Атомный сон (Cборник)
Шрифт:
Светлана кивает, одевается. Виновато говорит:
– День неудачный. Что ни больной, то осложнение… притягиваю я их, что ли? Все из рук валится…
– Давайте я давление смерю? – предлагает медсестра.
– Да нет, Машенька. Все в порядке. Это погода.
– Ой, не говорите, – подхватывает медсестра. – У меня мама просто извелась! Каждый день мигрень, никакие таблетки не помогают…
Светлана как-то очень неловко улыбается и торопливо говорит:
– До свидания, Маша…
Светлана выходит из поликлиники. У метро останавливается, открывает
Какой-то большой супермаркет. Служебный вход. Антон и зашедший за ним парень проходят беспрепятственно – охранник узнает парня и кивает. Они идут узкими коридорами, заходят в комнату – за открытой дверью зал, в котором мясники разделывают мясо. Парень на миг заглядывает туда – и возвращается. Тут же входит мужчина в грязноватом белом халате, вытирая руки полотенцем. Молча кивает, достает из шкафа литровую банку – в ней темная жидкость. Спутник Антона берет банку, протягивает мяснику некрупную купюру. Антон и парень выходят, мясник, без особого любопытства, смотрит им вслед.
Где-то в коридоре парень хрипловато говорит:
– Ты не тяни, она уже не очень свежая.
Антон молча берет банку, стягивает полиэтиленовую крышку и начинает пить. Давится, морщится, но пьет. Костя неотрывно смотрит на банку, сглатывает при каждом глотке Антона. Антон отдает почти пустую банку своему спутнику, вытирает носовым платком губы, платок комкает и кидает в урну. Говорит:
– Спасибо, Костя.
Парень молча протягивает ему жевательную резинку, советует:
– Зажуй.
Антон энергично жует.
– Зачем это тебе? – спрашивает Костя.
– Ничего, что оставил тебя без завтрака? – будто не слыша вопроса, спрашивает Антон.
– Мы же друзья, – с легкой вопросительной ноткой отвечает Костя. – Гематогена пожую, не в первый раз.
Бассейн. На одних дорожках тренируются спортсмены, на других – лениво плещутся граждане повышенной упитанности. Свисток тренера – группа подростков выбирается из бассейна, галдит, толкается… Один из мальчишек торопливо уходит в душевую. Тренер что-то объясняет юным спортсменам, оглядывается, спрашивает:
– Где Егор?
– А он уже ушел. Он сегодня какой-то… – с готовностью говорит кто-то из подростков, крутя пальцем у виска. – Еле шевелится, будто спит на ходу.
Тренер качает головой и продолжает наставления:
– Послезавтра приходим на час раньше. Передайте Егору.
Егор выходит из бассейна. Оглядывается. Очень старательно поправляет шарф на шее. Вслушивается – будто до него доносится чей-то голос или какой-то звук. А звуки и в самом деле слышны:
– Иди ты! – ругаются рядом подростки, его ровесники.
– Пойдем, – зовет
– Проходи, – слегка отталкивает Егора спешащий прохожий, у которого он стоит на дороге.
– Ступай-ступай! – подбадривает молодой парень приятеля, пялящегося на симпатичную девушку.
– Беги быстрее, опоздаешь, – советует человек по мобильному, обгоняя Егора.
– Шевелись! – кричит из окошка машины водитель перегородившему проезд коллеге.
Слова сливаются в общий шум – беги, спеши, иди, торопись… превращаются в ласковый, манящий женский голос: «Иди ко мне!»
Егор быстрым шагом идет к метро. Проходит мимо ларька «Смешные ужасы» – через стекло видны резиновые маски, накладные клыки… Егор на мгновение останавливается и недоуменно смотрит на бутафорию. Из ларька высовывается парень-продавец, он явно скучает. Скалится в улыбке – у него во рту вампирьи клыки. Егор вздрагивает и быстро уходит. Парень радостно смеется, вынимая вставные зубы.
Вагон метро. Антон – в темных очках, с плеером, – словно бы совершенно не замечающий ничего вокруг. Только медленно-медленно крутит головой, оглядывая людей вокруг.
Губы Антона плотно сжаты.
Взгляд Антона сквозь темные очки – он видит мир не как обычный человек, все выглядит иначе. Мир черно-белый и какой-то замедленный. Лишь вокруг некоторых людей мерцают разноцветные отблески. Антон размышляет про себя: «Это Иной… слабенький Иной, неопытный… Это Темный маг. Давно прошел, а след остался… а это человек… но он кого-то очень сильно ненавидит…» Антон осматривает всех в вагоне, выходит, пересаживается на другую линию. И еще раз. И еще. Калейдоскоп станций, вагонов, лиц. Мир то обычный, цветной, то – взглядом Антона – черно-белый и медленный.
Станции, вагоны, лица… В толпе Антона прижимает к молоденькой девушке, стоящей к нему спиной. У нее красивая точеная шейка… Антон вдруг начинает неотрывно на нее смотреть, слегка склоняет голову, будто собираясь ее поцеловать… или укусить… Дергается, его лицо искажает гримаса. Поворачивается в другую сторону – спиной к нему стоит грузный, неряшливый мужик с толстым потным загривком. Антон морщится, потом начинает улыбаться – как человек, избавившийся от неприятного наваждения.
На очередной станции в вагон входит Светлана.
Антон, неторопливо осматривающий людей, вздрагивает. Над Светланой, невидимый обычным зрением, кружится черный вихрь. Он нематериален, проходит сквозь поручни и стенки вагона, клонится из стороны в сторону. Люди, к которым приближается вихрь, начинают сдвигаться в стороны – они его не видят, но что-то чувствуют. Рядом со Светланой начинаются какие-то перебранки, ссоры, скандалит только что улыбавшаяся друг другу парочка, ругается, требуя уступить ему место, пожилой мужчина, хамит ему в ответ молодая девчонка…