Азалия
Шрифт:
Леа (Давиду).Где бы ты хотел провести уик-энд, Давид?… В «Корбей-Мелун» или «Версай-Марли»?
Давид. Почему этот вопрос? Ты настроена закрывать на субботу и воскресенье свой барак?
Леа. Только не говори мне, что ты предпочитаешь оставаться дома.
Давид. Ты была бы этим шокирована?
Леа (к Матье).Слышишь, Матье?… Он предпочитает оставаться дома! (Подходит к Матье.)Намотайте себе на ус, молодой человек! Женщина может оценить это по достоинству!.. Не без того, конечно,
Матье. У меня? Со зрением?
Леа. Если тебе нужен адрес окулиста… (Быстрым шагом идет к лестнице и исчезает в спальне на галерее.)
Мужчины снова следят за ней взглядом.
Матье. Что ни говори, а эта женщина не сошла с конвейера, а? Такую не найти у оптовика!.. Сверхчувствительный механизм!.. Просьба обращаться с осторожностью!.. (Смотрит на Давида.)Ты хорошо подумал?
Давид. Подумал? О чем?
Матье. Ну, об этом… Потому что мне было бы весьма неприятно узнать, что Леа разваливается на части из-за неоправдавшейся надежды! Прежде всего ради нее самой, конечно! Но также ради тебя!.. Чтобы мне не пришлось приехать из Монреаля и набить тебе морду!
Давид смотрит на Матье с удивлением и симпатией.
Давид. А ты мне нравишься, сынок!
Матье. Ты мне тоже, папаша! В данный момент! (Идет налить себе кофе.)
Давид следит за ним глазами. Пауза.
Давид. В сущности, то, что я предлагаю Леа, это не больше и не меньше, как брак по любви!
Матье. Знаешь, меня это чертовски успокаивает. Я чувствую, что могу уехать спокойно!
Давид. Очень тронут твоим доверием!
Матье (вглядывается в Давида).Я никогда бы не уехал, если бы мне пришлось оставить мать совсем одну.
Удивленный взгляд Давида.
Даю слово!
Давид. Рад за тебя!
Матье. Да, но я вдруг почувствовал всю ответственность! Ведь это из-за меня она… словом, Леа и ты, вы… понимаешь?
Давид. Более или менее!
Матье исчезает в ванной и уносит бритву. Давид внезапно погрузился в мысли, которые его далеко не радуют. Матье возвращается с пиджаком на руке и поправляет галстук.
А Леа знала?
Матье. Что именно?
Давид. Что ты уедешь только при условии…
Матье. А как же! Я был вынужден предложить ей такую сделку!
Давид (презрительно).«Сделку»!
Матье. Ну альтернативу, если тебе больше нравится!
Давид. Нет-нет!.. «Сделка»!.. Это слово лучше… тут тебе и поиски продукта, и его реклама!
Матье. Заметь, все получилось как нельзя более удачно. Сразу после вашей первой совместной ночи!
Давид. Ах да! Это было…
Матье. На следующий день!
Давид (с замкнутым
Матье. Считай, что ты получил повышение!
Давид. Думаешь?
Матье. Как бы то ни было, а в тот день ты взял главный выигрыш!
Давид (мрачно).Я начинаю так считать!
Леа выходит из спальни. Она в выходном платье и застегивает молнию.
Леа (еще на верхней ступеньке).Кто мне нальет кофе?
Матье (Давиду).Предоставляю это тебе, папаша!
Пока Леа спускается с лестницы, Давид без особого воодушевления наливает кофе в чашку. Леа, не присаживаясь за стол, принимает у Давида полную чашку и отпивает глоток. Потом берет рогалик и откусывает кусочек.
Леа. Гм!.. Наконец-то холодные рогалики!
Матье открывает рот от изумления. Он хочет что-то сказать, но это слово никак не слетает с его уст, настолько велико его изумление. Он смотрит на Давида.
Давид (к Матье).Эволюция вида, парень!
Матье. Больше я в этом не участвую!.. Мне давно уже пора сматываться!..
Стоя с чашкой в одной руке и рогаликом в другой, Леа перестает есть и смотрит на Матье.
Леа (к Матье).Что ты мелешь?
Матье протягивает Леа то самое письмо, которое только что показывал Давиду.
(Ставит чашку на стол и, взяв письмо, читает. В полной растерянности.)В понедельник?
Матье. Представляешь?
Это явно удар для Леа, которая идет к стулу и валится на него.
Должно же было это когда-нибудь случиться!
Леа. Да, но понедельник…
Матье. Что «понедельник»?
Леа…послезавтра!..
Матье. Ну и?!.. Стоит ли из-за этого облачаться в траур?!
Леа (взрываясь).Не соображаешь, что ли?! Послезавтра ты уходишь из моей жизни на пять лет!! Что же прикажешь мне делать? Плясать лезгинку?!
Этот выпад поражает Матье и Давида. Молчание.
Давид (явно чувствуя себя лишним, к Леа).С твоего разрешения, я пойду… (Указывает на свой наряд и жестом дает понять, что хочет переодеться.)
Леа. Да, да, иди!
Давид уходит в ванную комнату. Снова молчание. Леа продолжает сидеть с замкнутым лицом. Матье, чувствуя себя неловко, косится в ее сторону.
Матье (пытаясь наладить контакт).Послушай, Леа…
Леа (взрываясь еще сильней).Ну как же ты сообщаешь мне о своем отъезде… Поразительно! Это не хладнокровие! Это уже ледяная кровь!.. Невольно задаешься вопросом, какое место я двадцать лет занимала в твоей крокодиловой жизни!