Шрифт:
Михаил Цителашвили
Айко
Оглавление
Часть первая. Когда я вырасту
Глава первая. Подарок с секретом
Глава вторая. Внутри бамбукового стебля
Глава третья. Миша
Глава четвертая. Как в сказке
Глава пятая. Арахнида
Глава шестая. Где ты, мама?
Глава седьмая. Привет из прошлого
Глава восьмая. Не телефонный разговор
Глава девятая. Красные кроссовки
Глава
Глава одиннадцатая. Тайный помощник
Глава двенадцатая. Красота
Часть вторая. Город будущего
Глава первая. Люди в чёрном
Глава вторая. Говорящая голова
Глава третья. Я остаюсь
Глава четвертая. Испытания
Глава пятая. Световой туннель
Глава шестая. Зевс
Глава седьмая. Внимательный свидетель
Глава восьмая. Вспышка
Глава девятая. Замена
Глава десятая. Пойман в сети
Глава одиннадцатая. Три версии
Глава двенадцатая. Напряжённый разговор
Глава тринадцатая. Обрывки письма
Глава четырнадцатая. Кирпичная кладка
Глава пятнадцатая. Знакомые лица
Часть третья. Летучая колесница
Глава первая. Субботник
Глава вторая. Семья
Глава третья. Ясудо
Глава четвертая. Вы не поверите!
Глава пятая. Дежавю
Глава шестая. Начать с десерта
Глава седьмая. Редкое имя
Глава восьмая. Ужин с Аранеей
Глава девятая. Живая ткань
Глава десятая. В паутине
Глава одиннадцатая. Предупредить Сириуса
Глава двенадцатая. Отправная точка
Эпилог
Часть первая. Когда я вырасту
Глава первая. Подарок с секретом
Москва, 29 мая 1981 года. Тот вечер в нашей квартире запомнился мне удивительно тихим. Папа, лежа на диване, читал газету, мама мыла посуду после семейного ужина, а я делала уроки.
Меня зовут Айко, мне девять лет. У меня японское имя. Родители, папа Коля и мама Лена – востоковеды, и все мы обожаем Японию, хотя никто из нас там ещё не бывал. И, скорее всего, добраться до этой Страны восходящего солнца у нас не скоро получится, ведь мы живём в СССР.
– Мама, а ты не забыла, что обещала мне после ужина?
Мама драила сковороду, и со стороны казалось, что она разговаривает со мной очень грубо, потому что делает это сквозь зубы.
– Ну, конечно, не забыла! Но эта сковорода сама себя не отмоет, даже сода её не берет.
Я смотрела на маму, и в голове пробежала мысль: ведь точно так же, лет через двадцать, и я буду стоять на кухне и драить сковороду. Мне эта мысль почему-то показалась очень забавной, и я тогда сказала:
– Вот бы я была как Тануки из сказки «Бумбуку-тягама»!1 Он ведь мог превращаться
С дивана послышался смешок папы, а мама сквозь зубы сказала:
– Тануки превращался в котелок для чайника, так что ты могла бы быть максимум крышкой для сковороды.
Тут уже папа не сдержался и добавил:
– Крышку по крайней мере драить не нужно, так что, Айко, будь крышкой.
Тут мы все и засмеялись.
Один из самых счастливых моментов этого вечера – так я подумала тогда. Не хотелось, чтобы он заканчивался.
Мама сложила посуду в мойку, вытерла руки полотенцем и с улыбкой повернулась ко мне. Она немного строго спросила:
– Уроки сделала?
– Сделала!
– Хорошо, тогда у меня есть для тебя кое-что.
Мама открыла комод и достала оттуда газетный свёрток. Я примерно знала, что это может быть.
– Мам, там ведь книга?
– Да, очень редкая, старая и очень страшная: монстры и духи… У-у-у! А-а-а-а!
Да, забыла сказать! Дело в том, что у меня очень редкая болезнь – Урбаха-Вите. Это значит, что у меня полностью отсутствует страх! Как говорит папа, я – уникальная, потому что меня нельзя ничем напугать.
– Ух ты, так интересно! У-у-у… А-а-а, – передразнила я, забирая свёрток. – Спасибо, мама!
– Это ты папе скажи!
– Папочка, спасибо!
– Угу, – читая газету, сказал папа.
Я села рядом с ним на диван и стала разворачивать подарок. Он был обёрнут в газету так, что её название – «Труд» – находилось в точности по горизонтали.
– Но, мама, книга на японском! – воскликнула я, расправившись с упаковкой.
– Я же сказала: это очень старая книга, написана она в десятом веке.
– В конце девятого, – уточнил папа и отложил свою газету в сторону.
Он взял у меня книгу и сказал с упоением:
– Ты только посмотри на этот шрифт! Сейчас такой печатный станок можно найти, наверное, только в музеях, и те – в Японии. Она выпущена в одной из первых японских типографий. Мне подарил эту книгу мой хороший японский друг Ясудо. Кстати, именно он посоветовал для тебя имя – Айко.
– Здорово, спасибо ему! Мне оно нравится!
– А он что, в Москве? – спросила мама.
– Да, в Москве. Сказал, что в последний раз.
– Он всегда так говорит, – сказала мама.
– Я знаю. Но он, как мне кажется, был чем-то взволнован. Постоянно шептал мне: «Киво тсукете».
– А я знаю, что это значит! – обрадовалась я. – Это значит: «будь осторожен».
Мама улыбнулась и похвалила меня:
– Молодец! – и добавила, обращаясь к отцу: – Все иностранцы тебе так говорят – они думают, мы тут все под наблюдением.
–Да, наверное, но, как мне показалось, он имел в виду эту книгу. Когда он передавал мне её, он сказал: «HIKARI WA CHIKARADESU».