Ава
Шрифт:
— Я тебе нужен? — продолжая хранить циничное спокойствие, спросил Линн. И хотя было ясно как день, что ответ и так был очевиден и известен им обоим, Ава все же не смогла сдержать чувств и бойко произнесла:
— Да! Ты это хочешь от меня услышать?
Но вместо того, чтобы ответить ей, Чарльз прижал ладонь к ее голове, властно привлек к себе и одарил легким поцелуем в губы.
— Вот и хорошо, — подвел он итог, и на этой странной ноте вечер закончился. Настроение у Авы совсем упало, и она была даже рада возможности остаться одной, провожая Чарльза к выходу. Тот, правда, выглядел и держался так, будто все шло
У самого порога Чарльз остановился и, внимательно посмотрев на девушку, спросил:
— Ты ведь завтра не занята?
— Я все свои дела на понедельник еще сегодня успела сделать. Специально выходные постаралась расчистить, — без особых эмоций ответила Ава, чуть поведя плечом.
— Тогда приходи с утра, сразу как только проснешься и приведешь себя в порядок, — сказал Чарльз. Слова его совсем не походили на приказ, но и просьбой их назвать язык не поворачивался. Скорее то была констатация очевидного факта о том, что Хейз обязательно придет и обязательно с утра, как только проснется и выберется из-под одеяла. Вот только зачем?
— С какой стати? — подозрительно спросила Ава.
— Объясню, когда придешь, — туманно пообещал ей Чарльз, поцеловал на прощание и за сим ушел, оставив девушку в полном недоумении. С минуту Хейз растерянно стояла у приоткрытой двери, но только она собралась раздраженно махнуть на все рукой и пойти в одиночку высушить полбутылки бурбона разом, как у нее за спиной прозвучал удивленный голос.
— Ава? Ты чего так рано?
Хейз моргнула, очнулась от своих мыслей и, обернувшись, посмотрела на сестру. Эмма стояла посреди гостиной, кутаясь в длинный домашний халат с узором в виде тропических цветов и бамбуковых ветвей. Ее волосы, которые она к праздникам успела перекрасить из голубого в пастельно-серый, пребывали в жутком беспорядке. Косметика смазалась, а от пестрой помады и вовсе осталось только воспоминания в уголках губ. Ава слегка улыбнулась при виде ее всклоченного вида и круглых от удивления глаз, и неопределенно повела рукой в воздухе.
— Да, мы тут с Чарльзом немного у меня посидели, — ответила она, наконец-то закрыв входную дверь.
— Серьезно? Он у нас был? — лицо Эммы вытянулось от еще большего изумления. — Могла бы и предупредить.
— Мы как-то очень спонтанно решили зайти, — туманно объяснила Ава, с усталым видом направляясь к кухне, которую от гостиной разделял только длинный узкий стол.
— У меня такое чувство, что между вами не все ладно, — немного обеспокоенно заметила Эмма, следуя за младшей сестрой. Не торопясь с ответом, Хейз включила свет, набрала стакан воды и облокотилась на столешницу.
— Скорее мы просто по темпераментам не совпадаем, — с легкой тоской произнесла она. — Раньше мне казалось, что это даже хорошо, что он меня неплохо уравновешивает. Но подстраиваться у меня силы почти не осталось.
— Может, тогда не будешь себя больше мучить? — плохо скрывая энтузиазм, предложила простой выход Эмма.
— Завтра посмотрим, — решила Ава и отпила воды. В этот момент из-за чуть приоткрытой двери комнаты Эммы в гостиную выглянул симпатичный коренастый парень с изрядно встрепанным, но без сомнения довольным видом. Кроме оранжевых трусов на нем больше ничего
— Эмма, мне послышалось, или ты правда с кем-то разговариваешь?.. — недоуменно начал было он, но, встретившись глазами с Авой, испугался и быстро сиганул обратно за дверь. — Ох-ё! Извиняюсь! Не знал!
— Да все в порядке! Я все равно ничего не видела! — с веселой улыбкой громко заверила его девушка.
— Видела же, — почти шепотом отметила Эмма, пристально посмотрев на младшую. Не отрывая насмешливого взгляда от двери, за которой прятался незадачливый гость и по совместительству любовник сестры, Ава многозначительно кивнула.
— И как? — игриво заулыбалась Эмма. Младшая молча показала ей большой палец вверх, и обе сестры весело рассмеялись.
И зачем она все-таки решила к нему прийти? Она страшно злилась на себя за то, что действительно, как только встала, принялась собираться. Из квартиры она вышла, когда в комнате сестры раздались первые ленивые голоса едва проснувшихся людей. По крайней мере, позавтракает Эмма вместе с Мэттом наедине в свое удовольствие, не беспокоясь о том, что могут кому-то помешать или помешают им. Хотя Ава не удержалась и прикрепила к холодильнику быстро нацарапанную записку с просьбой на кухонном столе любовью не заниматься. Так, на всякий случай.
Ава мигом долетела до Чарльза на метро. Добирайся она чуть подольше или застрянь где-нибудь по дороге, то, может быть, успела бы остыть, но в итоге только сильнее накрутила себя. Она злилась на Чарльза, на его игру с ее чувствами. Она уже почти перестала верить в искренность его слов о том, что он тоже любит ее, хочет ее и мечтает сделать своим сабмиссивом. Она, безусловно, была согласна, что им не стоит спешить при ее-то нервном ритме жизни и еще не до конца зарубцевавшемся после последнего романа разбитом сердце. Ей нужно было привыкнуть к Чарльзу, довериться ему, но дрессировка дрессировкой, а всякому терпению есть предел.
Основательно себя накрутив, Ава добралась до нужной квартиры, грубо стряхнула налипший на ботинки снег и позвонила в дверь. Чарльз открыл ей незамедлительно. Он явно давно уже встал и успел привести себя в порядок к приходу Авы, и теперь с довольным видом смотрел на ее раскрасневшееся от злости и утреннего морозца лицо. Даже не поздоровавшись, он молча отступил в сторону и жестом предложил девушке пройти. Хейз демонстративно вздернула подбородок и переступила порог. Снимая верхнюю одежду, она с подчеркнутым вниманием оглядела квартиру, лишь бы не смотреть на хозяина.
К слову, у Чарльза ей нравилась всегда. Квартирка у него была маленькая и аскетичная, но интересная. Совершенно белые стены и потолок сочетались с антрацитовыми полами и черными деталями интерьера. Однотонные светло-серые шторы на черных гардинах, черные люстры с белыми матовыми плафонами, стеллажи из черных металлических прутьев… На общем фоне два строгих скромных подвеса для обычных фонарей, которые были прикреплены к одной из стен в гостиной, даже не особо бросались в глаза. Чарльз как-то раз объяснил Аве, что подвесы можно было двигать, убирать в сторону, а во время сессии жестко фиксировать в нужном положении, и с тех пор она всякий раз, приходя к нему в гости, бросала в их сторону заинтересованный, а затем и откровенно изголодавшийся взгляд. Вот только познакомиться с ними ближе ей теперь вряд ли удастся.