Аврелион
Шрифт:
Милинер Традецки, до этого пребывавший в глубоком самоуглублении, вернувшись в активное состояние, не без иронии спросил:
– Вам точно хотелось бы разбавить нашу армию этими полуживотными?
– Не вижу никаких особых препятствий для осуществления такого варианта. Нужно лишь провести более тщательную селекцию, чем при отборе самцов для воспроизводства. Среди них наблюдается большой процент весьма развитых экземпляров.
Магденборг покачал головой:
– В нынешней ситуации у нас нет необходимых производственных ресурсов для проведения столь затратных по времени и объему работ. Мы сейчас будем изыскивать, прежде всего, необходимый материал на уже имеющейся интеллектуальной базе, то есть
– Милинер Магденборг, мне кажется, что тем самым, мы рискуем остаться без дублирующего резерва. Это может обернуться для нас некоторой девальвацией повторных эувенизаций. Не знаю, как это воспримет Совет, но будет организовано мощное противодействие таким акциям. – Традецки чуть приподнял подбородок и сложил руки на груди. – Это надо учесть. И еще. Урезание резерва доноров-интеллактов может сказаться в самом ближайшем будущем на рекуперативных свойствах мозга. Близкокровное смешение уже когда-то в прошлом дало сильнейший негативный эффект.
– Я учел все обстоятельства, - сбавив тон синтезатора до глухого, проронил Верховный Правитель.
– Сейчас главное - не дать возможности латентным явлениям, о которых я сказал выше, набрать ход. Мера крайняя, но единственная. И наша задача на сегодняшний момент времени - отстоять и укрепить нашу платформу. Я пригласил вас сюда, милинеры, с тем, чтобы вот сейчас, здесь подтвердить вашу готовность выбранному пути. У нас состоялось до этого несколько бесед по этому вопросу и сейчас, милинеры, я хочу узнать ваше решение.
Магденборг протянул вперед руку и положил ее ладонью на матово-серый треугольник, чуть возвышавшийся перед ним на крышке стола. Милинер Дитерсон, не отстав ни на мгновение, сделал то же движение, и его ладонь легла на такой же сектор близь него. Милинер Традецки, чуть помедлив, произнеся тоном, близким к шутливо-ироничному: - Да помогут нам боги Лакки! – опустил ладонь на свой сектор.
Магденборг и Дитерсон рассмеялись.
– Да, действительно, только боги Лакки нам сейчас могут оказать реальную помощь, - сведя смех к спокойно-разговорному тону, обронил Верховный Правитель. Он обвёл взглядом сидевших перед ним милинеров и добавил: - Ну что ж, милинеры боги Лакки! Союз состоялся и обмен совершен. Вы получили всю доступную мне информацию по проблеме. Мы будем претворять нашу священную правую идею вопреки заведомым потерям. Так или иначе, для нас нет выхода. Вы прекрасно это понимаете. На этом, милинеры, мы можем закончить наше, я думаю, историческое совещание.
Увлеченные беседой, милинеры не видели, что панорама, отраженная в объеме видеопласта приобрела другой, зловещий характер. Одна за другой стали трансформироваться стены редута. Их форма искажалась с каждым утекающим в вечность мгновением. Были отчетливо видны фигурки десантников, покидающих в полном боевом порядке стены укрепления. Их исход из редута был предопределен, так как поднимающиеся ввысь торцевые, мощные квадраты приземистых башен уже не составляли одно целое с откосами стен. Все оплывало на глазах.
Платформа с остатками десантных рот, на которую они успели разместиться, еще не набрала высоту, а уже стремительно разгоравшееся алое зарево охватило стойко сопротивлявшийся разрушению скарановый массив бывший когда-то четвертым редутом. Он и оставался бы таким еще долгое время, но приказ шеф-генерала Барнсуотта сделал свое дело. Штурмкапитан Шолье, последний из оставшихся в строю штурмкапитанов, исполняя приказ, снял все защитные поля. Тот самый материал, который мог выдержать невероятные
Моление подходило к концу. Нестройные ряды мегалонов, стоящие на коленях, были привычны для глаз и хода ритуала. Но сегодня Берне, уже в который раз проводивший Моление вместо Главного Жреца, наметанным взглядом выделил среди разбившихся на группки мегалонов, одну. Троица, составлявшая ее, в отличие от других, не была погружена до конца в исполнение таинства Сопричастия Духу и Слову богов Лакки.
Сосредоточенное выражение их лиц соответствовало тому состоянию самопогружения, которое больше подходило для чего угодно, но только не этой стадии Моления. Все мегалоны, подняв вверх лица с закрытыми глазами, нестройно повторяли слова Священного Закона. Но эти, в противоположность единому порыву религиозной догмы, оставались в том же состоянии сосредоточенного внимания. У Берне сложилось впечатление, что эти мегалоны присутствуют на Молении с какой-то определенной целью. Продолжая следить за ними, старший предикт вдруг заметил, что все они исподволь, внимательно наблюдают за присутствующими в Храме Творения мегалонами.
Столь неадекватное поведение доноров, самой природой предназначенных для поклонения высочайшим посланиям духовной веры, было из ряда вон выходящим. Берне, по окончании службы, первым делом получил информацию с блока видеослежения о личности каждого из этой троицы. Просмотрев ее, он задумался. Ничего экстраординарного о каждом из этих мегалонов в их досье не было. Старший предикт еще раз внимательно проанализировал скупые строчки и к своему удивлению заметил, что все они начинаются лишь с определенного возраста жизни каждого из мегалонов.
В каждом из просмотренных блоке личных данных не было одной существенно детали – даты рождения, условий рождения и пары воспроизводителей. Берне машинально отметил, что такое может быть только при сбое информационного блока статистики базы данных в Медцентре. Но за время его допуска как старшего предикта к таким разделам информации, ничего подобного он не замечал. Или не обращал внимания, так как с его службой в Храме Творения эта информация не была связана.
Но теперь, такое совпадение в биографиях сразу трех мегалонов, случайно выбранных из толпы остальных, для Берне не было таким уж случайным. Почему-то это обстоятельство, такой непонятный факт чрезвычайно заинтересовал его. Берне решил еще раз войти в Главную информационную базу Объединённого хранилища статистики Медцентра.
Загруженность делами, как старшего предикта по Храму Творения, не позволили ему тотчас же выполнить намеченное посещение хранилища. И только поздним вечером, когда по Храму засновали безмолвные служки технического осмотра ритуальных панелей, уборки помещений и отключения систем подачи контактных сенсоров, Берне смог пройти в помещение службы информации. Нужный поток он нашел сразу. Все, что было там, относилось к реестру для служебного пользования. Но даже в нем старший предикт увидел привычные строчки стандартного формуляра; родился, место и год рождения, пара воспроизводителей, антропометрические данные и сроки прохождения эувенизации. Ничего лишнего. Еще и еще раз просматривая на видеопласте выданную из базы данных скупую информацию, по истечении часа безуспешных попыток найти что-либо похожее на биографию тех мегалонов, Берне не смог. Собравшись уходить, он поставил видеопласт на отключение и встал. И тут что-то, краем глаза увиденное там, на видеопласте в момент отключения, остановило Берне. Череда исчезающих формуляров светилась попеременно то голубыми, то бледно-розовыми оттенками.