Айс
Шрифт:
Один из Воинов уже прижимает ткань к моему рту и носу. Я начинаю задыхаться и вдыхаю резкий запах, который режет лёгкие. О боже, теперь они убивают меня!
Я пытаюсь бороться, но силы меня оставляют, и мой разум уже собирается отключиться. Как парализованная, я повисаю на руках у Эндрю, веки наливаются свинцом.
— Успокойся, Ника, с тобой ничего не случится, я обещаю.
Пожалуйста, пусть это будет просто кошмарный сон, и разбудите меня, наконец…
В
— Осторожно, береги голову.
Эндрю?
— Спасибо, что подобрал, Рок, этот шаттл действительно полезен, мне совсем не хотелось бы сейчас тащиться через полпустыни к монорельсу.
Это, случайно, не голос Воина по имени Джекс? И почему так темно?
— Так что на самом деле произошло?
— Я хотел вас предупредить, но очнулся слишком поздно, вы уже были в канализации, и радиосвязь прервалась. К счастью, тут был шаттл, и мне удалось поднять сумятицу, с подходящим транспортом до города рукой подать.
Этот голос мне не знаком…
— Расскажи всё по порядку, Марк.
— У меня… есть пациент, с которым наладились хорошие отношения. Он Воин. Шторм…
Шторм! Моё сердце начинает биться быстрее, но я всё ещё не могу открыть глаза. Я чувствую себя словно в невесомости.
— Шторм услышал разговор, когда я последний раз связывался с вами. Я должен был передать вам информацию, а он был у меня дома. Чёрт, я думал, он спит. Но он всё услышал и мне об этом сказал. Так что, Сенат был предупреждён, а у меня больше не было возможности вам об этом сообщить.
— Проклятье, да, как раз это мы и подозревали. Ваш отвлекающий манёвр был отличным.
Хром?
— Как тебе удалось сбежать, Марк?
— Шторм отпустил меня.
— Это почему?
Кто-то прочищает горло.
— Может быть, потому, что мы довольно сильно сдружились. Мы…
— Ключевые слова «довольно сильно». — Снова Джекс. — Может, это Шторм причина того, что ты чувствуешь вину перед Сэм?
Кто-то смеётся:
— Ты ещё любопытнее, чем твоя поклонница Анна, брат.
— Марк, я действительно рад, что ты здесь. А твоему любимому мы хорошенько настучим по мозгам, если случайно встретим…
Я собираю всю свою волю и открываю глаза. Я лежу на полу в помещении без окон. Повсюду крючки, петли и ленты. Господи, где я оказалась? Но затем я понимаю, для чего нужны ленты: чтобы удерживать товары на месте. Неужели, я на грузовом шаттле?
Я смотрю налево и упираюсь взглядом прямо в глаза Эндрю. Моя голова лежит на его коленях, и он гладит меня по волосам.
— Всё хорошо, Ника, мы скоро будем в Резуре.
— Сколько еще, Рок? — кричит рядом с нами рыжий. Это Хром.
— Уже иду на посадку! — доносится из кабины.
Ко мне возвращается память. Эндрю
Мои глаза сразу наполняются слезами, и я шепчу:
— Что с Айсом?
Эндрю нежно гладит меня по лицу.
— Он в порядке. Я уверен. — Он смотрит на меня почти с тоской. — У вас что-то было?
«Ты внезапно пропал, и мне было так одиноко», хочу я ответить, но не знаю, тот ли это Эндрю, которого я знала.
Одна из его бровей приподнимается.
— Он был в настоящем бешенстве, когда я тебя обыскивал.
Айс хотел мне что-то сказать. Никогда не забуду, как он беспомощно протянул ко мне руку и сказал: «Прос…»
Я всё смотрю на Эндрю, не отвечая на его вопрос. Почему-то я до сих пор не могу полностью осознать, что произошло.
Он чешет лоб и смотрит в сторону.
— Всё в порядке, это не моё дело.
— Зачем я вам?
— Ты нужна нам, чтобы предотвратить войну. Сенат планирует вторжение в Резур. На карту поставлено бесчисленное количество жизней. Сенатор Фримен не захотел вести с нами переговоры, и мирного решения не предвиделось. Поэтому, к сожалению, ты — наш единственный рычаг давления.
— Эндрю… — Я поднимаю руку, и он прижимает её к своей щеке.
Он вырвал меня из золотой клетки. Я хотела сбежать из этой тюрьмы навсегда, но теперь мне страшно. Вот бы Айс был со мной.
— Здесь меня зовут Джулиус. Джулиус Петри, — мягко говорит он, — но ты по-прежнему можешь называть меня моим старым именем. Жители Резура теперь знают, что я сын сенатора. Вначале я держал это в тайне.
Понятно…
— Они будут меня ненавидеть.
— Они ничего тебе не сделают. И я знаю, что ты не такая, как твой или мой отец. Ты похожа на меня. — На его губах появляется улыбка, и он целует мою руку.
Я узнаю человека, который когда-то заставил моё сердце трепетать. Обольститель и любовник, с которым у меня был мой первый раз. Но теперь я люблю другого. По крайней мере, я так думаю, потому что мы все-таки не так давно знакомы. На самом ли деле Айс в порядке? Что сделает отец, когда узнает, что он не достаточно хорошо обо мне заботился?
— Почему ты перешёл к ним? — спрашиваю я Эндрю.
Тут шаттл начинает дёргаться и приземляется, Воин рядом со мной встаёт, чтобы открыть дверь.
Эндрю остаётся со мной на полу.
— Мой отец казнил мою мать, как ты, наверное, знаешь, за то, что она сочувствовала повстанцам.
— Боже мой, я совсем забыла об этом!
Эндрю был ещё наполовину ребенком. История быстро разошлась, не только горожане были в ужасе, но и мой отец выглядел шокированным.
Эндрю нежно улыбается.