – у него затекли связанные руки. Сказал неуверенно:

– Это уже не мой доступ, но, как я понимаю, там есть возможность одним ударом покончить со всей варварской армадой…

Гор медленно кивнул.

Ему ли не знать! Конечно, такая возможность есть.

Бомба.

Та самая, заключенная в самом сердце Бастиона. Детонатор от которой сейчас в руках Поджигателя и Стратега в одном лице. Бомба, которая одним махом разрубит мешающим многим Узел событий…

Неужели Поджигатель решится на это?

К несчастью, скоро предстоит узнать и это.

Бриг вышел из прыжка в районе пограничного контура. Условная плоскость, проложенная на звездных картах, не давала возможности миновать зоны, контролируемые патрульными Стаями.

Прыщ очень надеялся проскочить: он прекрасно знал принципы облета огромных пространств, благодаря которым удавалось бороться с незаконными перемещениями через границу с Вольными мирами. Именно знание этих принципов и дружба с рейдерами «по ту сторону» позволила ему в свое время сколотить неплохой капиталец.