Авалон
Шрифт:
– Когда он погиб, ты была так мала, – она останавливается под одной из вишен, листья которой уже почти все опали и пожухли, а ветви начали отсыхать. – Помоги мне.
Я послушно кладу ладони на ствол, и начинаю потихонечку пускать по дереву потоки Силы. Ветви оживают, на них появляются почки и распускаются новые листья. Улыбаясь, опускаю руки. Наблюдать за проявлением этой части нашей Силы никогда не надоест.
– Нравом ты пошла в отца. Все его поступки шли от сердца, а не от головы. Он был очень очень нежным и ласковым отцом. В детстве, ты не слазила у него с рук и он позволял тебе абсолютно все. – Тут она усмехается и продолжает, – помню как вы играли
Я тоже смеюсь. По груди разливается теплое чувство, никак не связанное с Силой. Очень жаль, что он сейчас не рядом. И так мало людей, которые могли бы мне рассказать и напомнить о том, каким человеком он был. Нара одна из немногих, а с королевой мы и вовсе никогда о нем не говорили. Когда мне было шесть лет он не вернулся с очередной поездки на охоту. Его лошадь оступилась на переправе через ущелье, унося с собой всадника навстречу острым камням. Нара видимо чувствует мою жадность до разговоров о нем и тоску, поэтому продолжает:
– Но в вас есть и отличия. Он совершенно не любил военное искусство и оружие. Можно было по пальцам одной руки посчитать, когда его руки держали меч. – Нара смеется, увидев мои округлившиеся глаза. – Да, за грубую силу в их паре отвечала твоя мать.
– Я не понимаю…На первый взгляд они такие разные, почему они были вместе?
– Здесь я могу говорить, лишь про то, какими они были в присутствии других людей. Что творилось за закрытыми дверьми знают только они. Но твой отец спокойно мог взять ее за руку, или поцеловать ее в щеку при всех, а ты знаешь, что это неподобающе. При этом, твоя мать всегда заливалась краской, как маков цвет.
– О, Создательница! – Я приложила прохладные ладони к своему разгоряченному лицу. – Не могу представить себе ее такой.
Нара согласно кивает головой.
– Присутствие твоего отца смягчало ее сердце. На долю королевы выпало много испытаний…А когда его не стало это сильно сказалось на ее нраве: она стала холодной и отчужденной. Но мы должны принять ее такой, позволить ей переживать это так, как она сама того хочет. Ее Величество знает, что делает.
Мы останавливаемся на краю сада. Я задумаюсь над ее словами и невидящим взглядом смотрю, как несколько слуг собирают опавшие яблоки в плетеные корзины.
– Поможешь жрицам с приготовлениями к празднику? Нам сейчас не помешает лишняя пара рук.
– Конечно, мы с Атти с удовольствием поможем, но она, скорее всего, присоединится после отъезда Олана.
Нара вопросительно вскидывает брови.
– Нет, они пока не вместе…Вроде бы. Я уверена, что об этом бы знал каждый человек во дворце.
Мы обмениваемся улыбками, она провожает меня до входа во дворец, а сама направляется к храму.
Глава 5.
Следующие недели проходят спокойно и размеренно: я тренируюсь, заглянула в библиотеку и теперь изучаю записи, которые мне передали по наказу Арлеты. Вместе с Атти помогаю жрицам к подготовке к празднику утомны. В этот день мы провожаем осень и празднуем приход зимы. Все жители королевства собираются на храмовой площади, поют песнопения, смотрят обряд, которым жрицы отдают дань уходящему солнцу и благодарят Создательницу за урожай. В Соул съедутся торговцы со всех соседних королевств и будет яркая, большая ярмарка. В это время на улицах всегда было многолюдно, шумно и весело. Можно было купить редкие изделия мастеров других земель, отведать интересные кушанья, покататься на карусели. Давались уличные представления, а все желающие
Но больше всего в этом празднике привлекали людей пышные и цветущие сады в каждом дворе города, и конечно, самый большой сад во дворце королевства. Нередко, в день утомны выпадал снег. Было удивительно бродить по заснеженным улочкам города и любоваться на сочную, цветущую зелень и яркие цветы, которые пестрели и выделялись на фоне кипельно-белого снега.
Вечером, горожане согревались пряным вином и пивом. Трактиры ломились от людей, как спелые дыни. Девушки стайками носились по всему городу, сбивали ноги в танцах на главной площади, а ночью все любовались фейерверком, которые делали наши умельцы. Более ни в одном королевстве не показывали фейерверков такой красоты, что захватывало дух.
А я любила в этот день съесть тыквенного пирога, выпить имбирного пива. Познакомиться с новыми людьми и послушать новости из других стран. Еще нужно было отвлечь Атти. После отъезда Олана она сама не своя. Хоть он и обещался приехать к празднику, но события в Ошене последние недели удерживают его вдалеке от столицы. Все реже я слышу ее смех, и все чаще замечаю, как ее глаза становятся задумчивыми и смотрят вдаль невидящим взором. Утопленник покажется веселее на ее фоне. Сначала я подумала, что возможно он что-то ей сказал перед отъездом, но спрашивать не стала – захочет, сама расскажет. Со дня на день должна приехать Айрис, и я верю, что вместе с ней мы вытащим Атти из уныния.
Айрис – дочь Вардена и Ровены Нордин, короля и королевы Адкарта. Наши семьи были очень дружны, и с самого детства она, со своим братом Кайденом, часто гостили у нас. Но в отличие от своей сестры, Кайден по непонятным причинам, перестал посещать нас после моего шестнадцатилетия. Я всегда думала, что ему было скучно с нами, так как он старше нас всех. В то время, как нам с Атти и Оланом исполнилось шестнадцать, он уже отпраздновал свое двадцатиоднолетие. И если сейчас эта разница в пять лет была бы не столь заметна, но тогда между нами была пропасть непонимания. По духу, мы куда больше были близки с Айрис, которая была младше нас на два года. В детстве, все шишки за наши проказы сыпались на Кайдена, и кажется, что ему это надоело, и он решил больше не связываться с нами. Эти воспоминания заставляют меня грустно улыбнуться. Мы все были очень дружны, но больше всего его отсутствие сказалось на Олане. Думаю, он видел в нем пример и, на сколько я знаю, только ему известна истинная причина отсутствия Кайдена. Но мы с Атти давно похоронили попытки узнать ее. Это невозможно, также, как заставить солнце подниматься на западе. Жаль, что его все таки не будет. Олану нужен друг, с которым бы он мог обсудить ситуацию с Атти и попросить совета. Со мной он этого делать не будет, потому что не сможет преодолеть смущение. Впрочем, как и я.
Со всеми этими размышлениями проходят дни. Вечером, перед праздником утомны, я коротаю время в библиотеке, за прочтением очередного фолианта. Вдруг, прямо передо мной появляется Айрис, принеся с собой, в растворившемся вихре, запах снега и ягод. Я не успеваю подняться с кресла, как она уже подбегает ко мне с криками и крепко обнимает. Я обнимаю ее в ответ и чуть не рассчитываю с силами – Айрис заваливается на меня, и мы смеемся.
– Как я скучала, Авалон! – она не сводит с меня своих сияющих, в приглушенном свете, глаз цвета угля. – Мне кажется, мы не виделись вечность. И чтоб тебя, ты с каждым годом становишься все краше! – Она отдаляется от меня на уровень вытянутой руки и окидывает внимательным взглядом. – Пожалуйста, остановись, иначе в королевстве не останется ни одного человека не влюбленного в тебя.