Ба

Рудакова Елена

Я вспомнила, как Алёна показывала мне лекцию по химии, где был большой плакат с атомами, ионами, всякими другими штуками... Картинки я запоминала легко, так что я нарисовала ту схему на листе, пока Алёна мысленно решала вторую задачу.

"Покажи, как атомы образуют молекулы", - якобы подсказала Алёна.

Я вспоминала картинки из старого школьного учебника о том, как ядра атомов приближаются друг к другу, как электроны переходят с одной орбиты на другую. Помню, что эта схема вызывала бурю негодования Алёны, но не помню почему...

"Потому

что у электронов в реальности нет орбит, они не чёртовы Марс и Юпитер, а неопределённые элементарные частицы, - недовольно бурчала родственница.
– Но это мой уровень, ты должна думать о своём, первом".

Перескакивая с одного листка на другой, с первого экзамена - на второй и с физики - на химию, мы добили все ответы вовремя. Честно говоря, большую часть своего решения я придумала, потому что другой вопрос про многостадийные кинетические химические реакции не вызвал у меня ни одной ассоциации, а практическая задача показалась бессмысленным набором символов, в ответ на которые я написала свой бессмысленный набор символов.

– Илона, время!
– объявил преподаватель, когда я по указу Алёны дописывала последнюю строчку в нашем билете.

Я спрятала решение Светиного билета к себе под рубашку, скомкав как попало и гордо отдала свой лист комиссии. Алёнино решение получило предсказуемый "ОТЛ", а вылетев из аудитории, я тут же сфотографировала вариант Светы и скинула ей, уже предвидя проклятия со стороны девушки, когда та получит "НЕУД". Прочие студенты уже печально стояли в коридоре, обсуждая, какая тварь преподша по химии, завалившая полпотока двойками.

"Давай теперь уйдём", - попросила я Алёну, когда отправилась фотография.

"Уйдём вместе со Светой", - настояла та.

И через десять минут из аудитории вылетела Света, счастливо размахивая зачёткой, в которой красовался жирный "ХОР".

– Спасибо!
– она набросилась на меня с объятьями.
– Ты спасла мне не только жизнь, но и стипендию! Пошли, накормлю тебя обедом в благодарность.

– Но... Как же...
– бормотала я.

"Ты меняла моё решение?
– спрашивала я у Алёны.
– Ведь в моём был полный бред! Всё, что я знаю - это процентов пять от школьной программы!"

"Помнится, год назад я смотрела курс лекций как раз по Светиной теме", - думала родственница.

"Но ты смотрела, а не я!"

"Иногда и в твоей пустой голове что-то оседает", - рассмеялась Алёна.

– Как же Петя?
– по-своему поняла моё молчание Света.
– Он всё-таки успел? Тогда напишем ему, потом присоединится.

Света взяла меня за руку и повела в столовую, Алёна буквально пела какую-то народную песню от радости, а я не могла прийти в себя. Как можно сдать экзамен, не зная ровном счётом ничего и накалякав на листе несуществующие формулы и законы? Или, выходит, существующие? Но как я могу их помнить, если я их не учила? Их учила Алёна. Но ведь Алёна - в некоторой степени я...

Нет, я давно запретила

себе думать о том, где кончаюсь я и начинается Алёна. Подобные мысли могут свести с ума в два счёта, поэтому усилием воли я вытолкнула себя в реальный мир, где Света рассказывала смешные истории об одногруппниках, пока мы обедали в кафе рядом с университетом.

– Хотела бы я быть такой же умной как ты, - мечтательно протянула Света, попивая кофе. А подумав, добавила, - или актрисой.

Глава 6

Последний семестр четвёртого курса оказался полностью посвящён написанию диплома, и я поняла, что зря увеличила количество часов подработки, думая, будто появилось больше свободного времени, потому что спать мы с Алёной теперь могли часа по три в сутки. Ба вздумала написать революционную работу по технической термодинамике энергетических установок, которая совершенно не нравилась научному руководителю своей выпендрёжностью, и приходилось переписывать главы целиком, удаляя десятки страниц вычислений и формул.

В тот день мы встретились с Петей у кабинета общего научрука, и парень был на удивление счастливым в растянутой майке с надписью "I want to believe" на фоне летающей тарелки, как из "Секретных материалов". Увидев меня, Петя задержал дыхание, как будто едва сдерживал крик, а потом шёпотом сказал:

– Ты не поверишь...

– Что-то случилось?
– обеспокоенно нахмурилась я.

– Да-а-а!
– растёкся улыбкой Петя.
– Я получил стипендию в Германии на магистратуру на астрофизике! Собеседование прошло ещё полгода назад, и я уже не надеялся, но... ответ пришёл вчера, и это... просто офигенно!

"Очень интересно, - скептически думала Алёна, - какой же универ осмелился взять такого идиота? Он чудом не вылетел на втором курсе и до сих пор плавает между тройками и четвёрками".

– В письме сказано, что им не нравятся мои оценки, - продолжил Петя, - но они почувствовали мою страсть к науке на собеседовании! Представляешь!

– Уау, поздравляю, - попыталась улыбнуться я.
– Но в смысле... ты же теперь уедешь?

– Разумеется!
– счастливо выдохнул Петя.
– Летом уже поеду, чтобы заранее подготовиться к учёбе.

"Какого чёрта, Алёна?!
– мысленно орала я на родственницу.
– Неужели ты не могла заполучить эту же стипендию? Почему ты даже не попыталась?.. Теперь он уедет за границу, а я..."

"И ты тоже уедешь за границу, - спокойно думала Алёна, - только за другую".

"Что за бред?" - я глубоко вздохнула и зажала болящие виски руками. Петя не обращал внимания, просматривая свой диплом на планшете.

"Если бы ты вчитывалась в собственную почту на и-мэйле, то узнала бы, что мы едем учиться в Калифорнийский Технологический Институт. Один из лучших в мире на секундочку".