Ава
Шрифт:
— Все еще переживаешь?
Болезненно потерев висок, Ава утвердительно кивнула. Бекки тихонько вздохнула и присела рядом с подругой на диван.
— Я, наверное, лезу не в свое дело, — серьезно начала она, — но понимаю, каково тебе сейчас. Меня тоже когда-то вдребезги разбил сердце человек, которого я безумно любила. У меня даже началась самая настоящая депрессия. Если бы я тогда не встретила Дона и он мне не помог, то даже не знаю, до чего бы я себя довела, переживая…
— Ох нет, — поморщилась Ава, словно бы от сильной мигрени. — Новые отношения — это последнее, что мне сейчас нужно. Тошнит от одной только
— Боже, на твоем фоне я начинаю чувствовать себя той еще лентяйкой. Хотя еще в университете была типичной заучкой, — прыснула Бекки. — Неужели ты только работой и живешь?
— Сейчас — да, — скривив губы в уничижающей усмешке, подтвердила Ава. — Просто из всех занятий на свете только проектирование занимает все мое внимание полностью, ни на что не позволяет отвлечься. Поэтому каждый раз, когда в моей жизни происходит какая-нибудь очередная катастрофа, я с головой бросаюсь в учебу или работу. Это не значит, что меня ничего больше не увлекает, но… Но чем бы еще я себя ни попыталась занять, в итоге все равно начинаю задумываться о чем-то, о чем думать мне не хочется. Думать, задумываться, вспоминать, пытаться анализировать, а в итоге расстраиваться и вгонять себя в тоску и уныние. Ох…
С тяжелым вздохом Ава уронила голову в руки и запустила пальцы в волосы. Она забыла, когда в последний раз их мыла — то ли день назад, то ли два. Забыла и то, как и когда успела накрутить на голове узел и закрепить его карандашом. Она не помнила даже с какой прической вышла сегодня из дома, зато с точностью до мелочи могла расписать все задания, которые на нее сегодня взвалили. Пересказать каждую деталь, каждую цифру в чертежах и расчетах. И стоило ей только подумать о работе, как в голове услужливо развернулся список того, что нужно будет сделать завтра. Где и что исправить, кому позвонить, с кем из конструкторов и инженеров переговорить и о чем, что обсудить с Симмонсом и какие вопросы еще разъяснить… От обилия информации начинало болеть в районе лба и сдавливать виски, и маленький демон в дальнем углу сознания услужливо нашептывал вполне очевидную вещь: все и сразу успеть невозможно.
— А по-моему тебе надо отвлечься, — поделилась своим мнением Ребекка. — Ты пытаешься от одной огромной проблемы отвлечься с помощью другой, но рискуешь тем, что она тебя попросту раздавит.
— Может быть, ты и права, — печально согласилась Ава. — Может быть, я как всегда слишком загоняюсь, и, может быть, если бы не загонялась, Чарльз не поступил бы со мной так, как поступил…
На последних словах девушка совсем сникла и наверняка снова бы ушла с головой в болезненные воспоминания, как с ней не раз бывало в последнее время, когда она оставалась в своей опустевшей квартире совсем одна, если бы Ребекка вовремя ее не подхватила, не обняла за плечи и ободряющее погладила по руке.
— Ну-ну, Чарльз — теперь пройдённый этап, — заверила она подругу. — Или ты все еще хочешь вернуться к нему?
— После того, что он сделал и каким себя показал, — нет. Точно нет, — покачала головой Ава. — Хотя ты наверное знаешь, вот эту вот тоску после расставания о всем том хорошем, что между вами двумя когда-то
— Если бы мы только сразу, при первой же встрече, понимали, подходит ли нам данный конкретный человек, или нет. Нужен ли или от него будут одни лишь проблемы… — грустно улыбнулась Ребекка. — Мир определенно стал бы намного проще.
— Простой мир — скучный мир, — неожиданно раздался рядом мужской голос. — О чем печалитесь, дамы?
Ава и Ребекка одновременно подняли головы и посмотрели на стоявшего рядом с облюбованным ими диваном Виктора. Он тоже сильно задержался на работе, но выглядел скорее не уставшим, а расслабленным и вполне довольным жизнью. Свое пальто он небрежно перекинул через плечо, и в красивых глазах играли довольные чертята.
— О том, что от вас, мужчин, сплошные беды, — беззлобно фыркнула Ребекка.
— Попрошу не обобщать, — предостерегающе поднял руку Виктор. — Мы не все настолько ужасны. Среди нас попадаются и вполне приличные экземпляры. Я или твой Дон, который нас скоро проклянет, если мы еще немного опоздаем.
— Не я задержалась на телефоне, — парировала Ребекка.
— Важный звонок, — тут же нашел оправдание Виктор. — Что я мог поделать?
— Ладно, проехали, — махнула на него рукой Бекки и вновь повернулась к Аве. — Мы тут втроем собрались в один новый бар сходить. Пойдешь с нами?
— Я не хочу мешать, — смущенно попыталась было отказаться Ава, но ее коллеги и слушать ничего не хотели.
— Молодая, симпатичная и ныне свободная девушка в принципе не может помешать ни одной посиделке в баре, — засмеялся Виктор, вмиг оказавшись рядом с Хейз, и взял ее за локоть. — Не стесняйся и смотри на ситуацию позитивно: это не тебя бросили, а ты избавилась от прогнивших отношений и получила целый ворох новых возможностей. Все мужчины Чикаго теперь к твоим услугам! Я считаю, это стоит того, чтобы отпраздновать.
Виктор говорил так быстро и с таким энтузиазмом, что Ава не успела и слова вставить, даже если бы захотела. Не смогла она и вовремя воспротивиться тому, как настойчиво поднял ее с дивана Блэк — глазом не моргнула, как оказалась на ногах. Возможно, будь она не такой уставшей, то вывернулась бы и не позволила Виктору подобного фамильярства… А, возможно, и нет. Ведь когда он к ней прикоснулся и она почувствовала его тепло, его близость, в ней проснулось старое бессознательное и животное чувство, которое она когда-то давно старательно задвинула назад и больше не вспоминала. В первую очередь она так поступила из-за отношений с Чарльзом, ведь верность для Авы всегда была превыше всего, но сейчас, когда в ее личной жизни освободилось место, беспорядочные и диковатые мысли о том, что Виктор весьма и весьма хорош собой, снова выбрались на первый план.
Но всякое влечение тут же разбилось об вполне рациональные доводы. Ну какой прок завязывать отношения с таким повесой, как Блэк? К тому же идея служебного романа или короткой интрижки Аве совсем не нравилось. Да даже одна ночь близости пугала своими перспективами. Она вполне могла влюбиться в Виктора, особенно сейчас, когда ее едва залеченное сердце все еще оставалось таким хрупким и ранимым, а новый ураган чувств она пока перенести была не в состоянии. Тем более такой, который наверняка закончиться ничем.