Baba Doca
Шрифт:
Василий поехал домой, взял у мамы деньги и сдал их в кассу товарной базы, где ему сказали, что лес привезут завтра. Так что во второй день Василий привёз только четыре тележки глины.
На третий день привёз две телеги и решил поехать домой, посмотреть не привезли ли с строительная база лес. Подъехав, еще издали заметил, что в его двор заехал самовал, груженный лесом. Василий обрадовался и побыстрей погнал осла. Марко побежал, но пока добрался до дома, самовал вывалил груз и выехал со двора.
Приблизившись, Василий увидал посреди двора огромную кучу дров,
– Василий, сынко Василий! Куда, сынко, смотрел, что вместо строительного леса, привезли тебе дрова на растопку? На дрова я тебе дала деньги? Боже-е, кончатся ли мои муки на этом белом свете? За что, Господи?
Керана успокаивала свекровь:
– Мама, не надо плакать. Дрова пригодятся, придет зима, все равно надо покупать. Эти спалим, а для магазина Василий купит другие.
– Ну да, как не так, - огрызнулась баба Доца, - Василий своими деньгами может купить только бутылку, а не лес.
Выслушав этот разговор, Василий погнал осла дальше.
Четвертый день был самый плодотворный. Работа началась еще до восхода солнца. До обеда было завезено пять телег. Пятая пришла в самую жару, когда на осла нагрянула туча мошкары. Бедное животное не знало, куда спрятать голову от назойливых мух и оводов
На счастье откуда-то со стороны села показался небезисвестный весельчак Федор Брадарь, про которого говорили, что опрыскал корову хлорофосом и она здохла. Это был высокий мужчина с белой соломенной шляпой на голове и длинными, плохо сгибаемыми ногами. Брадарь много сплетен пускал в адрес селян, но и селяне немало сплетничали о нем. Когда приблизился к реке, Василий спросил:
– Слушай, Федор, не знаешь ли какое-то новое средство от проклятых мух? Совсем заели моего осла.
Брадарь подумал, что Василий смеется над тем, как он корову отравил хлорофосом и охотно посоветовал:
– А ты его хлорофосом окати. Сдохнет вместе с мухами.
– Ты не смейся, я серьезно спрашиваю.
– настоял Василий.
– А я серьезно и говорю: Хлорофос поможет, - тоже серьезно ответил Брадарь, - Ты не слушай наших пересмешников. Моя корова сдохла не от того, что я ее опрыскал, а от того, что выпила целое ведро хлорофоса. Можешь свободно опрыскивать. Вот тут, за первым домом Слава Недов опрыскивает картошку. За бутылку вина не только осла, но и тебя обработает.
Недов охотно опрыскал осла и на прощание пошутил:
– Если выживет, да будет жив - здоров!
Через несколько минут Марко начал мотать головой и брыкаться. А чуть позже бешено заорал " И-а!" и голопом поскакал домой. Забежал во двор, воткнулся головой в стог сена и вскоре замолчал.
Василий вернулся поздно вечером. Чтобы не тревожить семью, завалился спать в сарае на соломенной подстилке. Утром проснулся от какого-то шума. Вышел посмотреть, что делается во дворе и увидел около стога деда Дечо и бездыханный труп осла Марко.
– Марко, Марко...- слезоточиво причитал дед.
– На кого ты, Марко, меня покинул? Что теперь без тебя мне делать, как жить? Овец ли пасти,
Василий подошел, участливо положил руку на плечо старика и посоветовал:
– Не плачь, старина. Помогу тебе шкуру содрать.
Вместе они с дедом сняли кожу, труп вытащили со двора и сбросили в скотомогильник за селом, а кожу бедного Марко посолили и повесили на ветке старой абрикосы, растущей в огороде. В конец работы Василий подбодрил деда:
– Не тужи, дед. Высохнет шкура - лапти тебе сошьем.
– 32-
Ночью дед не сомкнул глаз. Как живой перед ним стоял Марко. Вначале это был худой беспомощный ослик, которого дед купил у какого-то цыгана за два мешка пшеницы и две бутылки водки. Купил и не пожалел. Хилый ослик превратился в крупного и сильного осла, надежного помощника в хозяйстве.
Дед бесценно дорожил таким ослом. Когда решил посвататься с бабой Доцей, хату продал, а осла не тронул.
А теперь... Без Марко стал вопрос: как жить дальше? Как сдержать семью? Без осла, без надежного транспорта дед вряд ли сможет пасти овец.
Под утро проснулась и баба Доца
– Старчо, еще ли не спишь? Кабы я умерла, небось не плакал бы столько.
– Нет больше Марко...- продолжал плакать старик, - такую животину больше не пошлет нам Бог.
– Обойдемся как-то. Сегодня ты отдыхай, а с овцами пошлю Василия. А там посмотрим...
Утром Василий действительно вышел пасти отару. После обеда, будто в знак недоброго знамения, пошел такой сильный дождь, что по колено во дворе шла вода. Не выходя из хаты, баба Доца из окна посмотрела в сторону реки - не вышла ли из берегов. Увидела и ахнула: из берегов река не только вышла но и унесла в море вся глину, которую навозил Василий .
Это был предел терпения бабы Доцы.
Ждала Василия у ворот, ждала на ступеньках крыльца, ждала до позднего вечера, до темна. Но Василий вернулся поздно ночью. И такой пьяный, что на ногах еле стоял.
– Василий, сынко, Василий, - встретила его мать.
– До каких пор, сына, будешь пить? Сколько можно говорить? Сколько будем терпеть и надеяться, что станешь человеком?
Было это у ворот. Василий устойчиво стоять не мог, и сел на скамейку под забором. Села и баба Доца.
– Баста, мать!
– клятвенно взмахнул рукой Василий, - по-оследний раз.
– Не верю я тебе, сине, не верю, ты не хозяин своего слова. Бесхарактерный ты человек. Тряпка! Ты оглянись, посмотри на себя со стороны.
– А что со с-стороны?
– Хочешь узнать? Послушай. Кто посоветовал запереть овец в огороде? Ты. Огород овцы утрамбовали - картошка не выросла. Кто под бочку с молоком подложил катки и молоко ушло в землю? Тоже ты. Кто вместо строительного леса привез дрова на распалку? Опять ты. Кто отравил осла?
– Кто тебе сказал, что отравил?
– сразу протрезвел Василий.