Бабатырь
Шрифт:
Только спустя секунд пятнадцать, до меня дошло, что происходит. Что это – не сон, а по-настоящему.
Я тут же ударила по тормозам. Инспектор скатился вниз и тут же превратился в лежачего и охающего полицейского. Пока я отходила от шока, он, пошатываясь, поднялся. Теперь он уже не стеснялся камер, народа и собственной совести.
– Главное, что живой, – вцепилась я в руль. Эта мысль меня утешала.
Я узнала, что у меня очень гулящая мама, гулящий папа и гулящая бабушка. У меня вообще все гулящие до седьмого колена! Удар об землю, открыл в нем дар экстрасенса. Он сразу
На дрожащих ногах я вышла из машины. Меня все еще трясло. Я сбила инспектора ГИБДД… Сбила инспектора…
Как вдруг со всех сторон на меня посыпались аплодисменты. Я осмотрелась по сторонам, видя счастливые лица.
– Ты молодец! Так и надо! Я уже четвертый раз экзамен сдаю! Крутяк! – слышались голоса, прорываясь через какую-то пелену.
Меня провожали, как национального героя. Даже жали руку.
Я поплелась на остановку. Надо купить проездной, что ли?
***
– Эх, Алешенька, – послышались голоса. – Наворотил ты делов! Кто ж Кощею воды дает! Освободился Кощей. А у нас богатырей нет! Сражаться с ним некому! Где же теперь богатырей брать? Придется, искать нового богатыря!
Алеша стоял, опустив головушку, словно пришел с повинной.
– Чтобы любого супостата одолеть смог! Выйти на бой неравный с вражиной, что во много раз его больше! – предложил голос.
– И чтобы сильным был! Одним махом гири пудовые поднимал! – предложил второй голос. – И скромный, чтобы подвигом своим не гордился!
***
– Ты выйди, встреть меня, – пробурчала я в трубку телефона, глядя на окна девятого этажа.
Две тяжеленные сумки с едой стояли возле ног. Из пакета выпала сладкая кукуруза. Макароны порвали пакет, и теперь в нем была оггромная дырень.
– Нет, не сдала! Нервы сдали, а я нет. Спускайся! – раздраженно бросила я, глядя на присыпанную осенними листьями … мою машину.
Я так хотела научиться водить. Чтобы ехать, куда мне вздумается. Не просить, не уговаривать, не ждать, когда доиграют Хренчестер с Гамбитом. Не подпирать двери туалета: "Ты там скоро?". А просто сесть за руль и поехать по своим делам.
– Эххх! – выдохнула я, ловя лицом первую каплю дождя.
Небо заволокло тучами. Все вокруг потемнело. Где-то вдалеке послышались раскаты грома. Вовремя я домой!
Я постояла минут десять, поглядывая на подъездную дверь. Сегодня явно не мой день.
Снова громыхнуло. А по козырькам и машинам на парковке застучал холодным осенний дождик.
Я открыла дверь подъезда и потащилась по лестнице, как гужевая повозка.
Приползешь, бывало, с работы, смотришь глазами в пустоту. А в раковине гора тарелок. Словно к нам Али Баба и сорок разбойников приходили в гости. А по запаху – ночевали триста потных спартанцев. И какой-то Ксеркс, который наксерил в туалете и забыл, где кнопка смыва.
Носки по всей квартире разбросаны. Территорию метит. Чтобы вошел любовник, если что. Носом
А тебе с порога про то, как сыграл Хренчестер с Гамбитом. И кто, в каком тайме кого раскатал. И чья волосатая нога забила решающий гол перед самым таймаутом. А потом про начальника своего. Который, конечно же, редкостный козел. Вечно что-то требует. Ишь, че удумал! Мало того, что требует, так еще и по работе! Как будто он на работу работу работать ходит! И послать его хочется. Да банальная вежливость и врожденная интеллигентность не позволяют.
Потом про какого-нибудь друга Андрея. У которого вчера машина сломалась и жена изменила. Причем, так радостно, будто с ним. И про то, что вечером намечаются проводы машины на свалку, а жены в новую счастливую жизнь. С обильным возлиянием. Заодно и Степаныча в армию проводят. В армию алкоголиков. Так что жди к утру. Воскресенья. Через месяц из травматологии. После крика: «Смотри, как я умею!».
Я потыкала кнопку лифта попой. И услышала вожделенный гул спуска. Бочком я заползла в лифт, раскорячившись над свежей лужей. А потом ткнула локтем на нужный этаж. Лифт загудел, стал подниматься. Несколько раз тревожно мигнул свет, а лифт остановился. И тут же резко сорвался вниз.
Вместе с лифтом вниз ухнуло все.
– Аааааа! – заорала я, падая вместе с сумками в темноту.
Плейлист автора:
Студенческий хор Пермского краевого колледжа искусств и культуры (Student Choir of Perm State College of Arts and Culture) – Сидел Ворон – There Sat The Raven
OmegaSign – Sztoj Pa Moru (Slavic Trap Remix)
Земля Легенд – Имя твое
Земля Легенд – Ночь
Русская Рать – Ой, что-то мы засиделись братцы
Иван Царевич – Иду на вы
Мельница – Гори, Москва
Глава первая. Бабатырь
Тропинки, ведущие сюда уже давным-давно были забыты, заросли бурьян-травой. А где-то неподалеку шумела черная река – Смородина, текущая без конца и края. Через нее перекинулся окутанный туманами мост, ведущий на погибель верную, на смерть лютую. Кому, как больше нравится.
Стоило шагнуть на этот мост, как попадешь в таинственную Навь, где живут темные боги и нечисть. Поскольку граница Нави была слишком близко, то и время здесь текло иначе. Медленно, словно почти остановилось.
Коли б стоял на посту богатырь, то щурился бы на туманный берег, высматривал тех, кто к людям собрался. Не пустил бы супостата, отогнал бы вражину, загнал бы обратно в Навье Царство. Но за неимением богатыря к дереву была прибита очень грозная табличка: «Осторожно! Злые богатыри!».
А ведь были времена, когда богатырской силушкой загоняли полчища нечисти обратно в Навь удары могучих мечей. Не пускали их в царство Яви, где им не место. А сейчас нечисть совсем распоясалась. Ходит, как к себе домой! Понаделали проходов и там, и тут. Русалки, домовые, лешие, водяные – кто хочет, тот и прет! Недавно видели, как Кикимора под табличкой отдыхала. «Осторожно! Злые Богатыри!».