Бабай
Шрифт:
Левшиц присел рядом, пытаясь нащупать пульс на его руке. Не глядя ни на кого, покачал головой:
– Сердце… У него и раньше были проблемы, насколько я знаю. Вот черт…
– Он что… умер? Он УМЕР? – с истеричными интонациями в голосе схватила его за плечо Валерия.
В последовавшую паузу могло показаться, что вся семья исполняет немую сцену из некой постановки в сюрреалистическом жанре.
– Нужно вызвать «скорую», – заговорил наконец Левшиц. – Вряд ли они уже ему помогут, но так нужно.
– Этот мудак навязался
– Прекрати! – Левшиц встряхнул ее за плечи и силой усадил на диван. – Никто не виноват в том, что произошло. Никто. Возьми себя в руки и прекрати истерику, – он повернулся к Назару. – Принеси из кухни стакан воды. И… не стой там.
Потрясенный Назар, впервые увидевший смерть в реальной жизни, осторожно обошел тело дяди Артура по широкой дуге, чтобы нечаянно не споткнуться или не зацепить, и вышел в коридор.
«Я видел мертвеца, только что видел настоящего мертвеца… он лежит в нашей квартире…» – думал он, проходя мимо детской. Дверь осталась открытой. Запах пыли был ощутим даже из коридора.
«Он видел его».
Назару потребовалось все самообладание, чтобы дойти до конца коридора и потом вернуться назад.
Не исключено, чудовище все еще находилось поблизости.
«Если я расскажу им прямо сейчас, может быть, тогда они мне поверят?»
Валерия уже немного пришла в себя, ее взгляд стал более осмысленным. Взяла стакан с водой, но только пригубила.
– Он кололся или нюхал какую-то дрянь. Ты не знал?
Левшиц покачал головой.
– Вот и все объяснения, – заключила она, продолжая начатый в отсутствие Назара разговор. – Может, не рассчитал дозу… Замыкание в мозгах. Помнишь, он даже что-то плел, вроде «ты знал» или как-то там? Обозвал его ублюдком, кажется… – она кивнула в сторону Назара, – Если вообще понимал, где сейчас находится. Господи…
– Я мало чего смыслю в таких делах, – дернул плечом Левшиц, – но, думаю, нужно здорово не рассчитать, чтобы так слететь с рельс, а потом отдать концы. От какого-то порошка. Если он и был наркоманом, то следов от иглы не видно. Но, может, ты и права. – Он набрал номер «скорой помощи». – Пусть присылают машину.
– Спасибо, – Валерия протянула стакан Назару. – А теперь иди в свою комнату.
Он собирался возразить, но та решительно остановила его жестом:
– Не спорь.
Назар повернулся к отцу за поддержкой. Михаил в тот момент диктовал адрес в телефонную трубку.
– Не спорь! – рявкнула Валерия, нервы у нее явно находились на пределе. – Отправляйся немедленно! Что ты здесь видишь интересного? Это? – Она ткнула пальцем в направлении мертвеца. – Тебе на это нравится смотреть?
– Лера, ему просто страшно, – спокойно произнес Левшиц, отключая
– Которого ТЫ притащил в наш дом! – набросилась на него Валерия.
– Хватит! – Левшиц разгневанно хрястнул кулаком по спинке дивана. – Хватит мне об этом напоминать! Я знаю, что совершил ошибку, и сожалею об этом. Но это не повод отправлять ребенка в постель, где только что вопил от кошмаров спятивший наркоман. В ту же комнату. Одного. Поэтому я говорю: он останется здесь!
– Наконец-то ты сам признал, кем он являлся на самом деле, твой дружок, ты даже не представляешь, как я рада!
– Лера, сейчас не время начинать все сначала, – попытался угомонить жену Левшиц. – Иначе мы все сойдем с ума.
«По-моему, это уже происходит», – оценил Назар.
Труп вдруг покачнулся, меняя сидячую позу, и завалился вперед, согнувшись в поясе. Громко пустил ветры и рыгнул. Что было вызвано сменой положения и сокращением внутренних органов.
По комнате расползся неприятный запах.
– О, Господи… – простонала Валерия, перевела взгляд на Левшица-старшего, затем на Левшица-младшего. – Не ночка, а цирк на проволоке. Делайте, что хотите, а я-то здесь точно оставаться не собираюсь, – она демонстративно скомкала свое одеяло, выдернула простынь и, водрузив по верх кучи подушку, направилась со всем этим скарбом в детскую.
– Па, что с ней? – тронул за руку отца Назар.
– Боюсь, нервный срыв. Сейчас ее лучше не трогать, пусть сама успокоится. Черт! – Левшиц озадаченно разглядывал открывшуюся спину покойника. – Где это его так?
Три глубоких параллельных царапины, наполненных запекшейся кровью, что тянулись вдоль позвоночника от лопаток и почти до самой поясницы, Назар увидел намного раньше. Но ничего не сказал.
И теперь промолчал тоже.
3
Пока отец перетаскивал тело дяди Артура на предварительно застеленный покрывалом диван и придавал ему более подобающее для покойника положение, Назар внимательно прислуживался к происходящему в соседней комнате. Вот Валерия закончила менять постель, щелкнула выключателем, легла…
Казалось, она совершенно не обращала внимания на удушающе плотный запах пыли, наполнявший детскую. Неужели ей было все равно? Невозможно, чтобы она его не замечала.
– Ну, – произнес Михаил, распрямляясь над диваном и как бы оценивая проделанную работу. – Просто не верится, что такое могло случиться. Дьявольщина, просто не верится… – он присел на стул рядом с Назаром, обхватив голову руками и опершись локтями на колени.
– Он правда был твоим другом? – спросил Назар.
– Да, одно время даже самым близким. Потом многое изменилось. Но больше он сам изменился. И я, наверное, тоже. Наши дороги разошлись. Так часто происходит в жизни, когда-нибудь сам поймешь.