Аутодафе

Евдокимов Николай Семенович

«Мне преподали в школе безразличья…»

Мне преподали в школе безразличьяИ равнодушья. Я спокоен сам.Прощай, Марина, все пройдет отлично,Я все же благодарен ВамЗа эти дни тревоги, боли, счастья,За возмужание мое.Замкнулись рассужденья и запястья —Все.

«Я

люблю тебя, чудесная, родная…»

Я люблю тебя, чудесная, родная,Не боясь пустых и глупых слов,Милая Марина, дорогая,Новой складкой правится любовь.Я ревную, я тащусь, мне больно,Всю неделю жду на уик-энд,Ты же равнодушно и покойноОдного бросаешь в этот энд.Ты все время разная, другая,В полутьме твой профиль так хорош,Как полуживые изваяньяСказочных богинь и складки тонких кож.То ты в фас довольно резко, броско,Как в октаве третьей нота си,Смотришься немного сине-жестко,Как следы в снегу у Дебюсси.Все ж ты всех прекрасней и чудесней,Я в тебя влюблен, как носорог,Но еще не начинались «Вести»,Ты явилась вдруг. Спасибо. Кончен срок.

«Все кончилось, почти и не начавшись…»

Все кончилось, почти и не начавшись.Тоска тоскливей скисшего вина,Греховная, конечно, воля к счастьюВ который раз опять вела меня,Но в этот раз так мило и обманно,Почти что идеал, чудесна и легка,Растягивая голосом забавно —По…каЗачем я влез, ненужный и картонный,Волнуясь и картавя свысока?Прощание с любовью однотонно —Пока.

«Все эти волоски и мягкость, нежность кожи…»

Все эти волоски и мягкость, нежность кожи,Гулянье с Нэдой, пьянство и заря,Мне ничего с тобою не поможет —Влюбляться так не умно, да и зря.Зачем-то музыка все ночи шумом вялым.Высокая, красивая, – больна?Я брошен так спокойно и устало,Как кошка у закрытого окна.

«А вправду ль любовь была…»

А вправду ль любовь была?Библейским горним сказаньем,Как пепел упала наПушистый ковер с цветами.Дохнул – и нету строки:Чернила как люди бренны,Касания так легки,И память о них мгновенна.Ты ходишь, сидишь, и пьешь,Целуешь, и любишь, и плачешь.Что ж, нам не столкнуться вновь,Обрадовавшись по-собачьи.Болтаясь по сквознякамНенужных

больных сказаний,В бреду почудится: намНе сладко ведь. С опозданьемСемья, телевизор, виноИ горький кофе – не нам ведь.Устало, ритмически, злоТвержу запретную заповедь.Но нет, лишь тебя люблю,Ты – идеально-горькая,Из-за тебя не сплю,Боясь раздраженья невольного.Так трепетны отраженья,Тревожные и невнятные,И так холодят раздраженья,Забавные и внезапные.Уже не люблю ничего?Уже не любишь и память ты?Из прошлого из всегоЛишь расставанья остались нам.И вправду ль любовь была,А не касанья мерные?Как пепел упало б все на…И верное, и неверное.Но нет, лишь тебя люблю,Надеюсь и жду, и падаю.Тебя и себя сотворюПравдою и неправдою.

«Марина – взбаловошность котенка…»

Марина – взбаловошность котенка,Непредсказуемость стези.Как игры взрослого ребенка,Капризы легкие твои.Я упорядочен и нервен —Рефлексия и полутон,И потому-то так, наверно,Я увлечен.Но куклой быть довольно больно —Объектом игр.Невольно и непроизвольноЯ переигрываю мир.Готовый даже подчиняться,Подыгрываю, как тапёр.Готов, все смыв, запеленатьсяВ Маринин флёр.Я заворачиваюсь рьяноВ него – забыть,Не замечать, не знать изъянов —И лишь любить.

«Руки тонкие, как струны…»

Руки тонкие, как струны,Плечи острые с утра,Кисти сильные и губыОгоньками у костра,И немного тяжелееНоги, бедра и спинаДиссонансами белеют,Опушенные с утра.

«Моя последняя подружка…»

Моя последняя подружка,Прости, прощай.Мне дали поиграть игрушкуТак, невзначай,И как нарочно, так красива,И дорогаВдруг неожиданно ворчливаИ так строга.Что бы ни сделал – распиздяйство,Коснись не там – опять не так,Смотреть нельзя и гладить пальцы,Куда ни кинь – не целовать.Я, маленький игривый мальчик,Все поломал,И только оцарапал пальчик

Конец ознакомительного фрагмента.